Blondie. Откровенная история пионеров панк-рока - Дик Портер
Некоторые обозреватели, словно по команде, ничего не поняли. «Два идиота, что пишут рецензии на фильмы, Фрик и Фрак (вероятно, имеются в виду Сискель и Эберт – прим. авт.), выдали: “Как мы и думали, Дебора Харри не продемонстрировала в фильме и толику своей знаменитой сценической энергии”. По их мнению, она должна была выскакивать на кухню тридцатых годов с микрофоном в руках?» – ухмылялся Крис.
«Я работала под руководством режиссера, – продолжала Дебби. – И не занималась самодеятельностью, а выполняла его пожелания».
После завершения работы над фильмом Дебби и Крис планировали вернуться в студию с остальными участники Blondie и начать работу над четвертым альбомом под руководством Майка Чепмена. Однако ситуация с менеджером оставалась неопределенной, – переговоры между Питером Лидсом, его законным представителем Майком Майером, Марти Силфеном, Бертом Паделлом и Терри Эллисом из «Chrysalis» в роли посредника продолжались без видимого разрешения конфликта.
«Весь этот период выдался совершенно дурацким. В феврале мы приступили к записи альбома, но так толком и не поработали, – вспоминает Найджел Харрисон. – Мы забронировали часы в студии и отменили их в последнюю минуту, заплатив неустойку в размере 18 тысяч долларов, а потом тщетно пытались за 3–4 дня свести альбом. Проблемы с менеджментом давали о себе знать».
Вместо работы в студии, группа отправилась на Западное побережье, чтобы снять несколько видео для нескольких популярных ток-шоу, а затем – в европейский промо-тур, приуроченный к выходу сингла Heart Of Glass. «В Европе мы считались большими звездами, разъезжали на лимузинах по лучшим ресторанам, при этом пребывая в ошалелом состоянии, когда не могли даже поесть. По ощущениям нам было по сто лет, – говорила Дебби. – За все надо платить, во всем нужно соблюдать баланс. Иногда, зная, сколько тебе придется выдержать, волей-неволей задумаешься, а так ли оно тебе надо?».
Промо-акция не прошла незамеченной. В дополнение к беспрецедентным продажам Heart Of Glass, вышедший в апреле сингл Sunday Girl попал в двадцатку в восьми европейских странах и возглавил чарт Австралии. Версии трека на английском и французском языках обеспечили песне второе место в Англии, но в США, несмотря на усилия лейбла, она так и не попала в чарты.
«Способы моего продвижения и рекламы отличала эдакая благонамеренная тональность, – замечала Дебора. – В Америке панк был на полулегальном положении, и все, что с ним связано, считалось опасным и нездоровым. Пытаясь ввести треки Blondie в ротацию, “Chrysalis” делали все возможное, чтобы мой образ производил более-менее благостное впечатление».
«Помимо Америки существовало еще много рынков, на которые мы старались выйти, – объясняет Крис. – Можно сказать, на США у нас не было времени, да и предыдущую промо-кампанию “Не хочешь порвать ее в клочья?” нельзя назвать удачной. Что, кроме чуждой нам эксплуатации сексуальности, она в себе несла? Затем началась оправдательная кампания “Blondie – это группа”, но любой, кто знаком с нами, и так это знает, а остальные могут думать, что хотят».
«Мы балансируем на грани легальной коммерческой поп-музыки и отчаянных попыток нас в чем-то подозревать, – рассуждала Дебби. – Но такой уж у нас имидж, и мы не собираемся его менять. Странно другое – наши песни становятся мировыми хитами, но радикальные слушатели нас отвергают, считая слишком рафинированными, а простая публика смотрит со страхом, видя в нас радикалов».
«В пути наверх рано или поздно каждый твой соратник повернется к тебе спиной, – добавил Крис. – Допустим, ты собрал группу, а денег нет даже на еду. Подписываешь контракт, ставишь на кон жизнь, тратишь время и незаработанные деньги, чтобы выпутаться из неудачных сделок, и твои товарищи говорят: “Ты – продажный козел, пошел бы ты нахрен”».
Вскоре промоушн начал выматывать артистов. Студийное время было забронировано только на май, концертов почти не намечалось. «Наверное, мне пора привыкнуть, – ворчал Фрэнк. – Концерты – главное для меня, я скучаю по ним. Уже и не вспомнишь, когда мы в последний раз выступали. Еще две недели телесъемок, и возвращаемся в Нью-Йорк, работать над новым альбомом».
Пока Джимми подрабатывал в «Max’s» и продюсировал группу The Student Teachers, Клем выступал сессионным ударником с басистом Филом Ченом, Крис и Дебби отводили душу в кабельном шоу «TV Party» соратника Уорхола, писателя Гленна О’Брайена. Анархическая программа выходила в эфир из небольшой студии на 23-й улице с 1978 по 1982 год. Здесь освещали вопросы искусства, моды, музыки, и приглашали самых необычных гостей, а звонки телезрителей привносили в дискуссии особую остроту. Дебби пела и помогала за кулисами, иногда работая с камерой. Помощник Уорхола скрипач Уолтер Стединг руководил оркестром The TV Party Orchestra. Ричард Сол из The Patti Smith Group отвечал на звонки. Среди постоянных гостей шоу были Дэвид Бирн, Роберт Фрипп, The Clash, Найл Роджерс, The B-52 и местные группы вроде DNA. Во время гастролей Blondie Крис и Дебби присылали в программу видеорепортажи.
«Это можно назвать панк-телевидением, – утверждал О’Брайен. – Мы выступали против техники, против формата, против истеблишмента и анти-истеблишмента. Любое бедствие было нашим хлебом». Дэвид Леттерман называл «величайшим в истории телешоу» именно «TV Party».
«“TV Party” была действительно гениальной программой, – восхищается Крис. – Мы будто раз в неделю приходили в свой собственный клуб, где собиралось до сотни человек. Не знаю, кто был нашей аудиторией, но общение всегда проходило весело. Смелый телевизионный эксперимент».
«Сторонние проекты служили своеобразным клапаном, позволяющим выпустить пар, и давали огромное удовлетворение, – объясняла Дебби. – Никто из нас не лишен крутого нрава, и, чтобы не ссориться, нужно куда-то высвобождать энергию».
Помимо работы на телевидении, Крис делал первые шаги в продюсировании, занимаясь дебютным альбомом Уолтера Стединга. «Работать с Уолтером – одно удовольствие. В нем нет предвзятости, его творчество не тяготеет ни к одному из направлений, кроме, разве что, джаза, да и то непреднамеренно, – заявлял Крис. – Стединг создает его психоделическую версию, а сам не лишен отменного чувства юмора, так что я могу удовлетворить свою вечную тягу к абстракции. Не секрет, что музыка Blondie более упорядочена и куда тщательнее продумана».
На выпущенном лейблом «Red Star» Марти Тау альбоме была задействована гитара Роберта Фриппа и куда более радикальная переработка «Hound Dog», дав Стейну еще одно пространство для выхода его творческих идей и планов. «Теперь реализация моих новаторских идей дается мне значительно проще, ведь я уверен в наличии аудитории, которая с радостью послушает или посмотрит
