Бабник: Назад в СССР - Роман Фабров
— Мир?
— Мир, — хлопнул я того по ладони и, взяв счастливую сестру за руку, направился к подъезду.
Глава 19
А у подъезда… из дверей нашего подъезда вышла Лосева со своей мамашей, которая очень недобро на меня посмотрела и даже не поздоровалась.
«Ну что же?» — подумал я. — «Больно нужны мне эти ваши приветствия».
Они чинно прошли мимо нас, гордо задрав голову, и тут я увидел, как Ленка обернулась и подмигнула мне. Видимо, вчера той несладко пришлось, и за наши подвиги влетело ей знатно.
Родители ещё не пришли с работы, и дома нас встречала только бабушка. Слегка перекусив, она отправила меня с Иркой гулять во двор, чтобы мы ей не мешались под ногами, а сама принялась мыть полы в квартире.
Выйдя на улицу, я огляделся по сторонам. В дальнем углу двора кипела оживлённая футбольная баталия. Мальчишки, раскрасневшиеся от жары, с азартом гоняли мяч по площадке, оглашая двор заливистыми криками. Неподалёку, за старым деревянным столом, расположилась компания мужиков. Они резались в домино, пускали в воздух дым от папирос и пили пиво. А на лавочке у второго подъезда сидели местные бабки. Те внимательно следили за всеми, кто входил и выходил из подъезда, и, как водится, обсуждали свежие сплетни.
Ирка с какой-то знакомой ей девочкой лепила куличи в песочнице, а я наблюдал за игрой мальчишек в футбол. В какой-то момент они предложили мне постоять на воротах, так как их вратаря Славку мать загнала домой, но я отказался, так как не хотел пачкать новые брюки. Часа через полтора во дворе появилась мама с отцом. Он тащил тяжёлые сумки, а она увлечённо рассказывала ему что-то, жестикулируя руками для убедительности.
— Ира, Лёша, домой! — громко крикнула она, когда заметила нас, гуляющих во дворе, и мы всей семьёй вошли в подъезд.
На кухне царил настоящий праздник. Стол украшала огромная миска с пельменями, от которой шёл ароматный пар. Те самые, что мы с бабушкой лепили сегодня днём. Свежая зелень, кусочки сливочного масла. И, конечно же, в центре стола гордо возвышалась пузатая банка сметаны.
— Надо же, какие симпатичные пельмешки получились! — с улыбкой заметила мама, глядя на меня.
Я немного засмущался от похвалы и украдкой посмотрел на бабушку. Признаться честно, я не особо-то и помогал, а скорее больше отвлекал её, создавая суету. Бабушка же показывала, как раскатывать тесто и правильно заворачивать начинку. В итоге почти все пельмени были её творением.
И вот наконец-то все расселись за столом. Отец, отложив в сторону газету, с удовольствием набросился на угощение, а мама, напевая себе под нос какой-то мотивчик, ничуть не отставала от него. А вкус… Вкус был поистине волшебным. Даже мои с виду неказистые пельмени оказались ничуть не хуже.
Уснуть мне удалось лишь глубоко за полночь. В комнате было душно и жарко. Лето как-никак на дворе. И вот, на свою беду, я взял и приоткрыл окно пошире, чтобы свежий воздух поступал в помещение, но тут же столкнулся с другой проблемой — комары! Будь они неладны!
Эти кровососы никак не давали мне уснуть. Лишь только я закрывал глаза, как сразу несколько гадов начинали, словно аэропланы, пикировать надо мной, еле слышно жужжа. Что я только не делал! Сначала я включил свет и занялся геноцидом насекомых, но сразу же потерпел фиаско, так как в открытое окно их налетело ещё больше. В итоге, устав бороться с ними, я просто стащил с кровати простыню и накрылся ей, высунув только нос в маленькую щёлочку, чтобы хоть как-то дышать.
Однако комары оказались то ли хитрее меня, то ли я глупее их, но и тут они не оставляли меня в покое. Казалось бы, темнота в комнате и всего один нос торчит из-под простыни, однако эти сволочи всё равно каким-то образом находили прорехи в моей обороне и нещадно кусали меня.
Всё это мне до чёртиков надоело, и я накрылся с головой покрывалом. Ну да, жарко и дышать, можно сказать, нечем. Но, на мой взгляд, это был единственный способ хоть как-то уснуть.
В моём будущем такой проблемы не было от слова «совсем». Жарко — включи кондиционер. Или, если его нет, — открой окно и вруби в розетку фумигатор. Что может быть проже? А тут, похоже, ещё не придумали такие полезные мелочи. А может, люди настолько привыкли, что их по ночам едят поедом кровососы, что просто перестали обращать внимание. Не знаю. Но этот вопрос я решил выяснить у бабушки, как только на улице рассветёт. Ну, право слово, не будить же мне её среди ночи.
И всё-таки, хоть и с трудом, мне удалось наконец-то уснуть. А снился мне всё тот же странный сон, который я уже видел в пионерском лагере. Лица, обрывки фраз и прочий набор моментов из жизни моего реципиента.
Почему-то пришла одна навязчивая мысль, что это память того бедолаги, в тело которого я попал, пытается как-то обозначить себя. Тут я, может, конечно, ошибаюсь в умных терминах, но во сне я почему-то был уверен, что это именно так.
Останавливаться на своих умозаключениях я не стал. Попробовал сконектиться с тем, что так настойчиво демонстрирует мне все эти картинки, и обнаружил какое-то подобие винчестера, или, проще говоря, жёсткого диска в районе головы. Ну, во всяком случае, я так себе это представлял во сне. Хотя, понятное дело, это был никакой не диск с памятью, а, скорее всего, нечто другое.
И вот тут уже дело пошло куда веселее. На каждую продемонстрированную мне картинку я буквально выуживал информацию из того самого хранилища памяти, полностью понимая, кто это, как зовут и даже в каких мы отношениях. Впрочем, эксперименты длились недолго.
Утром я с трудом разлепил глаза, обнаружив, что покрывало хоть и лежит рядом, но, видимо, из-за жары я невольно стащил его с себя во сне. Всё тело нещадно чесалось — проклятые кровососы всё-таки добрались до моего беззащитного юного тела и, вдоволь насосавшись моей кровушки, преспокойно отправились спать.
Теперь, когда первые лучи солнца осветили комнату, не было видно ни одного из этих летающих гадов. И это особенно удручало! Так захотелось показать им, кто здесь хозяин, но, понятное дело, наказывать было некого. Тяжело вздохнув и широко зевнув, я бросил взгляд на тикающий на тумбочке будильник, и, стараясь не шуметь, на цыпочках побрёл
