Обменный фонд. Том 2 - Сергей Линник
Долорес проводила дни в изучении меню и цен, смотрела, как работает персонал в разных заведениях, искала поставщиков мебели и строителей, которые сделают ремонт. Идея так захватила её, что я понял: даже если вдруг с этим зданием не выгорит, надо срочно покупать другое. Лишь бы в работу с головой не ушла. Но это уже забота не сегодняшнего дня.
Размах виделся и в планах по найму персонала. Два повара, столько же официанток, и даже мальчик на побегушках не виделись ей чрезмерными.
Верхом всего мне казалась смета, которую Долорес составляла по вечерам. Я туда не лез. Потом, когда всё, с её точки зрения, будет готово, надеюсь, настанет мой черёд. И я, конечно же, помогу.
Сомнения возникали только насчёт названия. Вечером, когда мы уже спать легли, начался очередной этап обсуждения.
— «Эрмоса чика», — предложил я. — Оригинально же.
Но Долорес только фыркнула:
— Звучит, как будто там бордель открываем. Прекрасная девчонка. Хуже даже, чем «Ларго каминьо», хотя я думала, что дальше некуда.
— А как по-испански «полное брюхо»? — спросил я через пару минут, когда Долорес начала тихонько посапывать.
— Барига льена, — пробормотала она. — Ах, ты, гад!
В меня полетела подушка.
— Ладно, тогда «Блюда мексиканской кухни от Долорес». Точно ни у кого нет.
— Подушку отдай. Сама придумаю. На тебя никакой надежды.
Всё это происходило в ночь с пятницы на субботу. А в воскресенье Долорес как подменили. Настроение рухнуло, тетрадка с расчётами забыта. А сама будущая рестораторша занимается медитацией, лёжа на диване спиной к белому свету.
И гадать не надо — это последствия посещения церкви. Она ведь с утра туда решила сходить. И зачем я ей тогда насоветовал эту Сан-Фелипе-де-Нери? Похоже, там собрались одни садисты.
— Долорес. Посмотри на меня.
Она заворочалась, села.
— Наверное, с рестораном не получится.
— Это ещё почему?
— Они… сказали, что нормальные католики ко мне ходить не станут. Раз муж меня бросил, это наказание за грехи. И надо думать не как деньги зарабатывать, а о жизни вечной.
— Ходить будут, и ты это знаешь. Нормальные люди. Я приглашу туда на обед таких гостей, против которых даже архиепископ не рыпнется, не то что эти деятели. В конце концов, у меня есть отличный выход из положения.
— Переехать?
— Зачем. Все их претензии сводятся к тому, что ты замужем.
— Да.
— Так давай, они перестанут это делать.
— Ты наймёшь бандидос, чтобы те шлёпнули Диего? Он, конечно, козёл, но я на такое не соглашусь никогда.
— Всё проще. Разведёмся.
* * *
Поначалу для Долорес слово «развод» звучало примерно как «полёт на Луну». Оно и понятно, у католиков надо быть королём или герцогом каким-нибудь, чтобы такое провернуть. А тут я предлагаю сделать это, причём быстро и безболезненно.
Я пытался взывать к голосу разума, но это почти не работало. Кивала, вроде всё понимала, но как доходило до главного — всё. Будто кто-то кнопочку нажимал.
— Ладно, представь себе, что со мной что-то случилось. Решил покататься на лыжах и сломал шею. Или одна симпатичная мексиканка задавила, паркуя свой «бьюик».
— Я нормально паркуюсь, — хмуро заметила Долорес.
— Я другого и не говорил. Специально сказал слово «вообразим». И открою тебе тайну завещания — ты сразу становишься обеспеченной дамой. Будешь владеть всем. Включая мои старые рубашки, которые я не ношу, но забываю отдать в церковь. А через неделю примчится твой незабвенный Диего и скажет: «Здравствуйте. Не скучали? Выдайте мне половину совместно нажитого в браке имущества».
— Откуда он узнает?
— Такие новости быстро доходят. Поверь, Диего появится здесь мгновенно. Да, ты подашь в суд. И даже выиграешь. Но не сразу. Заплатишь за это всем — временем, нервами и деньгами. Кроме того, имущество на всякий случай могут арестовать, пока идёт разбирательство. Короче, одни неприятности. И всё это из-за твоего упрямства.
— Из-за того, что кто-то решил покататься на лыжах! — Долорес приставила указательный палец к моему лбу. — Ты от меня так просто не избавишься! Я найду старую индейскую ведьму, она мне поможет!
— Я раньше найду шамана, он победит ведьму. А мы будем сидеть возле машины, есть барбекю и наблюдать за битвой.
— Ты очень несерьёзный, — она помолчала, потом медленно кивнула. — Когда мне надо подавать заявление?
— Сейчас узнаем.
Я пошёл к телефону и поспешил обрадовать адвоката, что мы желаем быстро и недорого получить развод для синьоры Санчес, урождённой Гарсиа. Ант тоже обрадовался, только сказал, что насчёт недорого ничего не получится. К тому же дело касается только гражданского брака.
Так как моё присутствие не требовалось, встречу назначили на понедельник. Мой день в Лос-Аламосе.
* * *
Похоже, Бейнбридж начал привыкать к свиданиям с безопасниками. По крайней мере, когда я с ним встретился на улице, он даже улыбнулся. Вяло, больше по привычке. И затравленный взгляд стал просто уставшим. Может, грамотные ребята разобрались уже? Да, топорно исполнено, с одной стороны. А с другой — на злую шутку не тянет. Мало какая спецслужба сейчас способна разбрасываться такими деньгами, чтобы просто устроить бяку специалисту не самого высокого ранга.
Миша рассказывал, что, в отличие от фильмов, настоящие разведчики на «Астон-Мартин» ездят редко. Большей частью они прикрываются постами официальной посольской шелупони — секретарей и помощников. Для них лишняя двадцатка — чуть ли не праздник. У нелегалов всякое может случиться, хотя был вроде и миллионер, которого потом федералы взяли, но это дело совсем другое. Те тоже рисковать напрасно не будут.
Короче, с какой стороны ни посмотри, эта фигня с деньгами выглядит подозрительно. И это не нравится безопасникам. Значит, будут долбить до тех пор, пока не объяснят происходящее сами себе.
Сотрудники отдела, который готовит под чутким руководством Бейнбриджа первое испытание бомбы, все эти техники и физики — ребята грамотные. Дело своё знают крепко. Но в отсутствие должного контроля начинают расслабляться. Ходят по кабинетам без дела, болтают о всякой фигне, пьют кофе и курят. Кот из дома — мыши в пляс.
Да и какая может быть сознательность, если некоторые из них в этой дыре больше года
