Под ногами остров ледяной - Артур Николаевич Чилингаров
Павел Валентинович Селезнев
Почетный полярник, помощник А. Н. Чилингарова
Порт Артур
Недавно у нас прошел слух, что вместо многочисленных разрозненных комиссий при различных структурах будет создано министерство по делам Арктики, а министром станет А. Н. Чилингаров. Слух пока не подтвердился, но то, что он был бы хорошим министром, ни у кого сомнений не вызвало.
Очевидно, как за последние годы поднялся престиж Арктики, как повернулись лицом к этой теме в правительстве страны. Уже второй год мы с гордостью отмечаем День полярника. Этот официально признанный праздник, утвержденный Указом Президента России, безусловно, можно считать заслугой А. Н. Чилингарова. Сколько было предварительных разговоров, согласований, утверждений, и в конце концов решение принято. Дело в том, что День полярника уже много лет стихийно отмечается на Севере и в Арктике, только периоды разные – где-то празднуют в июне, а где-то в сентябре. Официальный праздник с 2013 года отмечается 21 мая. В 1937 году это был день высадки четверки Ивана Папанина на льдину и начало работы первой дрейфующей научно-исследовательской станции «Северный полюс», которая позднее была названа «Северный полюс-1».
Помню, как в 1991 году, когда была самая длинная полярная ночь и мы работали в Антарктиде, в стране пришел к власти ГКЧП. Чилингаров прилетел за нами на самолете на станцию «Молодежная», это была первая и единственная посадка в полярную ночь в Антарктиде в августе. Прямо оттуда он тогда послал сообщение в столицу, что полярники осуждают действия ГКЧП. Когда прилетели в Кейптаун, Артур пытался найти какую-то информацию и проанализировать, правильно ли он все понял и сделал. Мы его стали поддерживать и сказали, что сделал он все правильно. А поскольку у нас тогда в распоряжении экспедиции было три судна, два вертолета, самолет Ил-76, мы решили: «Артур, ты не переживай, если что – мы организуем компанию «Артур и сыновья», а порт Кейптаун переименуем в Порт Артур!
В отличие от многих, я на Север не приезжал, а родился там, там мой дом. Специальность с Чилингаровым у нас была одна – океанологи, и мы вместе работали в штабе морских операций Центрального сектора Арктики в поселке Тикси, летали на ледовые разведки и осуществляли проводку морских и речных судов по трассе СПМ. Четыре десятилетия совместной работы с ним были разными – трудными, с постоянными спорами и поисками лучшего решения, но всегда – необыкновенно интересными.
Юрий Сычев,
директор Государственного океанографического института им. Н. Н. Зубова
«…Но закал все тот же»
Любая экспедиция в Арктику – всегда опасна и неожиданна. Надо быть немножко… параноиком, все время готовым к неприятным случайностям. И именно потому, что ты все время к чему-то готов, – ничего и не случается, Чилингаров нас этому научил.
На мой взгляд, самый сложный и непредсказуемый проект – это погружение в 2007 году в точке географического Северного полюса на глубоководных аппаратах «Мир». И дело здесь не только в научных результатах (а проект выполнялся в рамках научной программы Международного полярного года). Это погружение неожиданно возымело огромный политический резонанс и стало одним из главных спусковых крючков, изменивших отношение мирового сообщества к Арктике. В частности, приобрел совершенно колоссальный вес Арктический совет. Было много возмущенных возгласов, и прежде всего от Канады: вот, мол, русские захватили Северный полюс! На что Чилингаров резонно заметил: «Американцы поставили флаг на Луне – это же не значит, что они захватили Луну? Если кто-то хочет – места на Северном полюсе полно, поставьте рядом!» Пока никто не поставил.
Чилингаров, как человек старой закалки, часто повторяет заключительную строку поэмы Альфреда Теннисона «Улисс». Эти слова написаны на кресте, поставленном на холме Обсервер в Антарктиде в память выдающегося британского полярного исследователя Роберта Скотта. Трагическая ирония – Скотт проиграл в Антарктической гонке 1911–1912 годов, придя к Южному полюсу на месяц позже великого норвежца Руала Амундсена, и погиб на обратном пути, не дойдя одиннадцати миль до базового лагеря.
Строка из «Уллиса» стала девизом книги Вениамина Каверина «Два капитана», на которой вырос и Чилингаров, и не одно поколение послевоенных мальчишек. Я думаю, последняя строфа поэмы как нельзя лучше подходит нашему Командиру:
Мы – это мы; пусть время и судьба
Нас подточили, но закал все тот же,
И тот же в сердце мужественный пыл —
Бороться и искать, найти и не сдаваться!
(…that which we are, we are;
One equal temper of heroic hearts,
Made weak by time and fate, but strong in will
To strive, to seek, to find, and not to yield.)
Всякий раз, когда мы бываем с ним на Северном полюсе (а мы делаем это практически каждый год), я вижу, как он оживляется, как чувствует себя в своей среде. Это всех бодрит, как будто происходит некое качественное изменение. Одновременно восторг и мурашки по коже. Ведь на два метра под ногами лед, а дальше – 4 км глубины! Это всегда ощущается по-особенному, и лед звенит и так потрескивает…
Анатолий Кириллович Орлов
капитан дальнего плавания, генеральный директор судоходной компании ОАО «Интеркод»
Успеть в нужный момент
Если в какой-то стране я заговорю о Чилингарове – обязательно найдется человек, который скажет: «О! Я знаю его, это мой друг!». Такое впечатление он оставляет о себе у множества людей, которым когда-то помог, в проекте или судьбе которых принял участие.
Однажды, когда мы высаживались из вертолета на Северном полюсе, я неожиданно попал под мощную струю ветра, усиленную потоком воздуха от вертолетных лопастей. Не знаю, чем могло это закончиться, если б Артур Чилингаров вовремя не успел схватить меня и с силой оттащить в сторону. Меня всегда удивляло, как у него
