Барон фон дер Зайцев 5 - Андрей Готлибович Шопперт

А потом стал Иоганн дифференцированно, в зависимости от порядка и отношения к домашней скотине выдавать деньги. Кому десяток пенни, а кому и тридцать. И вот тут народ гораздо сильнее проняло. Прямо на глазах у священника, Георга и барона фон дер Зайцева некоторые мужи, стали жёнам подзатыльники выдавать. Не, барончик он не гордый подошёл к таким и прочитал список прегрешений. Нашёл жёлтый снег в писульке и сразу хук справа выписал. А потом и пнул, не так чтобы зло, но по заднице, для острастки. Потом моряки кулачных бойцов со снега подняли, и Иоганн им ещё и пригрозил завтра проверить, и если во дворах и хлеву или птичнике бардак обнаружится, то прилюдно десять плетей получит хозяин у дома старосты (Почти Дворцовая площадь). И им точно потом год никакой живности положено не будет. За всем этим действом молча, засунув варежки в рот, наблюдали те, кто только приплыл.

Бегом бросились нерадивые хозяева порядок наводить. А Иоганн отвёл в сторону Георга и поинтересовался, а ты-то зачем тут год провёл. Какого чёрта. Не, так-то понятно, что это дети ещё и опыта ведения самостоятельного хозяйства у них просто нет. Учить надо.

— Учёт и контроль, вот что нужно на первой фазе. Ленин мне лично сказал. («Учёт и контроль — вот главное, что требуется для налаживания, для правильного функционирования первой фазы коммунистического общества» — цитата В. И. Ленина из работы «Государство и революция»).

— Что я им нянька. Кто подходил ко мне с вопросами и просьбами старался всем помочь. Дровами там всю деревню снабжали, рыбой…

А чего хотел? Построить коммунизм, где от каждого по способностям. Тут поневоле Аракчеева добрым словом вспомнишь. Это его большевики оболгали и завистники. Пороть нужно три раза в день. Всех. Не за провинности, для профилактики. От простуды помогает.

— Домой когда, устал я один тут куковать? Дома пацан такой же вот без меня. Понимаю теперь, что учить их надо, — насупился после взбучки Георг.

— Не скоро домой. Осенью. Ты уж окрысься на работу. Нужно всем новосёлам дома справить. Нужно… Ну, сам знаешь лучше меня, что нужно. Может, прямо завтра и нужно начинать лес рубить и дома строить…

— Так не сидели сложа руки. Раз в седмицу все выходили на общие работы. Лес валили разделывали на брёвна и вниз спускали. Примерно на десять домов заготовлено. До весенних работ таким-то числом, да с божьей помощью, все три десятка домов подымим и церкву тож.

Сходили посмотрели. Иоганн видел эту гору и думал, что это землю там наносили или камней строить чего, под снегом-то и не видно. Раскопали, посмотрели. Хорошие брёвна. Конечно, на тридцать домов и церковь не хватит, но Георг прав, сейчас до полевых работ всем кагалом набросятся и построят дома. Завтра же и начнут.

Брёвна были навалены штабелями возле того места, где расщелина или проход на возвышенность заканчивается. Стоят они с Георгом рассуждают сколько сто человек может за день брёвен заготовить и тут из расщелины начали выходить новгородцы.

— Спаси Господи! — стал с бешенной скоростью креститься староста.

— Полный писец, — сплюнул Иоганн.

Глава 20

Событие пятьдесят седьмое

И даже предчувствия не было. Ну ушли ушкуйники порядок навести, бандиствующих субъектов на голову укоротить. Это нормально. Не поселенцы напали на краснокожих, отнюдь. Они толком даже с пляжа не поднимались, ну разве деревьев немного срубили и периметр перед расщелиной сделали безлесым на сто метров, чтобы любой нападанец виден был. Живите как жили, торгуйте, если есть желание, нет, так не торгуйте, мы к вам не лезем, и вы оставьте нас сирых в покое. Забудьте. В общем, ответка должна быть обязательной, и она должна быть серьёзной, со всего замаха, чтобы местные больше сюда не совались. Хотите торговать — пожалуйста. Хотите убивать — так не взыщите. Кто к нам с мечом придёт, тот безнадёжно отстал в гонке вооружений. А эти даже без меча, с дубинами, против пищалей и бомбард.

Но тут глядя на выходящих из расщелины ушкуйников Иоганн головой покачал. Зря он схлыздил и не пошёл вместе с мстителями. С его точки зрения получался перебор. Домыслить, то, что получилось, глядя на цепочку спускающихся воев, было несложно.

В общем, шли эти викинги, чёрт бы их побрал, увешенные со всех сторон поклажей, так ещё и носильщиков с собой привели, тоже увешанных.

— Одна, две, три… — точно, как в фильме «А зори здесь тихие», считал Иоганн. Из ущелья выходили новики, ушкуйники и… женщины.

Женщины были индианки… Или индианки в Индии, а тут? Племя Микмаков, выходит — микмачки. В итоге, трофейных женщин привели девять. Но это бы ладно. Ещё были и дети. Троих грудничков тащили сами женщины и семерых… индейчиков несли новики и новгородцы. От двух до четырех лет детки. Закутанные в кожи и меха по самую черноволосую голову.

Расскажут, понято. Но и без рассказов всё ясно. Отряд мстителей прошёл по следам индейцев и наткнулся на стойбище. Мужчины были перебиты. Старики перебиты. Дети старше четырёх лет перебиты. А вот этих молодых женщин и маленьких детей взяли в полон. В рабы? Нда!

От колонны победителей отделился Андрейка и направился к стоящим у сугробов с брёвнами Иоганну и Георгу.

— Выследили.

Андрейка он не рыцарь в серебряных доспехах, давший обед защищать слабых и карать подлых убийц. Не. Он дитя вполне своего времени. Он хладнокровный уби… воин, более того, он очень хорошо подготовленный воин. На нём как бы не сотня трупов. Но это до сего дня были взрослые мужчины и они были врагами. А тут старики и дети.

— Иван Фёдорович, ты не в сказку попал, — мысленно утёр себе сопли барончик.

— Пошли в дом к Георгу, расскажешь поподробнее.

— А с этими… — начал было староста.

— Это твоя работа. Накормить, пропарить в бане от вшей и прочих блох. Не дайте всей этой добыче попасть в дома пока не прожарится в бане при высоких температурах. Потом дам сиих и киндеров один чёрт всех обстричь налысо во всех местах и ещё раз вымыть с мылом дегтярным. И уже потом распределите по домам. Да, чуть не забыл. Там в привезённых лекарствах есть синие горшки с густой такой тёмно-зелёной кашицей. Они сверху жиром говяжьим залиты. Жир уберёте, эту кашицу разводите в воде и пьёте сами, все