Ана повсюду - Адольфо Кордова

Директор целых три часа не мог положить конец всем этим насмешкам, жалобам и ссорам, которые в подробностях описал нам потом дон Селестино – как он выразился, он «удачно зашёл» в учительскую поменять воду в кулере, как раз когда скандал только разразился, ну и остался на всякий пожарный: «мало ли, вдруг что понадобится».

Пока учителя обменивались ругательствами, резали правду-матку в лицо и не могли сдержаться (как я не могу сдерживаться и бегу в туалет после атаки ворон-пираний), у нас была бесконечная перемена.

Мы успели и в волейбол поиграть, и в вышибалы, и просто побороться-повозиться. Посмотрели видео на телефоне Эми А., обсудили видеоигры для взрослых, сверхъестественные явления, девчонок, которые нам нравятся (это секрет). И все трое Эми (в моём классе три парня по имени Эми, мы с ними лучшие друзья) в очередной раз сказали, что я сумасшедший, раз думаю, что девчонка из класса постарше обратит на меня внимание.

– Ана тебя даже не заметит, Хулиан, – сказал мне Эми С., он же Сета. – Эти девчонки из шестого только и думают, что про крокобегемотов и акулозавров из старших классов (у нас считается, что когда ты переходишь в другой корпус – в старшую школу, – то немножко мутируешь).

– Шестиклассницы, – продолжил Эми А., он же Аче, – уверены, что их собственные одноклассники ещё дети, а уж про нас они небось вообще думают, что мы до сих пор в подгузниках бегаем.

Где же Ана? Я её всю перемену не видел.

– Да, и если она узнает, что нравится тебе, она тебе соску подарит, – сказал Эми О., он же Огурчик. Я представил себя с соской, и мне стало смешно (и немного противно, потому что соски воняют детскими слюнями), но в глубине души я расстроился, потому что вспомнил, что Ана и правда на год меня старше, она уже в шестом классе (трагедия!). И решил сменить тему:

– Ладно, отстаньте от меня. Давайте лучше играть в «катастрофы».

На эту игру меня вдохновило моё собственное положение. Но вообще и в первом, и во втором, и в третьем классе это была моя любимая игра. В неё все умеют играть. Пожалуй, сейчас уже мы из этой игры выросли. Но перемена всё тянулась и тянулась, делать было нечего. Мы перебрали все стихийные бедствия, какие только бывают: ураганы, землетрясения, извержения вулканов, метеоритный дождь и даже конец цивилизации майя.

– Держи меня за руку, Сета! Не отпускай! – орали мы и катились кубарем, потому что снежная лавина уносила нас вниз по склону.

– Спасайся кто может! Дождь из горящих камней! – мы бросались врассыпную, уворачиваясь от камней, которые извергало жерло вулкана.

– Река выходит из берегов! Забирайтесь на деревья! – прямо на наших глазах поток воды уносил машины, взрослых и даже школу.

Кажется, мы наигрались уже во всё, что только можно, а перемена всё не кончалась. Она длилась и длилась. И длилась. Ещё чуть-чуть и она превратится в кошмарный сон.

Некоторые первоклашки начали хныкать, кто-то стоял без дела посреди футбольного поля, застыв и не зная, куда бы пойти и чем бы ещё заняться. Эта БЕСКОНЕЧНАЯ ПЕРЕМЕНА всех вогнала в транс.

Мы прекратили играть и решили снова обсудить девчонок. Аче сказал, что, когда нас уносила снежная лавина, у Софи изо рта капнула слюна и попала ему в рот. Он задумался, считается ли это поцелуем.

– Фу, противно, – сказал Сета.

– Но результат-то одинаковый, – возразил Аче.

– Разумеется, никакой это не поцелуй, – решил я. – Это просто избыток слюны на большой скорости, а рот-то был открыт… Это не поцелуй, а слюнявая случайность.

Сета заважничал и сказал, что, когда извергался вулкан, его кто-то схватил за руку и крепко-крепко сжал. Мы тогда устроили настоящую кучу-малу, но он был уверен, что это либо Софи, либо Ятци.

– Да нет конечно! – признался Огурчик. – Это я тебя схватил. – Мы все переглянулись. – Я просто испугался из-за этой нашей игры. – Мы так и прыснули со смеху.

– А за задницу тоже ты меня ухватил? – спросил Сета.

– Нет, не знаю… – огорчённо (огурчённо?) ответил Огурец, и мы снова расхохотались, но Сета его обнял, чмокнул в лоб и сказал:

– Не переживай, дружище, я тебя в обиду не дам!

Потом мы молча сидели и смотрели друг на друга и на двор… Никто так и не решился вслух признаться, что нам скучно, что мы от этой перемены уже устали и даже чуточку соскучились по учителям. Наконец Аче приободрился и предложил сыграть в самые обычные прятки.

Мне идея понравилась. Хорошая игра.

Я и не думал, что найду Ану. Там! За деревом сейба. Ана с нами не играла, она просто так пряталась в расщелине – вместе с котом.

Я увидел её и подумал: «Раз-два-три, а вот и ты, Ана из 6-го “А”, которая так мне нравится».

Но она меня огорошила двумя необъяснимыми словами (которые всё перевернули с ног на голову):

– Привет, Хулиан.

Как дурак

– Хулиан? – повторила она.

Да, точно, она называет меня по имени. Я быстро спохватился, натянул пониже рукав свитера, чтоб на руке не было видно надпись «Ана», и ответил:

– Да. Привет. А откуда ты знаешь, как меня зовут?

Она погладила кота и пристально посмотрела мне в глаза (почему она так на меня смотрит… АААА!).

– Потому что мне нравится твоё имя, а ещё я раз услышала, как тебя кто-то звал. Раз тебе кричали «Хулиан!», значит, это твоё имя. Не прозвище же?

Я, дурак, даже не понял, что она шутит, и ответил:

– Нет, меня и правда так зовут, Хулиан. Это имя, а не прозвище.

Она засмеялась и протянула мне кота. Он был тёплый.

– Ну что, Хулиан, приятно познакомиться. А кота зовут Чешир, как в «Алисе в Стране Чудес».

Я про кота знал, я читал ту книжку и фильм смотрел, когда был маленький. Я даже попросил сделать мне пиньяту в форме кота на свой день рождения, когда мне исполнилось семь, но Ане я об этом не сказал. Она спросила:

– Знаешь эту сказку?

«Это не сказка, а повесть, – подумал я, – там даже вторая часть есть, про Шалтая-Болтая и Бармаглота (этот, пожалуй, родственничек моих ворон-пираний)». Но надо было взять себя в руки и поддержать разговор. Вот он, мой шанс! Если сейчас же не скажу что-нибудь, у меня слюна капнет, и тогда Ана точно побежит мне за