От Дуная до Рейна - Вячеслав Киселев
Первым козырь выложил противник, когда на исходе второго часа сражения, в том месте, где прежде находился ханский шатёр, взметнулось в небо личное знамя Али Мурад-хана и раздался протяжный звук боевого горна. Оставшиеся в живых нукеры всё же разыскали под развалинами шатра своего повелителя, отделавшегося контузией, и он вновь принял командование армией на себя. Воодушевленные этим известием, персы усилили напор и даже сумели на некоторых участках немного потеснить защитников города, расширяя себе пространство для маневра резервами, имевшимися у них ещё в достаточном количестве. Наступала кульминация, теперь чаша весов могла склониться с любую сторону.
Добрый и Георгий наблюдали за ходом сражения с надвратной башни и, практически, одновременно пришли к одинаковой мысли – пришёл черед выложить свой козырь. Прочитав короткую молитву, они обнялись на прощание друг с другом и остававшимся за старшего царевичем Давидом, и спустились на дорогу, где их уже ожидала готовая к атаке ударная группа, чьи кони от нетерпения выбивали подковами искры из булыжной мостовой.
***
На инструктаже перед выходом на задание, Граф заволновался, что вдруг они не услышат сигнал к началу боя, учитывая значительное расстояние их позиции от города. На это Добрый с улыбкой ответил, чтобы Граф не беспокоился – нужный звук от точно не пропустит и ни с чем не спутает. Так и случилось. Едва солнечный диск оторвался от горной гряды на востоке, на севере раздался голос «Иерихонских труб», от звука которых даже на таком расстоянии становилось не по себе, и группа Лиса нанесла свой удар.
Залпом из винтовок с ПБСами спецназовцы сняли четырех часовых, охранявших небольшой блокпост на входе в Соганлугский проход, а дальше Граф показал, что означают слова «попасть в мясорубку» в реальности. Первым ворвавшись на позицию персов, он положил двоих из пистолетов и вооружившись парой трофейных сабель устроил форменную резню, положив дюжину ошеломлённых натиском противников. Подоспевшие грузины присоединились к избиению и через десяток минут с дозорной полусотней было покончено.
***
Удар классической тяжелой кавалерии страшная штука, но то, что с неумолимостью разгоняющегося поезда появилось из открытых Гянджинских ворот и на полном ходу вскрыло боевые порядки персов, словно искусный повар устрицу, было гораздо страшнее. Здесь к таранному удару бронированных жеребцов добавились не удары мечей и боевых топоров, а град смертоносного свинца.
Раздумывая о том, каким сюрпризом можно ошеломить противника в ключевой момент сражения, Добрый вдруг вспомнил про танки из прошлого мира и решил применить аналогичный подход с учетом местных реалий. Полторы сотни вооруженных скорострельными винтовками СВЧ-2 спецназовцев, экипировали вместе со средствами передвижения в усиленные комплекты местного аналога рыцарских доспехов из запасников царского дворца, а сам он облачился в полный штурмовой Архангел со шлемом и взял в руки любимый Печенег с системой бесперебойной подачи ленты на полтысячи гостинцев. Патронов 7,62 на 54 оставалось в наличии всего полторы тысячи, поэтому пулемет со времен Крымской компании прохлаждался на складе в Донецке, но в этот раз Добрый решил прихватить его с собой, на всякий случай, и не прогадал.
Пробив брешь, ощетинившаяся огнём «бронированная сколопендра» двинулась в направлении центра боевого порядка персов, туда, где развивался ханский стяг, оставляя за собой полосу «выжженой земли». А вслед за ней городские ворота выплеснули наружу классическую кавалерийскую лаву из двух тысяч казаков и гвардейцев ведомых царём Георгием. Персы дрогнули и попятились, а лава обтекла с двух сторон ударную группу, прикрывая расстрелявших боекомплект спецназовцев, и продолжила истребление побежавшего противника. Али Мурад-хан понял, что сражение проиграно, и дал команду на отход…, а если точнее – спасайся, кто может.
***
Отправляя группу Лиса с миномётной батареей на Соганлугский хребет, Добрый поступал вроде бы нелогично, фактически выключая их в ключевой момент сражения из игры и ослабляя свои ударные возможности, но он рассуждал иначе. Шесть минометов – это, конечно, сила, но отнюдь не вундерваффе, особенно учитывая ограниченный боекомплект. И самое главное, просто победить в сражении под стенами города и прогнать Али Мурад-хана из Картли-Кахетии, было совершенно недостаточно.
Царь Георгий оценивал силы персов тысяч в пятьдесят-шестьдесят, поэтому если хотя бы половина из них организованно отступит вместе со своим ханом, то дней через десять под стенами города вновь будет стоять пятидесятитысячная армия. И вот тогда у них начнутся настоящие проблемы, ведь в сражении защитники Тбилиси понесут потери, подкреплений ждать не откуда, а боекомплект к РСЗО закончится. Следовательно, армию Али Мурад-хана требовалось уничтожить, как организованную силу, или хотя бы пленить командующего, а лучше всё вместе и сразу. Именно такую, достаточно расплывчатую, задачу поставил перед Лисом и его бойцами Добрый – ждать и действовать по обстановке.
– Лис, глянь-ка, – окликнул Граф командира группы, передавая ему подзорную трубу, – хорошие кони, сбруя, богатые панцири, такие воины на Востоке обычно охраняют важных особ!
Осмотрев небольшую группу всадников, двигающихся галопом в сторону блокпоста, Лис согласился с выводами подчиненного и дал команду приготовиться к захвату. Тройка Графа быстро экипировалась в трофейную амуницию, изображая персидский блокпост, а остальные бойцы укрылись за валом.
После отхода защитников города из Соганлугского прохода, персы расчистили лишь небольшой проход в заграждениях, достаточный для движения маршевых колонн, а большая их часть осталась нетронутой. Поэтому никаких проблем с восстановлением целостности преграды у бойцов Лиса не возникло.
Труба же выбрал себе огневую позицию в трехстах метрах от горловины, на небольшом пригорке, откуда он мог вести продольную стрельбу по проходу, поставив там подвижный заградительный огонь. Вот здесь, на фронте в двести метров, шести минометов было достаточно, чтобы остановить любую армию – ловушка захлопнулась.
***
Захват Али Мурад-хана прошёл, как по нотам. Согнувшийся в подобострастном поклоне Граф сблизился с остановившимся в непонятках кортежем, снайпера сняли начальника охраны и ближних нукеров, а Граф ухватил ханского коня и повалил его на землю вместе с седоком, освобождая линию огня. Через полминуты с нукерами было покончено, а невдалеке уже показались первые, самые скоростные представители бегущей персидской армии.
Минут двадцать спецназ и бойцы отряда Мухранбатони, перевооруженные для этой операции винтовками СВЧ-1, сдерживали бегунков, одновременно прореживая и уплотняя их походно-боевой порядок, а потом наступил
