Куратор 3 - Никита Киров
— Ты её уничтожишь, — сказал Трофимов.
— Первым делом уничтожу твоих подельников, потому что «Фантом» ещё в действии, и он опасен. И раз ты начал против них работу, то у тебя для этого всё готово. Тогда система «Щит» останется, а «Фантом» и «Горизонт» будут моими резервными кнопками на всякий случай. И я решу, что с этим делать.
— Решишь сам? — он усмехнулся.
— Для чего-то же я остался жив. Не только для того, чтобы раскрыть тебя. Ты бы всё равно попался, вы же как крысы в ведре, уже жрали друг друга. Значит, я буду работать. И оружие останется. Те, кто сможет использовать его против нас, исчезнут, а враги, когда у нас будет это оружие, с нами не справятся.
— Уверенный ты, — старик кивнул. — Но, может, так лучше. А со мной что?
— А ты сам как думаешь, Игорь Сергеич? Что за вопросы глупые задаёшь?
— Мало ли. Вдруг размяк? — он хмыкнул. — Ты же моложе теперь. Дай ручку.
— Для чего тебе?
— Пароль запишу. В машине ноутбук, всё через него. Серверы в «Альянсе», и ещё в паре мест. Найдёшь, если захочешь.
— И куда заходить?
— А там всё понятно.
Он записал пароль на вырванном из записной книжки листе.
— Имена и фамилии подельников, — потребовал я.
— Всё есть на компе.
— И ты плохо видишь, в компьютере сидишь? — я усмехнулся.
— Там всё просто.
Я, следя за ним, дошёл до его «Мерседеса», и нашёл там лежащую на заднем кожаном сиденье, нагревшемся от солнца, сумку, и достал оттуда тонкий чёрный ноутбук. Ввёл пароль и убедился, что работает.
И понял, о чём говорил Трофимов…
Через несколько минут я вернулся к старику. Тот смог встать и сейчас смотрел в небо, на солнце, щуря глаза.
— Давно хотел вот так вот постоять, чтобы…
Бах!
Тело с простреленной головой упало на асфальт. И всё. И так говорили много. А как я сделаю с ним, уже понимал с первого дня, как очнулся в больнице в чужом теле. А что с ним, нюни разводить? Ещё какой-нибудь план хитрый придумает.
Я бы точно что-нибудь придумал, чтобы всех врагов пустить под нож. Опасный он тип.
А после проверил свои следы и уехал подальше. И вошёл в компьютер ещё раз.
Да. Хорошее зрение тут не нужно. Ведь система работает иначе, лишь бы интернет был.
— Здравствуйте, Анатолий Борисович, — проговорил механический голос, когда я открыл крышку.
— Знаешь обо мне всё, машина?
— Многое. Хотя имеются странности, в основе того, что вы хорошо разбираетесь во многих вещах, что для вашего возраста удивительно.
— И не выдал их Трофимову, — я усмехнулся.
— Не было такого запроса.
Я особо иллюзий не страдал. Эта машина мало чем отличается от того цифрового призрака Миши, хотя и поумнее. Но это сейчас. Потом эта штуковина станет дико умной и опасной. Но это оружие, которым я хотел воспользоваться прямо сейчас.
— Дай мне доступ к некоторым людям, — потребовал я.
И он нашёл их быстро. Система начала анализировать, да и Трофимов уже готовил план против бывших подельников, решив, что они опасны.
Вот сейчас я ударил вовремя. Если бы подождал ещё, он бы их вынес сам, но тогда бы исчез. Да и он нацелился в самых ключевых, но предатели на местах могли избежать вины, ведь они должны были продолжать подготовку. А они тоже могут навредить.
И пока я смотрел всё это, то понял, насколько система продвинулась. Это само по себе серьёзное оружие. Потому что оно было подключено к сети и имело очень много доступов, которые Трофимов выбивал через силовиков. Плюс камеры в городе, плюс то, что она взломала сама по себе.
Это намного серьёзнее, чем просто проект перехвата дронов «Щит». В ноутбуке и на серверах, куда он подключён, больше мощи, чем в ядерной бомбе. Эффект может быть куда опаснее.
И система «Горизонт событий», головная, основная над всеми другими настройками, её, можно сказать, шеф, не только показала мне карту, но и даже дала картинку с устройств, подключенных на месте. Ведь всё это работает в рамках одной системы.
А если бы у этой штуки был максимальный доступ, она станет ещё умнее.
Сюда могут подключить системы управления ПВО и оружия, беспилотников и даже каких-нибудь роботов, если изобретут военные модели. Система может управлять всем.
Подключи к сотовым вышкам и видеонаблюдение — сможет мгновенно найти любого человека. Вопрос только в масштабировании.
А мне пока надо другое: закрыть старый вопрос и разобраться с предателями. Трофимов хотел одного, а его подельники работали, чтобы заработать крипту и жизнь за бугром.
Но за всё нужно платить.
Я видел часть целей. И система могла мне с этим помочь, не подключая никого для помощи.
И мне оставалось одно.
— Начать проект «Фантом», — приказал я.
* * *
Несколько часов спустя. Московская область, полигон.
— Что там с Трофимовым? — недовольно спросил Тихомиров. — Не понимаю, что ему надо.
— От моего сотрудника избавился, — Скуратов поморщился.
— Какого?
— Гойко. Старый албанец. Должен был прикрыть его, но пропал. Похоже, старик совсем свихнулся.
Оба сели в машину — новый чёрный «Хёндай».
А снаружи проводились испытания, проверяли спарку систем: дрон-носитель с перехватчиками и шестиствольная система «Голиаф», которая должна сбивать цели на огромной дистанции.
Ну а другая система, родственная, под названием «Меч», атаковала. Большие дроны самолётного типа высоко в небе выпускали мелкие «рои» дронов, которые нападали на разные цели.
Вокруг велась стрельба, от свиста стационарной шестиствольной пушки закладывало уши, а от едкой пороховой гари слезились глаза. Дроны сцеплялись между собой в небе, одна система нападала, другая оборонялась.
— Война будущего, — Тихомиров хмыкнул, когда вдали сбили один из самолётных, и его горящий остов упал в реку. — Давай с Трофимовым решать.
Это внутренние испытания. Здесь были только несколько инженеров, Тихомиров как глава НТЦ «Горизонт» и Скуратов, который прибыл, чтобы обсудить дела.
Над ними с низким гулом пролетел тяжёлый дрон-носитель с мощными винтами. Прямо в полёте к нему крепились вернувшиеся из боя перехватчики, пережившие схватку. Ещё немного, и они смогут перезаряжать боекомплект, чтобы продолжить бой.
— Ну и чё делать будем? — спросил Тихомиров. — Надо ехать в Кислевск, и зачищать следы. Если поймут, что пропавшие подопытные с нами связаны, то не отмоемся.
— С вами, не с нами, — пробурчал Скуратов. — Решим вопрос. Трофимов заварил кашу — пусть и
