Торговец будущим 2 - Мархуз
Кочубей, оказывается, сторонник дружбы с турками и персами, во как. По любому, император, оценив величину расходов на завоевания и то, что всё равно те территории отделятся когда-нибудь, решил поставить крест на кавказской экспансии. По крайней мере, на ближайшие 15–20 лет.
— Господа, так и сделаем. Укрепим те границы опытными солдатами, выделим им земли, так оно дешевле обойдётся. Грузинские же земли пусть остаются пока самим грузинам. Не можем мы позволить себе помогать другим, нужно себе сначала помочь и экономику усилить.
Решение царя — закон для верноподданных, на том и порешили, хотя Новосильцев остался недоволен. Всё-таки в Петербурге или Москве приятно порассуждать о правильной имперской политике, будучи защищёнными гигантскими расстояниями от пылающих границ. Тем паче, что после освобождения Закавказья, можно заняться и освобождением той же Ирландии от английского владычества. Или Николай Николаевич пока не готов к столь полной роли освободителя?
— Кстати, Денис Дмитриевич, — сказал на прощание Александр Первый, — на днях вам пришлют двадцать егерей из бывших гатчинцев. Можете выбрать столько сколько посчитаете нужным.
На этом нас с гофмаршалом отпустили на приволье, видимо сами отправились на свой обед по-императорски. Впрочем у нас тоже будет, как обычно, богатый выбор разносолов и деликатесов. Чай с одной кухонной кладовки кормимся, ибо сами её и заполняем, ха-ха.
Кочубей добрался до нас лишь ближе к семи вечера. Наверняка целый день у них толковища были, как в Негласном, так и в Непременном советах-комитетах.
— Да, Денис Дмитриевич, именно так день прошёл. Нужно выработать позиции для дипломатов, как по Франции, так и по Англии с Австрией. Вот только граф Панин все уши прожужал о том, чтобы сначала с Англией замирились, а остальные подождут. Ну и намекнул, что надо бы английским купцам компенсировать их потери за время простоя. Иначе, мол, Англия останется недовольной, а это чревато последствиями.
— Они же эскадру в Балтийское море ввели в начале апреля и бомбардировали Копенгаген, — подтвердил Ланской, — могут и до нас добраться.
— Если англичане шведов, пруссов и нас тронут, то сразу заполучат войну и бойкот их товарам. И быстро останутся без своего Ганноверского курфюршества, а французы нам всем мешать не будут, господа. Так что со стороны англичан это была просто спекулятивная угроза не больше. Торговая блокада бывает разной, можно год-другой и без английских товаров пожить в Европе, а за это время подготовить ракетные обороны для стран-участниц лиги вооружённого нейтралитета.
— А как же их эскадра? — спросил Кочубей.
— Виктор Павлович, у них боеприпасов не хватит всех нас бомбить, да и Кронштадт даст им отлуп своей береговой обороной. И это лишь во-первых. Десант они высадить нигде не смогут, так как его сомнут и в Швеции, и в Пруссии, и у нас. И они это прекрасно понимают. Ну и войну на континенте против рассадника их королей в Ганновере, сразу несколько союзных армий начнут. Весь расчёт сей английской спекуляции на слабость дипломатов, которые сейчас во всех трёх странах убеждают монархов встать перед англичанами на колени.
И граф, и гофмаршал аж поёжились, услышав слова «встать на колени». Никто такие слова вслух не произносит, чтобы сохранить видимость гордости при проявлении трусости. Чую, что мне несдобровать, коли называю вещи их именами. Сейчас ещё и Австрию приплетут для пущей важности.
— Маркиз, но Австрия обязательно поддержит Англию, а значит бойкот будет неполным, — отозвался Кочубей.
— Тогда, Виктор Павлович, и австрийцы заполучат в свои враги всех нас, а также и Францию. И куда их империя денется с континента? Или уплывёт, как Британия на своих островах? Нет, здесь нужен строгий ошейник для Англии. Им ни в коем случае нельзя уступать в переговорах и тогда они сами вынуждены будут пойти на наши условия. А чуть дадим слабину и они за это уцепятся и сядут на шею.
— Денис Дмитриевич, право слово, было бы в моей власти, сделал бы вас переговорщиком, — неожиданно (уже третий раз за день, кстати) сказал граф.
— И я бы поддержал вас в этом вопросе, — поддакнул гофмаршал.
Слава богу, что это всего лишь шутка и все понимают что к чему. Никакие сановники, особенно самые влиятельные, не допустят чужака на пост канцлера или хотя бы вице-канцлера.
— Но как убедить графа Панина быть потвёрже в переговорах с Сент-Эленсом?
— Так уговаривать и не нужно. Ясно же, что англичане завербовали Никиту Петровича, это и в будущем вскрылось. Так что он должен отрабатывать английские деньги всеми правдами и неправдами.
— Денис Дмитриевич, — нахмурился Кочубей, — такими обвинениями не следует бросаться не имея доказательств. Это не принято у нас в обществе и вообще неприлично.
— Виктор Павлович, наш разговор между собой не предназначен для выноса на публику. Хотя бы потому, что без откровенности мы не найдём истинную подоплёку происходящего. Или вы не заинтересованы осознать что происходит на самом деле?
Граф ещё раз поёжился, но уже для проформы. Естественно, что его волнует судьба России не меньше чем меня. Для понимания глубинных процессов он вроде готов вылезти из своего англофильства, если это поможет.
— Я считаю, уважаемый граф, что с англичан нужно брать пример во многом. Но это не означает, что нужно идти на уступки им. Наоборот, следует проявить силу русского духа и навязывать свои условия. То, что конкретно нам выгодно и удобно, безо всяких сомнений и попыток войти в их положение. Поверьте, тогда тот же посланник Фицгерберт начнёт вертеться, как уж на сковородке. А сейчас, как мне кажется, он уже развалил нашу балтийскую лигу в своих мечтах и диктует нам условия.
— А как же быть с графом Паниным?
— Временно определить его в такое место, откуда он не сможет мешать процессу переговоров. Не нужно его ни в чём обвинять, а просто выпустить в люди, когда соглашение будет подписано на наших условиях. Тогда и овцы будут сыты и волки целы.
Несмотря на то, что шутка старая и дурацкая, но улыбки всё-таки появились на лицах моих собеседников. И даже обстановка разрядилась, чего я и добивался. Теперь вся эта инфа будет залита в уши императора, а дальше никто не знает, как царь-батюшка поступит. И я останусь не при делах, а значит целее буду. Проживать в хате с краю очень удобно и
