Ревизор: возвращение в СССР 50 - Серж Винтеркей
Но если успел, то получается, что, по мнению лондонского руководства, он, как резидент, проявил завидную предусмотрительность — запустил в разработку русского, на которого они тоже вышли через его связи с ИРА. Но главное, что он сделал это ещё до того, как получил указание поступить так из штаб‑квартиры. Там, несомненно, это оценят крайне положительно.
'Неплохо, очень неплохо для новичка, которого сделали резидентом, как он прекрасно знал, вовсе не потому, что планировали это сделать. Просто обстоятельства сложились так, что другой кандидатуры у центра не нашлось. Ему повезло, что предыдущий резидент зарвался и не учёл всей той опасности, что представляет собой КГБ, глупо попавшись в устроенную ему ловушку.
Ну что же, пусть в Лондоне видят, что, хотя и случайно, они всё же выбрали нужного человека для этой работы. Вот так ему и нужно продолжать работать — шаг за шагом на пути к дальнейшему успеху и признанию в Лондоне. Тогда по возвращению из Москвы, если оно станет поистине триумфальным, у руководства не будет другого выхода, как назначить его на какую‑то серьёзную должность. Больше никаких «подай и принеси». Он сам станет серьёзным боссом, у которого будут десятки сотрудников. И не здесь, в холодной Москве, а в столице цивилизованного мира — в Лондоне. Хотя и здесь, конечно, тоже быть начальником гораздо приятнее, чем парнем на побегушках у резидента, каким он был ещё недавно. Формально, да, он был его заместителем, но прекрасно помнил, что его шеф ни в грош его не ставил. Мол, опыта не хватает, и какой-то он несообразительный… А потом сам взял и позорно попался в ловушку КГБ… Тоже мне, большой специалист по разведке!
Немедленно вызвав аналитиков, Хэммет дал им поручение выяснить, что за альманах «Спутник» выпускают на английском языке русские, и является ли его автор действительно тем Павлом Ивлевым, который делает публикации в газете «Труд» и выступает на радио? Сам он очень хотел, чтоб так оно и оказалось.
Так, и если эта информация подтвердится, то нужно же с резидентом ЦРУ ею немедленно поделится. Договаривались же совместно Ивлева разрабатывать…
Селектор пискнул, и помощник резидента сообщил ему, что с ним срочно хочет увидеться посол. Интересно, по какому поводу?
* * *
Москва
Со встречи с Захаровым собирался ехать сразу в спецхран, но вспомнил, что с утра меня сбили с толку этим звонком из японского посольства, а я ведь хотел директору нашего детдома позвонить… Нашел автомат поблизости, да сразу ее и набрал.
Позвонил директору детдома. Титова очень мне обрадовалась — это было слышно по её голосу.
— Павел Тарасович, — сказала, — никак вы снова хотите нам помощь оказать в связи с Новым годом?
— Да, всё верно, Александра Мироновна. Именно поэтому и звоню.
Дальше начали обсуждать с ней конкретные позиции — что на этот год нужно. Быстро выяснилось, что фактически всё то же, что и в прошлом году. Мы‑то закупили в прошлый раз всё то, что быстро детьми в негодность приводится. Маленькие всё же они совсем — и чашки перебили, и постельное бельё уже частично в негодность привели.
Вспомнил, что там дети алюминиевыми столовыми приборами пользуются. Спросил:
— Может быть, мы из нержавейки принесём? Одно дело — сломать алюминиевую вилку, другое — вилку из нержавейки. Явно, что гораздо дольше прослужит.
Она тут же сказала, что и сама была бы рада, но при проверках это очень неодобрительно воспримут, потому что нержавеющие вилки и ножи травмоопасны с точки зрения безопасности, а это значит — непорядок.
Тут же отозвал это предложение назад, само собой.
Вспомнил вдруг, как мы с супругой на лыжах катались и в субботу, и в воскресенье. Спросил её:
— А что у вас там есть для занятий зимними видами спорта? Санки, лыжи, коньки. Что‑то из этого, может быть, нужно?
Возникла пауза секунд на пять. Потом она сказала растерянно:
— Нужно, конечно, но это же очень больших денег стоит.
— Ну всем, конечно, мы вас не обеспечим. Скажите, что больше всего нужно?
— Лыжи, конечно, и коньки, — сказала директор без дальнейших раздумий. — А санок, если получится, штуки три — четыре для младшей группы со спинкой поддерживающей. Дети постарше эту спинку очень быстро ломают, к сожалению. Но, конечно, было бы неплохо для самых маленьких…
По поводу того, что ещё, если получится, удастся раздобыть, договорились ещё о полотенцах. Их тоже постоянно нужно большое количество. И зубных пастах со щётками. Уж какие будут.
— Но если пасты, — пояснила директор, — не будет, то и зубной порошок тоже очень неплохо. А то дети балуются постоянно, и баночки эти несчастные, если не присмотреть, мгновенно опустевают, словно не несколько детей зубы почистили, а сотня. Разыграются, дунут в коробочку, и весь зубной порошок уже в воздухе летает…
В разговоре с директором детского дома спросил также про другие детские дома, у которых нет такого хорошего снабжения, сказав, что у меня будет возможность и им помочь с подарками детям на Новый год. Она, тут же оживившись, добрая душа, без малейших сомнений назвала мне парочку адресов.
Спросил, нужно ли предварительно уточнять потребности с директорами этих детских домов. Ответила без малейших сомнений, что им будет нужно всё то же самое. Потому что многое, конечно же, по линии государственного снабжения поступает, а вот того, что мы обсуждали, к сожалению, всегда у всех не хватает.
Ну, для меня тоже неплохо. Экономия времени. Это же надо со всеми вначале созвониться, потом лично съездить, потому что по телефону такие вопросы невежливо как‑то решать с людьми. Лучше уж потом просто привезти под Новый год да вручить подарки. Ведь я же не рассчитываю на какую‑то благодарность с их стороны. А от подарков, они, само собой, не откажутся.
Решив не откладывать важное дело, съездил сразу на ЗИЛ к Варданяну. Вначале рассказал, потому что тот явно ждал этого, что с Востриковым у нас идёт вне всяких сомнений всё очень продуктивно. Очень он этому обрадовался. А затем спросил его про детский дом, уточнив:
— Как там с подарками в этом году? Есть уже какое‑то движение?
— Обижаешь, Паша! — развел руками Варданян. — Да всё уже практически готово. Кстати, как раз
