Дело о коте Баюне - Ксения Николаевна Кокорева
– А кто зайца говорящего требовал? Я, что ли? Где он, кстати?
– Кто, батюшка-царь? – удивилась нянька.
– Заяц!
– Так его это… Царь-батюшка, переговорить его в тереме никто не смог… Он футбольные матчи теперь комментирует, на работу устроился.
– Всё, дочь моя! – Его Величество вдруг вспомнил, что именно он здесь царь, а значит, самый главный по умолчанию. – Достаточно тебе зверей. Царский терем – не зоопарк!
– Ну папа!
– В темницу посажу, – уже менее уверенно пообещал царь. – Под домашний арест! Эй, стража!
Стража не торопилась на место действий и топталась у входа в тронный зал, с испугом поглядывая на разъяренную царевну.
– Что-о-о? – уточнила та, одним взмахом косы окончательно отогнав за дверь стыдливо потупившихся стражников. И примерилась к вазе расписной из глины заморской, царем высоко ценимой. Вазу эту, на минуточку, ему добыл купец Емеля, тот самый, которого Поповичем кличут. Приехал на печке чародейской самоходной к дочери царской свататься. Ну, дочь отдавать рано покамест, а вот вазочку царь оценил, в своих покоях поставил. И очень не хотел, чтобы она любимому чаду под горячую руку попала.
А тут еще нянька царевнина шепчет, что в темницу царевен сажать как-то не принято, разве что в погреба. А в погреба царевна и сама не прочь наведаться: то за огурчиками солеными, то за капусткой квашеной, а то под настроение окорока копченые отведать изволит.
Не дело, в общем.
– Откуда вообще тебе это в голову пришло? – решил сменить тактику царь.
Нянька снова зашуршала юбкой и шепнула царю:
– Слух пошел, батюшка-царь, что Кот Баюн, чудовище мерзкое, силу свою терять стал. Богатыри в трактире похвалялися, что, дескать, одолеют чуду-юду одной левой, свет ты наш.
– Эти богатыри только болтать горазды. А ты и веришь!
– А еще говорят, что сей Кот свойствами чудесными обладает. От всех болезней излечивать способен голосом своим волшебным.
– А вот это уже интереснее…
Его Величество Ерофей Четвертый глубоко задумался. Как и любой царь, монарх Тридевятого царства страдал многими профессиональными заболеваниями. Одолевала царя и бессонница. Если слухи правдивы и Баюн теперь не мерзкое чудовище, а вполне себе мирный котик… К тому же способный лечить и сказки рассказывать, да еще и мурлыкает, наверное, приятно. Это тебе не заяц! Царь вспомнил, как говорливое животное заполонило собой терем, и поморщился.
Нет, что и говорить, стать владельцем такого универсального Кота – это дело хорошее, но уж больно хлопотное.
– Папочка… – Царевна тоже изменила тактику и заговорила вкрадчиво. – Честное слово, если у меня будет киса, я у тебя больше ничего не попрошу! Ни яблочко-по-блюдечку, ни Сапоги-скороходы…
– Еще не хватало! Ищи тебя потом!
– Вообще ничего! Ну папочка, ну миленький, ну пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! Я сама буду за ним убирать… Иногда… И кормить. И вообще все-все делать.
– Эй ты! – позвал царь стражника. – Приведи мне какого-нибудь богатыря посообразительнее…
Стражник рванул по коридору выполнять царское поручение, но был остановлен на полдороге:
– Стой! Скажи еще этому, богатырю, чтоб клетку не забыл. Ту, с замком, что от зайца осталась!
– Слушаюсь, Ваше Величество!
Когда утих топот стражника, а радостная дочка отправилась учить уроки, Ерофей Четвертый рассеянно подсыпал Жар-птице корма, устроился поудобнее на троне и наконец-то задремал в блаженной тишине.
Эх, тяжела царская доля…
Глава 5
– А потом он собрался – и ко мне. Я решил, что дома ему оставаться опасно, и переправил его сюда, к тебе. Вот такая вот история. – Волк тяжело вздохнул. – Надо что-то делать, Петя, сам понимаешь.
– Понимаю. – Петя покосился на Кота. Тот с независимым видом вылизывал заднюю лапу.
– Честно говоря, я его даже сразу не узнал. Похудел как, осунулся, страшно смотреть!
– Он? Похудел? – уточнил Петя. На его взгляд, утверждение, что Кот Баюн похудел, было страшным преувеличением. Зверь поражал своими выдающимися размерами. Даже в своей «похудевшей», по заявлению Волка, форме он занимал половину комнаты. Шерсть лоснилась. Глаза горели желтым огнем, почти как уличные фонари, а когти потрясали остротой. Одного взмаха такой «лапки» явно было достаточно, чтобы отправить на тот свет зазевавшуюся лошадь. Белоснежные зубы, которые Кот обнажил, зевнув, намекали, что загрызть корову этому милому созданию, что Пете чихнуть. Дополняли картину усы, торчащие во все стороны, как длинные белые антенны.
– Похудел? – еще раз с большим сомнением повторил мальчик.
– Осунулся, – подтвердил Кот. – Раньше я бы этих богатырей одной левой, даже не муркнул… А теперь… Эх, что и говорить…
– Кстати, о мурчании, – перебил его Волк. – Петя! Нам с тобой нужно срочно выяснить, почему Кот потерял свои волшебные способности.
– Я думал об этом, – Кот почесал задней лапой за ухом, – полагаю, дело в проклятии. Проклял меня кто-то, вот я теперь и страдаю.
– Бедный котик, – посочувствовал Волк. – Понимаешь, Петя, ему опасно теперь оставаться в лесу. Как только богатыри поймут, что Кот больше не опасен, сразу прибегут всей толпой. Вот я и подумал, пусть Кот пока поживет у тебя, в твоем мире, а мы с тобой попробуем выяснить, кто его проклял и зачем.
– Скорее, за что. – Петя подумал про до сих пор не выполненное домашнее задание, представил, как завтра скажет: «Я не написал сочинение, потому что ко мне из шкафа пришел огромный черный кот и попросил помочь снять проклятие». Интересно, кому вызовут санитаров – ему или Марии Ивановне? Наверное, ему. Мария Ивановна все-таки много лет работает в школе и привыкла ко всему…
– Ладно, пусть живет. Только веди… – Кот скептически повел ухом, и Петя быстро исправился: – Точнее, ведите себя хорошо. У дедушки сердце слабое.
Кот от души потянулся и принялся точить свои когти о дверцу шкафа. Шкаф сильно зашатался, на двери пролегли глубокие борозды.
– Я попробую, – неискренне пообещал Кот, перехватив Петин взгляд.
– И еще! Никаких разговоров! Просто кот – это еще туда-сюда, а вот кот говорящий – ни в какие ворота не лезет. Мои папа с мамой не поймут! Они мне и с тобой, Волк, общаться запретили, имей в виду, пока оценки не исправлю.
Осталось неизвестным, что на это хотел ответить Кот, потому что дверь распахнулась. На пороге комнаты стояла мама.
– Петя, мне показалось, или ты с кем-то разговариваешь?
Сын только собирался ответить, но мамин взгляд уже сфокусировался на Коте. Тот принял максимально добродушный вид и даже попытался улыбнуться.
– Боже мой, что это? Кто это? Петя! Объясни мне сейчас же, откуда у нас в квартире кот?
– Познакомься, мама, это Васька. – Петя решил позволить себе маленькую месть за испорченный шкаф. –
