Неукротимая - Гленнон Дойл Мелтон
Поэтому я взяла трубку из уважения к ее решительности, и сказала:
– Привет, Эрика! Ну, как там твоя учеба? Уже выпустилась?
Она секунду помолчала, а затем ответила:
– Ты знаешь, я не поступила. Дети все еще такие маленькие, куда они без меня… И теперь школа искусств кажется мне просто приступом эгоизма.
Почему женщины так боятся хоть капельку побыть эгоистками? Почему мы всегда приходим к выводу, что нам нужно выбирать между собой и любимыми людьми? Почему нам кажется, что наши желания и благополучие наших близких – это взаимоисключающие понятия? Почему мы уверены, чтобы стабильность и безопасность возможны только в отношениях, а наши любознательность, желания и голод изначально опасны?
Потому что такие вот истории мы впитываем буквально с молоком матери:
Любознательная, голодная Ева – поддалась своему желанию и вот вам, пожалуйста – позор на веки-вечные!
Или, скажем, Спящая Красавица – рисковая девушка поддалась на маленькую авантюру и кольнула пальчик. В результате провалялась в коматозе, дожидаясь спасительного поцелуя от принца! Вот вам и счастливый, блин, конец!
А Золушка? Жила, считай, в рабстве у трех мерзейших дам, пока ее не спас опять-таки принц. И жили они долго и счастливо!
Вспомним «Джерри Магуайра» или любую другую романтическую комедию: Я весь такой жалкий и ничтожный человек, что только с появлением второй половинки все становится хорошо! Хэппи-энд!
Все эти истории – часть идиотской пропаганды, направленной на то, чтобы промыть женщинам мозги и заставить их поверить в две вещи.
Первая: мы можем обрести ценность и покой, только полностью растворившись в ком-то другом. И вторая: если мы поддадимся любопытству, утолим голод и добьемся желаемого, за этим неизменно последуют хаос и боль.
Последние десять лет своей жизни я выслушивала женщин, которые делились со мной своими самыми большими мечтами. Вот о чем они мне рассказывали:
Хочу хотя бы одну минутку – перевести дух.
Хочу покоя, мира и страсти.
Хочу хорошей еды и настоящего, животного, по-настоящему интимного секса.
Хочу отношений, в которых не было бы лжи. Хочу чувствовать себя уверенней в собственной шкуре.
Хочу, чтобы меня замечали и любили.
Хочу, чтобы мои дети были счастливы и жили в безопасности. И не только мои, но и дети всех матерей во всем мире.
Хочу справедливости для всех. Хочу, чтобы люди были едины и приходили друг другу на помощь, чтобы поддерживали друг друга.
Хочу чувствовать, что меня простили, и сама хочу, наконец, простить.
Хочу, чтобы у меня было достаточно денег и сил, чтобы перестать, наконец, бояться. Хочу найти свое предназначение в этом мире и воплотить его в жизнь по полной.
Хочу посмотреть на себя в зеркало, по-настоящему увидеть себя и полюбить.
Хочу чувствовать себя живой.
Хочу смотреть на тех людей, которые меня окружают, действительно видеть их и любить.
Хочу видеть меньше боли в новостях и больше любви.
Все эти женщины хотят хорошего. Все эти женщины хотят, блин, прекрасного. В их желаниях отчетливо видны наброски Божественного замысла. Желания этих женщин должны стать для всего человечества руководством к действию. И в то же время, то, чего они хотят – опасно. Но не для них самих, не для всеобщего блага. Их желания угрожают существующему укладу. Если бы женщины доверяли своим желаниям и следовали за ними, то:
Выравнялись бы несбалансированные отношения.
Не было бы голодающих детей.
Исчезли бы коррумпированные правительства.
Закончились бы войны.
Преобразились бы сами цивилизации.
Рухнул бы сам мир, каким мы его знаем. И возможно, это именно то, что должно случиться, чтобы на его руинах мы построили прекрасную жизнь, отношения, семьи и нации.
Может, Ева и не должна была стать предупреждением. Быть может, она должна была послужить нам примером.
Давайте же признаем свои желания.
Откусим от яблока.
И пусть прежняя жизнь горит.
Пляжные домики
Как же долго я держала себя в ежовых рукавицах.
Тридцать лет покрывала свое лицо косметикой и всевозможными кремами-лосьонами, пытаясь «исправить» свою кожу. А когда бросила, оказалось, что моя кожа и без косметики хороша.
Двадцать лет я красила и выпрямляла волосы, пытаясь обуздать свою естественную кудрявость. А когда бросила, оказалось, что мои волосы и так в полном порядке.
Я объедалась, блевала и десятилетьями сидела на диетах, пытаясь обуздать свое тело. А когда бросила, тело успокоилось и приняло ту форму, которая была заложена в него природой. И она тоже оказалась вполне ничего себе.
Все это заставило меня задуматься: а может, мне нужно выбросить «ежовые рукавицы»? И вместо того, чтобы без конца контролировать себя во всех аспектах жизни – научиться доверять и своему телу, и коже, и волосам, и чувствам, и желаниям. Просто научиться доверять самой себе.
Недавно я написала в своей группе: Делайте с Собой то, что хочется делать. Доверьтесь Себе. И кто-то ответил мне: «Разве это не безответственно – предлагать делать с собой, что хочется? Почти каждый вечер я возвращаюсь домой с работы и хочу выпить целую бутылку рома. Уверена, что не всем своим желаниям нужно доверять».
Есть у меня подруга, которая много лет страдает от жуткой нехватки денег. И недавно она сказала мне, что находится в шаге от того, чтобы арендовать дорогущий пляжный домик – даже несмотря на то, что живет по уши в долгах. В глубине души она знала, что не должна идти на поводу у этого желания, но ей так отчаянно хотелось устроить для своей семьи отпуск на пляже, что она готова была позволить этому желанию перевесить ее внутреннее Понимание.
Когда я спросила у нее, почему она так страстно хочет именно этот домик, подруга опустила взгляд на свои руки и сказала:
– Да насмотрелась на все эти фотки семей на пляже. Как они отдыхают вместе, как им хорошо. Никто, блин, не сидит, уткнувшись в телефон, все просто хорошо проводят время вместе. А в моей семье сейчас сплошной разлад. Дети так быстро выросли. Мы с Томом почти не разговариваем. Такое чувство, что мы теряем друг друга. И я хочу хоть немного остановить все это. Хочу больше общаться с мужем и детьми. Хочу знать, что происходит в их жизни. Хочу, чтобы мы снова веселились вместе.
В итоге вместо аренды пляжного домика моя подруга купила корзину за два доллара и поставила на столике у себя в прихожей. А затем попросила своего мужа и детей-подростков оставлять в ней телефоны на час каждый вечер. Ее семья




