Республика Корея: в поисках сказки. Корейцы в русских зеркалах. Опыт исследования - Александр Мотельевич Мелихов
Но судя по тому, как весело и задорно меня приглашал в эту поездку Со, буддийский храм в этот раз мы посещать не собирались.
Ещё несколько часов работы позволили составить более широкое представление об этом празднике. Оказывается к концу эпохи Чосон (1392–1897), оставаясь важным событием в рамках буддийской жизни, этот праздник в широких слоях крестьянского населения страны воспринимался в несколько ином ключе. Об этом мы узнаем из трактатов второй половины XVII начала – XIX веков, составлявшимися учёными-конфуцианцами и посвященными описанию обычаев и обрядов тех местностей, где учёные служили и путешествовали. В таких трактатах имеются упоминания о том, что в народе празднования в этот день в первую очередь были связаны с окончанием работ на рисовых полях, то есть имели по своей сути аграрно-общинный характер. Именно поэтому очень часто в народе этот праздник назывался мосым наль «день труженика» или мосым-е сэниль «день рождение труженика».
Наиболее ценным источником в этом плане является трактат Ю Дык Кона (1748–1807) («Записки о столице и провинции»), созданный во второй половине XVII века. Он пишет, что «в старину, в период Корё, в этот день проводили церемонии подношения Будде по „Сутре об улламбане“, но сейчас основным занятием в этот праздник стало вкусно и много поесть и крепко выпить». В трактатах других авторов говорится, что к середине XIX века в сельских местностях сформировалась традиция проводить в районе этого дня особенные «рыночные дни», которые получили название пэкчончун чан (в сокращенной форме пэкчун) – «Рынок в день Ста злаков». Основной отличительной чертой этих рыночных дней от многих других было обилие различных развлекательных мероприятий, таких как состязания по борьбе на поясах ссирым, своеобразные выступления танцоров и музыкантов, качание на качелях, а также проведение разных увеселительных мероприятий. С течением времени название пэкчун закрепилось как название пятнадцатого дня седьмого лунного месяца, а сами мероприятия стали называться пэкчун нори «празднование в день пэкчун».
Праздники полнолуния седьмого лунного месяца были известны и в Китае (чжунъюань), и Японии (бон или о-бон).
Как в Китае, так и в Японии этот праздник имеет преимущественно буддийскую окраску и связан с тем же сюжетом, о котором рассказывалось выше. Тем не менее, всегда отмечается, что помимо собственно буддийского характера праздника, при его проведении идея поклонения умершим и здравствующим родителям очень важна, но мотив единения семьи и местной общины занимал в обрядовой стороне праздников достаточно заметное место.
В Китае, например, разного рода представления в этот день носили общинно-комунальный характер и устраивались на средства, собранные в складчину с членов деревни. Этот праздник был временем игр и увеселений. В целом в народе он прочно сохранял свою изначальную связь с благодарением предков за урожай. О связи празднеств середины седьмого лунного месяца с видами на урожай и сельскохозяйственными работами свидетельствуют некоторые обрядовые элементы в различных регионах Китая: в низовьях Янцзы крестьяне к этой дате приносили в жертву Полевому богу просо, рис, фрукты и овощи, в уезде Чаншоу крестьяне в ночь на пятнадцатый день ставили у полей еду и чашки с вином и т. д.
Существует предположение, что буддийские празднества этого дня во всех трёх странах могли быть позднейшим оформлением значительно более древней традиции, связанной с благодарением семьёй и общиной умерших предков и других духов хранителей и защитников плодородия, берегущими в земле семена жизни.
И вот мы отправились в путь. Из Сеула до Миряна по скоростным магистралям ехать около четырех-пяти часов. По корейским меркам это был неблизкий путь. Мирян расположен на юго-востоке Корейского полуострова в провинции Кёнсан-намдо.
По дороге Со рассказал мне, что сегодня в деревнях к пятнадцатому дню седьмого лунного месяца уже не относятся как к обязательному празднику деревенской общины. Тем не менее, иногда в конце лета, начале осени (а именно на это время и попадает пятнадцатый день седьмого лунного месяца) в провинциях проводят различные фестивали, приуроченные к этому когда-то праздничному дню. На такой фестиваль Со и пригласил меня.
Мне думается, что здесь важно сказать несколько слов об особенностях сельского хозяйства в старой Корее, чтобы представить, чем же так важен был для корейцев этот праздник.
Широко известно, что традиционное занятие корейцев – пашенное земледелие. Ведущей сельскохозяйственной культурой издавна был рис. Обширных равнин в Корее очень немного, но их плодородные земли являются основными районами для выращивания риса. Помимо прибрежных равнин аллювиального происхождения на западном и южном побережьях, сельское хозяйство сконцентрировано в местах слияния крупных рек во внутренней части страны. Под рис занято примерно две трети обработанных полей Кореи.
Возделывание риса – весьма трудоемкий процесс. Рис влаголюбивая культура. Поле во время вегетационного периода залито водой. Слой воды на рисовом поле должен быть везде одинаков, для этого поле тщательно выравнивают, разделив на отдельные небольшие участки, огораживают их земляными валиками.
В древности обработка рисовых полей начиналась в мае, пахали на волах деревянным плугом с широким, лопатообразным железным лемехом. В целом весь сельскохозяйственный цикл условно можно разделить на три больших этапа: посадка семян, прополка сорняков и сбор урожая. Сеять рис начинали в мае–июне либо в разброс, либо рассадой. Не только посадка рисовой рассады, но и другие этапы обработки земли, такие как рыхление почвы, окучивание, прополка, борьба с сорняками в течение всего вегетационного периода, которые из-за обильных летних дождей производились не менее двух раз в сезон, требовали от корейских крестьян напряженной работы.
Сложные климатические условия, кропотливый ручной труд, широко применяемый при заливном рисосеянии, способствовали формированию среди корейских крестьян особых коллективных форм труда. В связи с этим в жизни корейской деревни важную роль играли общинные отношения и коллективные формы труда. Для совместного труда в Корее создавались группы из пяти – семи семей, называвшиеся туре. Туре представляет собой
