Часовщик – 1 - Константин Вайт
В этот момент я осознал, что сильно нервничаю. Давно я не испытывал таких ярких эмоций, совладать с которыми было очень тяжело. За моей спиной собралось почти тридцать учеников интерната. Не стоит забывать и о сто двадцати тысячах человек, следящих в данный момент за прямым эфиром. Всё это начало давить на меня со страшной силой. Мне понадобилось приложить немало усилий, чтобы загнать переживания как можно глубже.
Этот Городец выглядит достаточно сильным и уверенным в себе артефактором. Если он действительно так хорош, как себя расхваливает, есть немаленький шанс, что у него получится снять мою руну. Это будет полный крах!
Пока я размышлял и пытался успокоиться, Альберт Денисович закончил с рекламой себя, любимого, и своего магазина, после чего подошёл к автомобилю, который был предусмотрительно поднят на подъёмнике.
— Самый простой тест, который может провести даже не одарённый человек, это в жаркую погоду посмотреть на место, где должна быть руна «холод», — он провёл ладонью по железному основанию коробки передач, — видите? Попробуйте, — Городец кивнул Антону.
Тот тоже провёл рукой по железу и вопросительно посмотрел на мастера.
— Металл тёплый и сухой, так и должно быть?
— Да! Вы сразу уловили суть! Здесь, как минимум, должна быть изморозь, ну, или, если руна очень слабая, хотя бы влага. Но мы этого с вами не видим! — Он победно посмотрел в камеру, которую Антон Зарубин уже закрепил на небольшом расстоянии от машины.
— Там датчик на температуру, — не выдержал я, — если нагревается выше восьмидесяти градусов, только тогда руна запускается! Идиоты!
— Да ладно тебе, — мне на плечо опустилась ладонь Лешего, — мы же понимаем, что это всё просто цирк, чтобы отжать как можно больше денег, ну и для хайпа!
От его поддержки мне полегчало. Тем временем представление продолжалось.
— То есть руны на машине нет и не было? — Антон удивлённо и несколько обиженно посмотрел прямо в камеру. Неплохой из него вышел бы актёр.
— Вы же говорили, что ставил совсем молодой мастер? — уточнил с деловым видом Альберт Денисович. — Возможно, она и была установлена. Но тут мы можем вернуться к моей начальной лекции. Чем слабее понимание и сила воли, тем меньше существует руна. Она может продержаться день или даже неделю, но платить деньги за подобную поделку? — Артефактор с укором посмотрел в камеру, как бы говоря, что только дураки заплатят за такую работу. — Сейчас я проведу диагностику. Даже если руны уже нет, следы её присутствия должны были остаться. Мне нужны мои очки артефактора! — И Городец вышел из кадра.
— Пока Альберт Денисович готовится вынести свой окончательный вердикт, — Антон приблизился к камере, — я вам напомню, что не стоит доверять разным проходимцам. Мир полон жуликов, готовых в любой момент вас обмануть. Я стараюсь бороться с ними, но на это тратится много времени и сил, так что не забываем про кнопку, на которой написано «отправить донат». Поддержите меня, кто как сможет. Между прочим, владелец автосервиса пытался от меня откупиться. Предлагал целых две тысячи рублей, чтобы этот материал не выходил, но для меня правда важнее! Так что да — я отказался от огромных денег, но остался чист перед вами!
— Ничего себе! — раздались за моей спиной голоса учеников. — Две тысячи⁈ — Местным подобная сумма казалось какой-то сказочной. Мало кто из них в руках держал десять рублей, так что даже представить две тысячи им было трудно. Точнее, представить-то они могли, но накопить такую сумму в ближайшие пять лет было для них практически не реально. Поэтому озвученная цифра ребят весьма впечатлила. Думаю, как и многих других людей, кто в этот момент смотрел стрим. Антон бил по самому больному, как опытный мастер!
— Врёт он всё, — я резко обернулся и посмотрел на ребят, — этот Антон сам предлагал заплатить ему столько, чтобы видео не вышло, — я обратил внимание, что мои пальцы сжаты в кулаки — так, что побелели костяшки.
— Да забей ты, — пробасил мне в ухо Леший, — по этому Антону сразу видно, что он жулик первостатейный. Не бывает честных людей с такой ослепительной улыбкой. Где бы он мог честно заработать на такие виниры!
Ребята одобрительно загудели. Тем временем в кадр вернулся артефактор. У него на глазах были очки со специальными линзами, которые позволяли видеть руны. Приблизившись к автомобилю, Городец остановился и начал изучать мою руну. Было видно, что он удивлён, увидев её на месте.
— Так, так. Удивительно, но руна действительно установлена. И как она продержалась три дня? Видно, криворукий ученик чертил, так что она не работает, — он приблизил своё лицо чуть ли не вплотную. — Как я и думал, ученическая печать. Номер два. Второй ученик. Мастер Комычев, Корычев… Непонятно. Думаю, подобную печать не проблема купить. Гильдии стоит обратить внимание на подобных мастеров, что продают печати учеников. Они думают лишь о сиюминутной выгоде!
— Всё, как я и предполагал, — встрял в разговор Антон, не давая перехватить инициативу, — хоть руна и есть, но она слабая и кривая, из-за чего не работает. Чего ещё ожидать от второго ученика никому не известного мастера. Его тоже следует проверить: за какие такие заслуги он стал мастером!
— Руна ушла глубоко. Неожиданно, — задумчиво произнёс Городец и потянулся рукой к руне, — наверное, использовали очень дорогую краску, чтобы придать качественный вид, — мне хотелось верить, что в этот момент он почувствовал что-то неладное: слишком уж озадаченный вид имел артефактор, вот и искал оправдание. Безусловно, с помощью специальной и очень дорогой краски руну можно серьёзно углубить, но для нормального мастера не нужны эти костыли. Ведь достаточно понимания и воли — и руна уйдёт глубоко в металл. Как и было сделано в моём случае.
Лицо Альберта Денисовича стало очень серьёзным. Он явно пытался применить на руне своё понимание, но его не хватало. Мастер протянул руку и положил её на металл прямо над руной. Сосредоточился. В этот момент раздался хлопок — и он рухнул на пол, поражённый разрядом молнии.
Похоже, я немного перестарался. Не думал, что так шибанёт.
Антон бросился к мастеру.
— Что случилось? — Блогер помог Городцу подняться на ноги.
Альберт Денисович стоял, опираясь на плечо Антона, и лицо его наливалось гневом. Он достаточно быстро пришёл в себя.
