Смертельный вызов - Андрей Леонидович Звонков

В этот момент дверь распахнулась, и в кабинет шагнул Линдер.

— Юрий Александрович, я спросить хотел… — он увидел Ивана в стойке и ЮАНа со шприцем, и голосом дурашливого парня из фильма «Добро пожаловать или посторонним вход воспрещен» спросил: — А чего это вы тут делаете, а?

— Как вы некстати, Саша, — сказал ЮАН, разворачиваясь к Линдеру и нанося ему с левой неожиданный удар в голову, от которого череп мог бы расколоться.

Иван понял, что кулак заведующего направлен Линдеру точно в правый висок.

Но Линдер вдруг оказался на полкорпуса ниже, а ЮАН охнул и согнулся пополам от дикой боли.

Иван увидел, что Сашка использовал прием Ван — Дамма, то есть быстро сел на шпагат, отчего чугунный кулак заведующего пронесся по его волосам, и кулаком со всей дури врезал ЮАНу в пах.

От удара заведующий побледнел, глаза чуть не выскочили из орбит, он хватал ртом воздух и упал, скорчившись даже не имея сил что-то сказать, он стонал через нос.

— Чак Норрис, говоришь? Не слишком эффектно, как ногой в голову, зато эффективно, — подмигнул Ивану Линдер. — А вот мы сейчас полечим от болевого шока. Набери еще! — Он забрал из ослабевших пальцев ЮАНа шприц и всадил ему в шею морфин, пустой шприц кинул Ивану.

Иван набрал вторую ампулу, на этот раз омнопон, но передать не спешил.

— Дыхание остановится от передоза! — предупредил он.

— Он и так труп, — ответил Линдер, — зато расколется как миленький. Да, Юрий Александрович? Жить то хочется? А «семья» теперь вас спишет, это к бабке Джуне можно не ходить!

ЮАН, лежащий на полу, еще пытался трепыхнуться и пнуть ногой Линдера в лодыжку, но наркотик, введенный в яремную вену, свалил его уже окончательно.

Вместе с Линдером Иван затащил вялого ЮАНа в кресло и примотал шнуром от настольной лампы.

— Вань, оставь мне шприц, машинку, что у тебя на поясе и иди, а мы с заведующим поговорим. Да! И дверь закрой поплотнее.

Линдер достал из кармана ампулу налоксона.

— Ваш выбор, господин Кожемяка, или еще дозу опиатов или антидот? Но только в обмен на искреннее признание в участии в перевозке спецгрузов для «семьи» и вашего человека в районном управлении внутренних дел, который покрывает семейку Бакировых.

Фамилия Ма Бейкер, последнее, что услышал Иван, закрывая дверь.

ЮАН попал в руки ФСБ, и Линдер теперь его выпотрошит. У ЮАНа один шанс выжить — сотрудничать со следствием и попросить защиты. Но времена сейчас не те, агенты «семьи» найдут предателя везде и спустят в унитаз.

Иван заглянул в комнату отдыха и первым делом проверил свою сумку. Как и обещал ЮАН там лежали две никелированные коробки с дневных бригад и флакон из — под пенициллина или другого антибиотика полный прозрачной жидкости.

Флакон, в котором без сомнения тоже был наркотик, Иван запулил через окно в сад, а коробки понес в диспетчерскую. Там выложил на стол перед изумленной женщиной.

— Откуда это? — спросила диспетчер.

— ЮАН велел отнести. Говорит, он брал зачем-то и приказал вернуть.

— Он у себя?

— Да, просил не беспокоить, хочет подремать, — объяснил Иван.

— Так тебя ставить на линию? — вернулась к разговору диспетчер, — у меня все бригады в разгоне.

— Ставь, — ответил Иван и, ощутив дикую усталость, присел на стул прямо в диспетчерской.

Часы над входом показывали 1:33.

Глава четырнадцатая,

в которой Линдер в очередной раз соглашается уехать из России, а Иван узнает всю правду о покушении на Люсю

Иван уже давно заметил, что у судьбы свои планы на все и на всех. Пытаться их как-то синхронизировать с личными планами очень сложно. Но можно принять как данность, что судьба всегда пойдет наперекосяк, от того, что запланировал.

Услышав от диспетчера информацию, что все бригады в разгоне, совершенно обессилевший от переживаний и, видимо, истощения надпочечников Иван, сел тут же, в диспетчерской и стал ждать вызов.

В кабинете заведующего Линдер допрашивает ЮАНа, но этот факт не вызывал в душе Ивана уже никаких эмоций. Он думал о Люсе, о том, что завтра поедет сразу в Склиф и будет просить, чтобы у него взяли кровь.

На каждый телефонный звонок Иван «поднимал уши», ожидая, что это пришел очередной вызов, однако, диспетчер, выслушав рапорт освободившейся бригады, говорила коротко:

— Домой!

Иван снял трубку свободного аппарата, по которому бригады докладывали диспетчеру оперотдела, данные о вызове, куда отвезли больного, кто принял, и набрал номер реанимации Склифа.

— Доброй ночи, это фельдшер со скорой, — сообщил он, снявшему трубку, мужчине.

— Насчет Шкребко?

— Да, я ее напарник и друг, у меня первая минус. — Иван не знал, что еще сообщить.

— Пока все нормально, — успокоил его мужчина, — давление и пульс нормальные, она спит после операции. Да, почка не повреждена, но кровопотеря больше литра. Поврежденные сосуды мы ушили.

— Я могу приехать утром, после смены, или даже сейчас…

— Пока не нужно, но если хотите сдать кровь, мы всегда рады, обратитесь в отделение переливания крови.

— А…

— Скажете, что сдаете кровь персонально для Шкребко, — понял еще не заданный вопрос мужчина. — Извините, мне работать надо. Утром вся информация. Да! Посещения только после перевода в отделение, завтра не приезжайте. Вещи ее пока не нужны.

Иван поблагодарил и положил трубку.

Диспетчер, слышавшая его разговор, ждала рассказа.

— Ей лучше, операция прошла, Люся спит, — Иван повторил все, что услышал от хирурга в Склифе и от реаниматолога сейчас. Он не сказал только про слова Люси о Ма Бейкер.

— Я прямо в шоке, за что ребята деньги сдавали? — возмущенно сказала диспетчер.

— У Люси первая группа, резус минус, — я поеду, сдам, — произнес Иван.

— А Юрий Александрович говорит, что ее порезали в чужом районе, мол, он за тех отморозков отвечать не может! — продолжала диспетчер, как и не слышала слов Ивана.

При упоминании имени заведующего Иван почувствовал нарастающее бешенство.

«Что там Линдер с ним делает? — подумал он. — Сходить, что ли?»

Но он пошел в кухню, решив не вмешиваться в допрос, который шел уже минут двадцать, вряд ли ЮАН продержится дольше. Пытать его Саша не станет, да это и бесполезно на морфине. А вот то, что здоровенный мужик, не принимавший никогда наркотиков, вряд ли просидит, не уснув, дольше двадцати минут — это точно. Линдер его пугает смертельной дозой. ЮАН мужик сильный, сломает его молодой офицер ФСБ? Сумеет ли?

«Я бы не решился, — подумал Иван, — нет у меня хладнокровия и безжалостности. А у Линдера есть?»

Иван