Александр Овечкин. Полет к рекорду - Игорь Яковлевич Рабинер
– Было так приятно, когда Сашка поднял Кубок Стэнли над головой и первым подозвал Никласа Бэкстрема! – говорил мне вскоре бывший партнер Ови по «Вашингтону» Виктор Козлов. – Эти парни – фундамент, стержень «Кэпиталз». Они начинали в команде вместе и прошли очень многое, чтобы добиться главного.
Когда-то Козлов играл на фланге звена «Вашингтона» с молодыми Бэкстремом и Овечкиным, причем в сезоне-2007/08, когда у Ови было 65 голов и 112 очков – больше, чем когда-либо в его карьере. У Виктора до сих пор висят майки «Кэпиталз» с их подписями. Давно уже перешедший на тренерскую работу и возглавляющий «Салават Юлаев», он включает в этом разговоре личную нотку, но разве он не прав?
Кто-то из ура-патриотов, понятное дело, задался вопросом: а что же это не соотечественнику первому отдал Кубок Овечкин? Так Кузнецов, при всех великолепных отношениях с Сашей, пришел в команду на много лет позже Бэкстрема! Швед много лет «кормил» передачами россиянина, а тот, подняв главный приз, понял, что не может не вернуть пас Никласу.
– Мне вообще всегда было смешно, когда из-за невыигрыша Кубка Стэнли на протяжении многих лет Сашу кое-кто называл некубковым игроком, – продолжает Козлов. – Да в одной только серии 2009 года с «Питтсбургом» – в одной серии! – Овечкин набрал «восемь плюс шесть». Это феноменальный показатель, и играл Саша тогда невероятно. Просто «Питтсбург» как команда оказался чуть сильнее, выиграв в семи матчах. А как Саша пахал в победном Кубке, сколько черновой работы делал, как под шайбу бросался! Сами понимаете – если Овечкин делает это, то у других нет выбора, им остается только делать то же самое.
У меня до сих пор перед глазами обложка одного из летних номеров «Спорт-Экспресс журнала» 1998 года, на которой в чемпионской раздевалке «Детройта» – Кубок Стэнли в руках защитника Владимира Константинова, сидящего в инвалидной коляске, а рядом с ним – остальные наши великие из Русской Пятерки. Добывшие вместе с Айзерманом, Шэнахэном, Лидстремом и другими тот Кубок именно для него, Константинова, которому после страшной аварии не суждено было больше играть в хоккей. И спустя годы мы узнавали, что постеры из того и других изданий вешали на стены в своих комнатах маленький Никита Кучеров и множество других будущих хоккейных героев. Не говоря о болельщиках.
Даже я сейчас вырезал бы из журнала постер с Овечкиным, Кузнецовым и Орловым и Кубком Стэнли. Мне уже за пятьдесят, и стать новым Кучеровым не судьба. Зато судьба пацанам, для которых Овечкин такой же бог, как и для мальчишек 90-х – Русская Пятерка.
Сейчас таких драм, как с попавшим в автокатастрофу спустя неделю после Кубка Стэнли-97 и с тех пор навсегда прикованным к коляске Константиновым, слава богу, за победой не стояло. Но со времен того детройтского трофея Россия не знала подобного помешательства на заокеанском плей-офф. Почему же помешалась сейчас?
Потому что – Овечкин. И многолетнее ожидание, что он все-таки сделает это. Смесь надежды и боли, восхищения и страдания. Чем дольше это происходит – тем сильнее чувства. И когда триумф все-таки становится былью – у тех, кто за человека переживает, наступает настоящий катарсис.
* * *
Добавляло эмоций российским болельщикам еще то, что Ови дошел до цели в одном звене с Кузнецовым. Пока эти двое на льду были порознь, объединяясь только при численном преимуществе, «Вашингтон» не брал Кубок. А как оказались в одном плей-офф вместе на постоянной основе – оно случилось.
И ведь Овечкин, получив Кубок и взметнув его в вегасский воздух, передал приз Никласу Бэкстрему, и прав Козлов – это было абсолютно справедливо: такой путь, гораздо более долгий, чем с Кузей, они прошли вместе! Пара Овечкин – Бэкстрем – это стабильность, которая, как известно, признак мастерства. Александр забил сотни голов с передач шведа. И тот для него – очень близкий человек.
Но когда понадобилась вспышка гениальности, кураж, неудержимость длиной в два месяца – их дала пара Овечкин – Кузнецов. У них больше никогда не было такого долговременного магического контакта на льду. Только в то волшебное время. Но его хватило для главного.
Как зубодробительно начинала эта пара тот регулярный чемпионат! В двух первых матчах Овечкин забросил семь (!) шайб, и два его хет-трика подряд (в одном случае даже покер) стали первым таким случаем для двух стартовых игр одной команды в НХЛ за сто лет. И в тех же играх Кузнецов сделал семь голевых передач. Впоследствии главный тренер Барри Тротц не раз переводил к Ови его старого центра Бэкстрема, но в итоге все вернулось на круги своя. И Кузнецов с Овечкиным завершили тот сезон на такой же ноте, на которой начали.
Спустя год я спросил Игоря Ларионова, великого Профессора (трехкратного обладателя Кубка Стэнли, члена Зала хоккейной славы в Торонто, более того, единственного в российской истории человека, который когда-либо входил в выборный комитет этого Зала, – сложно найти для ответа человека, что называется, экспертнее), есть ли в этом какая-то закономерность.
– Не думаю, – покачал он головой. – Такие вещи нельзя спрогнозировать. И нельзя делать выводы, что они выиграли именно потому, что выходили на лед вместе. Овечкин играет с теми же Бэкстремом и Оши – и тоже помногу забивает. Это команда! Потому и победила. В одном году может быть одно сочетание, в другом – иное. Просто так сложилось в конкретном сезоне. Бывает, что начинаешь плей-офф – и именно с одним партнером возникает сумасшедшая «химия». Тренер понимает, что ребята на пике, и уже не разделяет их. А до того у Овечкина с Кузнецовым какое-то время не получалось. И после – тоже. Тогда же оба поймали кураж, основанный на мастерстве и опыте. В таких случаях остается сложить эти хирургические принадлежности в один врачебный ящик, ими и оперировать.
Профессор развил мысль дальше – о том, насколько появление в «Кэпиталз» Кузнецова сделало «Вашингтон» разноплановее и непредсказуемее для соперников. И даже подошел к вопросу более глобально.
– Преимущество Овечкина заключается в том, что он всю карьеру выступает в команде, которая строится вокруг него. Ему есть с кем играть – в том числе и с такими центрфорвардами, как Бэкстрем и Кузнецов. Никлас – очень сильный центр, а появление Евгения еще улучшило ситуацию для Саши. Потому что два классных центра – это возможность выбора для тренера на тот или иной момент и куда меньшая предсказуемость для соперников.
– Ваше взаимодействие
