Планы на жизнь - Наталья Адарченко

Артур только усмехнулся.

Мы поднялись наверх, я достала ключи и, стараясь прикрывать телом дрожащую руку, открыла дверь. Мамы дома не было, я это поняла сразу – по обуви. Выдохнула. Она не любит, когда домой приходят малознакомые люди. Хотя, с другой стороны, какие ж малознакомые? Артур – мой парень.

– Показывай, как ты тут живёшь, – сказал Исаев, как только мы разулись и сняли куртки.

– Да ничего особенного. Вот моя комната. – Я сразу повела его к себе.

Артур обошёл комнату, рассматривая все выставленные фотографии, но не остановился.

– А дальше?

– Пойдём в зал. – Я вышла из комнаты, Артур последовал за мной.

Мы зашли в гостиную. Исаев осмотрелся, подошёл к окну, оценил вид.

– Есть будем? – вдруг спросил он.

– Да, конечно, – рассмеялась я. – Пойдём на кухню.

Мы вышли в коридор.

– А здесь что? – Артур приоткрыл дверь в третью комнату.

– Это спальня родителей, – ответила я.

– О, а эти окна тоже во двор выходят? – Он подошёл к окну. – Это что, наша школа видна?

– Да, немножко видна, – выглянула я.

Артур стоял совсем рядом, и казалось, я чувствую его дыхание. Вдруг он положил руку мне на плечо. Я вздрогнула от неожиданности.

– Ну, что? Пойдём теперь на кухню? – Я выдавила из себя улыбку.

– А может, ну её, кухню? Давай останемся здесь? – Артур обнял меня за талию и притянул к себе.

– Исаев, это комната родителей, – попыталась оттолкнуть его я.

– Они не узнают, – ответил Артур и вдруг больно схватил меня за руку. Я попыталась освободиться, но он держал крепко. Второй рукой он взял меня за шею и просто впился губами мне в рот. Как же мало это напоминало поцелуй Кости в ресторане! Я ещё пыталась освободиться, но Артур толкнул меня на кровать и тут же навалился всем телом. Я едва могла дышать.

– Исаев, отпусти меня! Я не хочу! – закричала я, но он как будто совершенно меня не слышал. Он был похож на зверя, который хочет расправиться с добычей. – Отвали! Не трогай меня!

Но он проигнорировал все мои слова и действия. Одной рукой он прижал мою шею к кровати, а второй в один момент потянул на себя сарафан. Да так, что тот затрещал по швам. Меня трясло от страха и злости. Я пыталась отбиваться руками и ногами, но разве могла справиться с парнем, накачавшим в спортзале мышцы, как у Курцына? Я заплакала от обиды и паники. Он покрывал мою шею поцелуями, но мне казалось, что он облизывает меня, и от этого становилось ещё противнее.

В какой-то момент послышался поворот ключа в замке, но я понимала, что никого сейчас дома быть не должно. Я сама рассказала об этом Исаеву, когда мы гуляли. И снова закричала. Не знаю, на что я рассчитывала. Ну не соседи же ворвутся в чужую квартиру, выломав дверь. Я отбивалась, как могла, но ощущала себя лягушкой, барахтающейся в молоке.

Вдруг, словно сквозь сон, я услышала голос мамы:

– Что здесь происходит?!

Мама, насколько хватило сил, схватила Исаева за футболку и сбросила с кровати. Я тут же стала натягивать на себя не до конца порванный сарафан.

Исаев вскочил. Он был страшно зол. Я испугалась за маму. Казалось, он сейчас набросится на неё. Но он просто замер, сжимая кулаки.

– Я напишу заявление, – уверенно заявила мама.

– И ничего не докажешь, – не менее уверенно бросил в ответ Исаев.

– Ошибаешься, – усмехнулась она. – Ключи от нашей квартиры есть у соседки. На всякий случай. Всякое, знаешь ли, бывает. Но после того, как у меня пропала золотая цепочка, муж установил скрытую камеру наблюдения. Так что можешь повернуться и помахать ручкой.

Исаев раскрыл рот, чтобы что-то ответить, но не нашёл слов.

– А теперь слушай меня. Если я ещё раз тебя увижу – всё равно где, всё равно с кем, – просто если ещё раз тебя в этом мире встречу, я занесу этот ролик в отдел. У меня как раз двоюродный дядя прокурором работает. Уж он проследит, чтобы дело никто не смог замять. Ты меня понял?!

Исаев пулей выскочил из комнаты, а потом и из квартиры, выругавшись в ответ. Мама тут же подскочила ко мне и со всех сил прижала к себе. Меня всё ещё трясло, но в её объятиях я почувствовала себя немного спокойнее.

– Почему ты вернулась? – спросила я, всё ещё не веря этому чуду.

– Мне показалось, что я не выключила плиту. Решила вернуться и проверить на всякий случай.

– А камера, соседка, цепочка… Ты это всё придумала? – жалобно пробормотала я.

– Само пришло в голову. Не знала, что говорить. Но, кажется, сработало. Нашла же ты себе парня…

– Мама, это Исаев – мой одноклассник. Ты должна помнить его, Артур.

– Только не говори, что это ты ему готовила все эти пирожные, – вопросительно посмотрела на меня мама.

– Никогда в жизни больше не буду их готовить, – буркнула я, прижавшись к маме ещё сильнее.

– Пирожные не виноваты, – улыбнулась мама и погладила меня по голове. – Переоденься, я закрою дверь и никуда сегодня не пойду. Давай поваляемся на диване и посмотрим какой-нибудь фильм? Только я дам тебе валерьяночку.

Выпив таблетку, я посмотрела на маму. Она улыбнулась. И в этой улыбке я увидела всё: её любовь, заботу, полную самоотдачу – целую вселенную, в которой мне принадлежит центральное место. В этот момент я пообещала себе, что никогда больше её не обижу.

В этот день я как будто вдруг повзрослела. И поняла, что многое в жизни совсем не такое, каким кажется. И ещё я поняла, что самое главное в жизни – это семья.

Глава 15

В воскресенье я проснулась рано, но чувствовала себя выспавшейся. Спала без снов, ни разу не проснулась за ночь. Стало определённо легче, но всё-таки тревожные мысли до конца не отпускали меня. Ведь всё случившееся могло закончиться очень печально, если бы мама не вернулась домой. Об Исаеве я даже думать не могла. У меня в голове не укладывалось, что парень, с которым я проучилась шесть лет, способен на такое. Впрочем, я где-то слышала о каком-то маньяке, кажется Чикатило, который вообще был примерным семьянином, когда не совершал ужасные преступления…

– Давай приготовим что-нибудь вкусненькое и сходим к Валентине Матвеевне вместе? – предложила мама, когда мы уже подходили к дому. – Её не было в церкви. Может, проведать?

– Нет, мама… – тихо ответила я. – Я не могу.

– Это почему же? – удивилась мама и, увидев моё