Балаклава Красная - Виктор Карлович Старицын
Что отсюда следует? Попросим низовые парторганизации выдвинуть своих кандидатов. А потом каждому кандидату предоставим возможность выступить на радио и в газете со своей позицией. Так мы их всех и выявим, и ярлычок каждому приклеим: «марксист — догматик» или «левый авантюрист».
На общем партсобрании примем резолюцию с одобрением внутренней и внешней политики ЦК и Совета. И примем решение об учреждении «Ордена Коммунистов». И одобрим внедрение коммунизма в местные народные массы под видом религии. Это давно назрело. А потом, с опорой на низовые партийные организации начнем готовить выборы в Совет. Партийную дисциплину никто не отменял. На конференции коммунисты выдвинут кандидатов в Совет. Опять же, из числа надежных товарищей, полностью поддерживающих линию ЦК.
Отчетно-выборное партийное собрание назначили на знаменательную дату — 7 ноября, День Великой Октябрьской социалистической революции.
Узнав об отмене Советом 9-того рабочего часа и обязательного трудоустройства, Сокольский понял, что эти меры в сочетании с отмененой карточной системой устраняют основные причины недовольства граждан. А значит, большинства коммунистов на партконференции и большинства народа на выборах Совета оппозиции набрать не удастся. Он снова собрал у себя лидеров недовольных.
— Триумвират выбил у нас из рук все козыри. Объективные причины недовольства граждан Совет устранил. Теперь у нас с ЦК и Советом остались только идеологические разногласия. Давайте прикинем, сколько коммунистов и граждан за нашу политическую платформу проголосуют.
— Женсовет сможет организовать около двухсот голосов гражданок и примерно сотню граждан. — Ответила его жена. — Однако, членов партии среди них не более двух десятков.
— Группа марксистов рассчитывает набрать четыре десятка коммунистов и столько же граждан. — Сказал Дубакин.
— Комсомольцы организуют примерно 300 человек, из них коммунистов всего два десятка. — Высказался Свистунов.
— Итого мы можем набрать около 600 голосов граждан и 80 голосов коммунистов. — Заключил Сокольский. Это составит 10 % членов партии и 8 % избирателей. Отсюда следует, что большинства в ЦК и в Совете мы не набираем. Можно надеяться лишь на создание фракций.
— Ну и что же! — Возразил Дубакин. — Образовав фракции в ЦК и в Совете, мы получим легальный доступ на радио и в газету. Сможем объяснить народу наши позиции. Даже наш единственный член в ЦК и единственный депутат в Совете получат право выступать с публичным обоснованием наших идей.
— Провести наших людей в ЦК и в Совет мы вполне можем. — Обнадежил Сокольский. — Только, для этого нужно, чтобы все наши группы голосовали солидарно. У нас ЦК состоит из 10 членов. То есть, на 70 членов партии приходится один член ЦК. Однако же, за немногих особо популярных коммунистов, вроде Фрегера, Асташева или Родионова проголосует значительно больше коммунистов. Предположим, по 150 человек за каждого в среднем. Голоса остальных 250 коммунистов распределятся между 7 местами в ЦК. А кандидатов выдвинут наверняка больше. То есть, на одного кандидата придется не более 35 голосов. А за нашего кандидата проголосуют 70 коммунистов. Так что, наш кандидат гарантировано пройдет в ЦК. Можно выдвинуть и двоих, но возникнет риск, что оба «пролетят».
Аналогичная ситуация будет на выборах депутатов. В Совете 21 депутат на 7400 избирателей, или один депутат на 350 избирателей. Для гарантированного прохождения в Совет достаточно будет 180 голосов. А у нас есть 600 голосов. Мы вполне можем провести в Совет троих депутатов, а двоих — наверняка.
Отсюда напрашивается такая выборная стратегия. Все наши коммунисты голосуют за кандидата в ЦК, которого выдвинут марксисты. Он гарантировано проходит в ЦК.
Женсовет и комсомольцы выдвигают по одному кандидату в Совет. За каждого проголосуют по 300 наших избирателей. Большее количество кандидатов выдвигать нецелесообразно, поскольку можно остаться вообще без мест. Важно только, чтобы все наши люди голосовали солидарно, как мы им укажем.
— У Женсовета есть проблема. — Выступила супруга Сокольского. То количество сочувствующих, которое я назвала, было у нас до отмены чрезвычайного положения. А теперь основная причина недовольства Советом устранена. Многие могут отколоться. Нам нужна новая идея, понятная массам.
— И что вы предлагаете? — Вопросил Дубакин.
— Я сама уже уволилась с работы и стала домохозяйкой. При этом моя семья потеряла мою зарплату. Напомню, в СССР профессия домработницы была вполне официальной. Был даже профсоюз домработниц. А давайте предложим, чтобы домохозяйкам, имеющим на иждивении детей, государство платило зарплату, как домработницам. Тогда у нас сторонников еще и прибавится.
— Ну, в СССР домработницам зарплату платили их наниматели. — Возразил Дубакин. — А с чего у нас им будет платить зарплату государство?
— Отличная идея! — Воскликнул Сокольский. Эту идею он уже обсудил дома с женой. — Пусть будет у них маленькая зарплата, к примеру, в половину минимальной зарплаты служащих. Или в треть. Зато, почти все бывшие домохозяйки за нее проголосуют. А их у нас было более полутысячи. Можно по-быстрому учредить профсоюз домохозяек. И это будет официальная организация, в отличие от Женсовета. А Вы, уважаемый Трофим Мартынович, обоснуйте с позиции марксизма-ленинизма, почему профессия домохозяйки является общественно значимой и государственно необходимой.
— Поработаем с коллегами этот вопрос и обоснуем, на основе трудов классиков! — Загорелся идеей Дубакин. — Однако, мы должны выработать общую предвыборную платформу, которую поддержат все три наших группы.
— Тут ничего сложного я не вижу. — Ответил Сокольский. — От марксистов берем лозунг — Ввести в Республике социалистическое законодательство СССР в полном объеме для всех граждан и подданных!
От комсомольцев берем лозунг — Освободим угнетенных трудящихся славян, валахов, мордовцев, марийцев от гнета Хазарских феодалов!
А от Женсовета берем требование: признать домохозяек, имеющих детей, трудящимися и назначить им государственную зарплату!
Лозунги простые и доходчивые. Народ нас поддержит. Но, Вы, Трофим Мартынович, все это как следует обоснуйте.
Глава 40
Выборы
Стоило ЦК и Президиуму объявить о грядущих выборах, как политическая жизнь в Республике забила ключом. Такого накала страстей старые члены партии не помнили с 20-х — и начала 30-х годов, когда в партии и стране гремели дискуссии о прекращении НЭПа, о коллективизации сельского хозяйства, о борьбе с троцкизмом, о борьбе с левым и правым уклоном.
После страшного 37-го года на партийных собраниях и конференциях никаких дискуссий не возникало. Было тихо и спокойно, как на кладбище. Отчетный доклад руководства с последующим одобрением, с утверждением предложенной руководством резолюции, бурными и продолжительными аплодисментами в заключение. Тишь да гладь. За любые несогласия с линией Политбюро коммунист запросто мог отправиться далеко и надолго. На 10 лет без права переписки.
