Капитан (Часть 2) Назад в СССР. Книга 14 - Максим Гаусс
Кикоть снова позволил себе короткую, сухую усмешку.
— Отдыхал. Сначала санаторий на Черном море, для таких как я. По предписанию врачей, по здоровью. Были достаточные основания для реабилитации. Отдых, процедуры. Скучно до одури. Не мое это.
Он на секунду оторвался от дороги, взглянул на меня.
— А потом была командировка. В Польшу. По собственной инициативе, можно сказать. Вернее, по просьбе старых товарищей. Рутинная работа, наблюдение. Ничего особенного. Но каналы старые еще работают. Оттуда я и узнал, что Калугин был ликвидирован. И Якушев заодно. Поздравляю, кстати. Чистая и необычная работа.
Он говорил ровно, но я уловил в его тоне странную ноту — не похвалу, а скорее констатацию факта, смешанную с едва уловимым раздражением. Как будто моя самостоятельность и дерзкая способность импровизировать прямо на ходу ему все ещё не нравились. Как и раньше, на полигоне, где нас гоняли снайпера…
— Да, я для ЦРУ проблема. Они уже пытались меня взять на живца, но я переиграл их. Целую группу положили прямо там, у западных берегов Франции. Взяли командира группы. Причем, живого. Потопили их судно.
Кикоть кивнул, его лицо в зеркале стало серьезным.
— За океаном ещё раз убедились в том, что ты не просто солдат, выполняющий чьи-то приказы. Ты — игрок. Игрок, который не играет по-правилам, а грубо ломает их партии. А таких либо вербуют, либо устраняют. Вербовка в этом случае маловероятна, однако, повторюсь — ты нужен им живым. Такого закалённого бойца как ты, устранить не так уж и просто! А воздействовать на тебя можно через семью… Именно поэтому я не тратил зря время, проверил твою супругу.
Я резко посмотрел на него, но промолчал. В груди закипела знакомая, холодная ярость. Они посмели сюда сунуться. Сюда, где Лена, где будущий ребенок, где спокойно, тихо и мирно.
Лось, до сих пор молчавший, тяжело вздохнул.
— Значит, вот оно что, — произнес он хрипло, глядя на меня тяжёлым взглядом. — Я чего-то подобного и ожидал. По глазам было видно, что ты сюда не просто так приехал, Максим. Боялся ты чего-то, потому и спешил… Война, она ведь, липкая. От нее не отмоешься просто так.
Я повернулся к нему. Нужно было объяснить. Хотя бы вкратце.
— Михаил Михайлович, я… Моя служба последние годы была связана с особыми заданиями. Афганистан, Сирия, Пакистан. Ликвидация полевых командиров афганской оппозиции, срыв их операций. Много чего. В Сирии оказалось ещё интереснее. А дальше все закрутилось в дикую спираль, которая до сих пор напоминает о себе. Вы не в курсе, но генерал КГБ, Калугин… Предатель, скрытно работавший на ЦРУ! Он был ключевой фигурой, готовил переворот власти, тайно передал противнику огромные объемы секретной информации… Этого даже не описать! Мы его нашли и коварно ликвидировали в Португалии, прямо под носом американцев. Но это было только начало. Теперь какая-то гнида там считает меня личным врагом. И хочет устранить, сначала ему нужно что-то еще… Он может пойти на что угодно, чтобы добиться своего.
Лось слушал, не перебивая, его жесткое, обветренное лицо было непроницаемо. Лишь в уголках глаз собрались глубокие морщины — от напряжения, от понимания.
— Понятно, — наконец сказал он. — Врага знать надо. И знать, что он не дремлет.
Он посмотрел на Кикотя.
— А вы, товарищ, вообще кто такой?
— Ранее я много лет работал в КГБ. А потом меня выбросили, как ненужную вещь. Я думал — все, жизнь закончилась. Но из ниоткуда появился Громов и буквально вытащил мою шкуру оттуда, откуда не возвращаются. Далее я уволился в звании майора, хотя уже давно должен был носить погоны подполковника… Мои командиры были и рады, что я ушел сам. Но это не значит, что я оставил старые дела. Теперь я работаю сам на себя.
— Ясно. А почему здесь?
Кикоть покачал головой.
— Я прибыл вчера вечером. Трое суток назад перехватил зашифрованное сообщение о том, что Громова ищут. Решил проверить лично. И, как видите, не зря. Ваша рыбалка была слишком простой приманкой. Уединенное место, ранний выезд… Но каков будет их следующий шаг, я не знаю…
Мы подъезжали к станице. Первые дома, покосившиеся заборы, коровы вдоль дорог. Утро вступало в свои права, но ощущение покоя, добытого с таким трудом прошлой ночью, было безвозвратно испорчено.
Машина Кикотя остановилась у калитки дома. Мы выгрузились. Дверь дома распахнулась, и на пороге появилась Лена. Я облегчённо выдохнул, расслабился. Честно говоря, по дороге домой, представлял себе жуткие вещи…
Увидев нас, выходящих из чужого УАЗ-а, а не из отцовского, она нахмурилась, ее взгляд мгновенно изменился.
— Пап! Максим, что у вас случилось? Где машина? — спросила она, окидывая нас быстрым, тревожным взглядом.
— А, ничего страшного, солнце. Просто поломались. — я постарался сказать это как можно спокойнее и увереннее — Повезло, знакомый подкинул. Виктор Викторович, вместе в Афганистане пересекались. А здесь случайно встретились.
Лена смерила незнакомого для нее человека быстрым, изучающим взглядом — взглядом дочери военного, которая слишком многое повидала рядом со служивыми людьми. Наверное, наше появление действительно выглядело слегка странным.
— Ну, хорошо… — чуть улыбнулась она. — Заходите, у меня завтрак на столе!
— Спасибо, к сожалению, вынужден отказаться. Работы много! — Кикоть уже возвращался к машине.
Я не стал его останавливать. Ещё встретимся.
* * *
Прошло два дня.
Два дня волнительного спокойствия, которое с каждой минутой становилось все более зыбким.
Кикоть поселился в пустующей хате на краю станицы, сказав, что задержится у нас ненадолго — «для выяснения обстоятельств». Мы с Михаилом Михайловичем молча согласились с его присутствием. Лучше держать его в поле зрения, вдруг будет нужен?
Я старался вести себя как обычно: помогал по хозяйству, разговаривал с Леной, пытался шутить. Но внутри все снова было натянуто, как струна. Каждый скрип калитки, каждый звук незнакомого мотора заставлял меня внутренне вздрагивать, рука по привычке тянулась к тому, чего не было за поясом. Пистолет у меня имелся, но не при себе. Чтобы лишний раз не пугать супругу, спрятал его в доме.
На третий день, ближе к вечеру, я пошел в станичный гастроном за хлебом. Небольшое, приземистое здание с выцветшей вывеской, у входа обычно толпились местные мужики, обсуждая последние новости.
Сегодня их почти не было. Я уже собирался зайти внутрь, как мой взгляд зацепился за машину, припаркованную в тени развесистой ели, метрах в
