Сердце шторма - Рая Арран

— Поднимайтесь, сеньор Перов, — прозвучал рядом насмешливый голос.

Алеша резко дернулся, но вместо подъема получилась слабая конвульсия. Пришлось смириться с положением и бессильно скосить взгляд на внезапного гостя. Ментор с самым аристократичным видом сидел на краю бревна.

— Поднимайтесь, барон, — повторил он, — вам не пристало валяться в грязи.

— Что… вы…

«Что вы здесь делаете?»

«Поддаюсь любопытству. До меня дошли интересные слухи о ваших подвигах, хочу услышать историю из первых уст».

Ментор переместился ближе и навис над Алешей.

— Предпочтете вести разговор в таком положении?

«Хотите говорить, хотя бы подайте руку…»

Алеша попытался перевернуться.

— Нет.

Ментор исчез из поля зрения.

— Вы давно в этом не нуждаетесь.

Перед Алешей появилось серебряное навершие трости. Он схватился за него и, неловко поставив опору, стал подниматься.

«Вера рассказала вам про дуэль, да?»

— Да. Вам следует говорить вслух. Практика — это хорошо, но ваши вездесущие подручные наверняка донесут кому следует, если заметят, как вы молча беседуете с дивом чужой Академии. Вам ни к чему лишние вопросы и подозрения.

Алеша наконец встал на ноги и устало посмотрел на ментора, который сиял позитивом и жизненной энергией. И раздражал слишком откровенным высокомерием. Алеша доковылял до бревна и сел на него, сложив руки на трости. Педру остался стоять напротив.

Рядом с высоким и сильным дивом Алеша до сих пор чувствовал себя ребенком. Даже теперь, когда разница в росте была не настолько существенна, что-то в менторе заставляло втягивать голову в плечи и прятаться за своим ускользающим детством, как за последним правом на ошибку и отступление.

Алеша всегда помнил его таким. Чудовищно сильным и опасным. Немного противоречивым, с редкими безумными искрами в глазах. Однако стоило потянутся к разуму дива, как сила и давление сменялись внезапным умиротворяющим спокойствием. Ментальное общение с ним напоминало мягкий шепот, и это порой настолько не совпадало с общением реальным, что ставило Алешу в тупик.

Педру мог быть довольно резким, никогда не упускал возможности продемонстрировать силу и напомнить ученикам, кто он такой. И, может, они действительно нуждались в таком напоминании?

Алеша всегда держался с ним настороже, а Вера и Миша… Порой казалось, что они воспринимают сурового ментора как домашнего кота. Любовно чешут за ушком и просят покатать на спине. Они никогда не выказывали страха или излишней осторожности. Однажды Алеша спросил у Веры, почему, и получил очень странный ответ.

— Ну… он же друг. Чего его бояться?

— Он див… и очень сильный, — пытался возразить Алеша. — Разве ты… не чувствуешь… когда он пугает… одним присутствием? Когда давит… своим штормом. Так, что голова… болеть начинает?

— Чувствую. Но это ведь не страшно, это просто его природа. И никогда не замечала головной боли, может, это из-за твоей силы?

— Может…

Сейчас голова болела от банальной усталости, и Алеша был благодарен за то, что ментор воздерживается от привычных проверок боеготовности.

— Тоже будете… распекать… за дуэль?

— Зависит от того, как вы действовали, — улыбнулся Педру, — но, учитывая, что вы победили, это маловероятно. Хотя как ментор, конечно, я настоятельно рекомендую впредь отстаивать честь подруги более дипломатичными способами. Или вы хотели максимально впечатлить сеньору Аверину?

— Впечатлить? — Алеша поморщился. — Конечно. Ей же только впечатлений… тогда… не хватало!

Педру склонил голову на бок и нахмурился.

— простите… я не пытался… никого впечатлить… и не искал ее внимания. Просто Кирилл поступил… как подонок. Нельзя было оставить… его безнаказанным. — Алеша сильнее сжал навершие своей трости. — Понимаете? Нельзя. Она чуть… не погибла. И в такие… проблемы вляпалась. А он смеялся. Это мерзко и подло.

— И вы решили наказать это вселенское зло местного разлива. Похвальное стремление к справедливости. И хитрость. Вы ведь прежде не показывали полную мощь своей силы… Как вы убедили бештаферу прийти на поединок, да еще и не выдать вас ментору Диане? Ведь удерживать контроль долгое время вряд ли получится.

— Я не убеждал. Я вообще не знал… что могу… их контролировать.

— То есть как не знали?!

— Вот так. Это произошло… спонтанно. Я разозлился. Собирался призвать путы. Но увидел… насмешливый взгляд… Кирилла. И почувствовал вдалеке… Трехметробуса. И подумал… Вот бы ты мог мне помочь. Вот бы ты его сшиб. Всеми своими лапами. Это был просто… порыв злости. Как ментальный крик…

— Который вдруг превратился в приказ.

— Да. Трехметробус сказал… что услышал четкий приказ. И не смог ослушаться. Он сшиб ограду стадиона… когда летел к нам. Прошелся по Кириллу. Это решило исход дуэли. Пока он пытался подняться… пришла Диана. Никто не выдал ей… что это дуэль. Ссора. И внезапное проявление оружия. Но меня все-равно… наказали.

— Я правильно понял, сеньор Перов? — Ментор подошел ближе, опустился на корточки и посмотрел на студента снизу вверх. — Вы полезли в дуэль, потому что не смогли оставить подлеца без наказания, при том что в вашем арсенале только трость и умение шептаться с дивами? И лишь волей небесного провидения выяснили, что способны на большее?

Алеша, подумав пару секунд, пожал плечами.

— Восхитительное безрассудство, — Педру покачал головой и несколько раз хлопнул в ладоши. — И как вы сейчас? Сила поддается контролю?

— Слабо, — честно ответил Алеша. — Я не чувствую… где и когда диалог… переходит в приказ. Но эту способность признали оружием. И посоветовали усилить физические тренировки. Как будто это может… что-то исправить!

Алеша встал, опираясь на трость, почувствовал, что все еще шатается, и обида накрыла его окончательно.

— Я слаб. Я не буду боевым. А если и мог бы. Все видят во мне… будущего кабинетного ученого. И все. Переводчика для исследователей.

— И это уже не кабинет, — возразил Педру. — Это Пустошь. Не специализация вас определяет, сеньор Перов. А ваши навыки. Хотите научиться биться, так учитесь. Вы же колдун. То, что ваша дорога легла в сторону науки, не избавит вас от необходимости защищать себя и тех, кто окажется рядом. И разве не этого вы хотели, когда стремились в Академию?

— Моя сила не боевая… биться… у меня нет ничего кроме… желания…

— А трость?

Алеша удивленно посмотрел на трость, серебряное навершие в форме льва поблескивало в свете фонарей.

— Лишнее напоминание о слабости.

— Ох, перестаньте себя жалеть и начните мыслить творчески.

Педру выхватил трость, подождал пока Алешка встанет ровно без поддержки, и, отойдя на пару шагов, ловко закрутил ее в пальцах.

— Я видел, как вы держитесь. Еще пара лет, и дополнительная опора вам не понадобится. Останется только привычка и видимый образ. Мой