Blondie. Откровенная история пионеров панк-рока - Дик Портер

Фанковую «Surrender», с ее мощной и словно пылающей гитарой Найла под четкие барабанные перебивки, можно смело назвать квинтэссенцией творчества Chic. Тогда как плод совместных усилий Харри и Стейна «Inner City Spillover» – первая и чуть ли не единственная попытка их новых коллег сыграть регги. Ее текст напоминает об уличной игре «Красная карта» с тремя картами. «В нее играют чернокожие ребята на улице. Они устраивают картонные коробки, словно столы в казино и зовут сыграть туристов, а кто-то один обязательно стоит на шухере, чтобы не попасться копам».

Крис объяснял: «Существует разница между восприятиями регги и рэпа в США и Великобритании. Афроамериканцы ничего не знают о музыке регги, слушают Chic, и это считается уличной музыкой. Параллельно с этим развивается рэп-движение, вышедшее из диско и фанка и не имеющее расовой сегрегации – его слушают и черные, и белые. Молодежь Великобритании в значительной степени идентифицирует себя с регги».

«Backfired» вышла в качестве первого сингла, и именно ее украшает стальное звучание гитары Роджерса, вписанное в самый жесткий грув альбома под ритм-секцию имени Эдвардса и Томпсона. В лирике Найл поднимает темы, актуальные еще с Real People, порицая паразитов музыкальной индустрии. «Песня посвящена шарлатанам, что дают множество обещаний, а по факту только пускают пыль в глаза», – объяснял Найл.

Джазовый, загадочный напев Дебби в песне «Now I Know You Know» стал наградой для всех, кто ожидал услышать в альбоме фирменную изысканную балладу Chic в ее нежном исполнении. Бархатный тембр певицы бесшумно ныряет в сдержанную, томную мелодию, останавливая течение времени. В середине композиции возникает резонирующий эффект и звучат легкие нотки джаза. «Это одна из любимых песен Найла – может, потому, что он ее и написал, – с улыбкой комментировала Дебби. – Не могу понять, почему слушатели не оценили эту песню должным образом. Как по мне – это выдающаяся работа».

«Мы сознательно делали акцент на вокале Дебби, – отмечал Бернард. – Сначала мы сомневались, стоит ли ей исполнять балладу, но большинство из тех, с кем мы обсуждали концепцию пластинки, поддерживали эту затею. Ее талант стал для нас открытием, и мы с Найлом получили отличную возможность исполнить мечту Дебби – исполнить нетипичные для ее репертуара песни. Она призналась, что стала большим поклонником нашей музыки и очень хотела спеть что-нибудь для нас, и, похоже, это было правдой. Одной из важнейших черт ее характера можно назвать проницательность. Она действительно в курсе всех новинок музыкального мейнстрима и всегда понимает, что от нее ждет многочисленная армия меломанов».

Любопытно, что одна из двух совместных работ ударной четверки, «Under Arrest», наиболее близка к раннему звучанию Blondie. Тогда как «Military Rap» Криса и Дебби, где общий бодрый дух новой волны перекликается со звуками горна, Chic сочли достаточно спорной. «Они не работали над песнями так быстро еще со времен своего рок-н-рольного прошлого, никогда не переживая о том, что и как играть. Так что большую часть басовых партий записал я», – вспоминал Крис.

Второй совместной песней стала «Oasis», диско-композиция с ближневосточными мотивами. «Это старая песня в стиле исламского диско, о которой долгие годы перешептываются в Нью-Йорке, а-ля “А давайте устроим тегеранский хит”, – рассказывал Стейн. – Эта воистину сумасшедшая идея возникла в недрах “TV Party”, и, кажется, там мы его впервые и продемонстрировали. В общем, мы записали этот трек, прослушали его, убрали малый барабан – и получили вожделенное аутентичное звучание».

«Найл хотел назвать альбом The Niggers And The Bitch[82], но мы не рискнули выносить его на суд “Chrysalis”, – невозмутимо рассказывает Крис. – Работая над пластинкой, мы все больше убеждались, что мир погряз в гребаном расизме. Некоторые доброжелатели отговаривали нас от работы с Chic, чтобы мы “не скатились в R&B”. Это напомнило мне историю ребят из Chic, которые, начиная свою деятельность в качестве рок-группы, посылали демо-записи в звукозаписывающие компании, а когда их приглашали на встречу и узнавали, что они афроамериканцы, присвистывали от удивления: “А вы не пробовали начать играть соул?”».

«Это обыкновенный расизм. Он не имеет с музыкой ничего общего», – подтверждала Дебора.

«Когда в рок-сообществе заявляют, что белые люди не могут делать черную музыку только из-за цвета кожи, это расизм. Они видят в этом только подражательство, если не пародию – и это тоже расизм, – замечает Крис. – Но, Боже упаси, мы никогда не ставили перед собой задачу походить хоть на кого-то, а только лишь качественно выполнять свою работу. Бытует мнение, что актуальная черная музыка неприемлема, и лишь через десяток лет она якобы становится травоядной. Так было в середине 1960-х, когда признанным стилем считался блюз, но “Motown”, по мнению большинства, выпускал какую-то фоновую музыку. Я же до сих пор помню, как молодежь любила The Four Tops[83]».

27 июля 1982 года в честь выхода альбома KooKoo лейбл «Chrysalis» устроил пышную вечеринку с обилием угощений в центре Лондона. Она проходила в легендарном спа-салоне Sanctuary Covent Garden. «Они устроили мероприятие для прессы, – пояснял Крис. – Мы утвердили список на сотню гостей, а пришло около пятисот, ну и жесть.… Вряд ли бы мы подписались на это снова. Насколько я понимаю, журналистов задела дороговизна мероприятия, Дебби, вынужденно нанявшая телохранителя, и прочий бред. В зале стояла невыносимая жара, но лично я на удивление неплохо провел время, видимо, потому что знал, на что подписался. На счет Дебби – не знаю».

Журналисты таблоида «The Sun» зациклились на дискомфорте Деборы и выкатили статью, сплошь состоящую из клише и изъезженных шаблонов, под кричащим заголовком «Слишком жарко для Блонди-Золушки!». Материал изобиловал описаниями «аппетитной Дебби» под титулом «Золушки поп-музыки», которая, «уставшая и расстроенная», в полночь убежала с мероприятия, ненадолго задержавшись у бара, чтобы взять бутылку воды «Perrier». Согласно выводам таблоида, «дикая вечеринка в честь Дебби Харри», вероятно, стала для нее последней, учитывая ее высокую стоимость. Описывая разнообразие фуршета, журналисты отметили, как многие гости уходили домой с гигантскими крабами подмышкой. Не остался незамеченным и новый имидж Криса, который решил отрастить бороду и бесцеремонно оправдывался: «Мне надоело бриться, а Дебби не возражает. Теперь она ласково называет меня своим любимым деревещиной».

К всеобщей радости презентацию посетил наш дорогой Крис Нидс:

Встречи с моим приятелем Джа Уобблом[84] всегда влекли за собой бурные и насыщенные событиями вечера, после которых я частенько находил себя спящим в мусорном баке. Так было и после той вечеринки, на которой журналисты «The Sun» сняли мой затылок рядом с Дебби в зеленом парике. Именно тогда я имел честь познакомиться с очаровательным и энергичным Найлом Роджерсом, который, ко всему прочему,