Смертельный вызов - Андрей Леонидович Звонков

Иван смотрел, как Москвичов прячет заявления в обычный портфель, в уме перебрал весь разговор и поручения еще раз. Вышло, что за полчаса Ивана завербовали в секретные агенты милиции, он продолжает работать фельдшером и не идет в армию. Вроде бы все хорошо. Иван примерил ситуацию на своего любимого героя Олега Кошевого, и при этом, как бы он оценил все происшедшее, если бы ему поступило такое вот предложение? По всему выходило, что комсомолец и молодогвардеец Кошевой с радостью согласился бы на подобную работу. Патриотично, нужно и совсем немного опасно. Все-таки что-то подсознательно тревожило. Страха не было, скорее волнение.

Он поднялся.

— Товарищ полковник, я могу идти?

— Нет! — Довольно резко ответил Москвичов. — Пока вы, агент Тупицын идти никуда не можете.

— Почему? — Иван совсем забыл, что он пришел совсем не к полковнику, а к тестю, и тот скоро вернется.

— Потому что сейчас вы еще раз кратко изложите мне суть задания по пунктам, я должен убедиться, что вы все поняли верно. И дождетесь своего тестя, вы ведь к нему приехали? Вот и пообщайтесь. Итак, докладывайте!

Иван принялся загибать пальцы.

— Перевестись на подстанцию, выяснить, кто из сотрудников связан с наркоманами, нападавшими на врачей с целью похищения наркотиков? Разузнать еще, что можно по загадочным смертям мужчин. Быть вашими глазами и ушами на подстанции.

— Да. Именно так. Через неделю встретимся, доложишь об успехах и напишешь отчет. Вопросы есть?

— Пока нет.

Иван впервые увидел, как Москвичов улыбается.

Полковник посоветовал:

— Иван, хоть вы и не на военной службе, но приучайтесь отвечать точно и конкретно. Это пригодится вам. И не будет двусмысленности в разговоре с начальством. То есть со мной. Я сейчас уйду, а вы дождитесь тестя, скажете, что в вашем трудоустройстве нет необходимости, и так далее, не буду повторяться. Да, и еще совет: никогда ничего не записывайте, только запоминайте. Обязательно с привязкой ко времени и месту. Как можно точнее. Носите часы обычные, на руке. И тренируйте память. Важное качество разведчика и контрразведчика. Кстати, перечитайте «Щит и меч», изучайте эту книгу, там много дельных советов, по тому как себя вести агенту, и как правильно оценивать обстановку во вражеском окружении. И еще: ведите себя так, будто мы ни о чем с вами не говорили. Понятно?

— Да, — ответил Иван, — я все понял. «Птица Говорун отличается умом и сообразительностью».

— Что? — не понял Москвичов, — какая птица?

— Это шутка, товарищ полковник, цитата из мультфильма «Тайна третьей планеты». Кстати, мне всегда к вам обращаться только так? Или можно по имени — отчеству?

— А ты знаешь, как меня зовут?

— Не хочу угадывать. А, Вэ?

Москвичов еще раз улыбнулся. Одними губами. Глаза остались серые, колючие, очень внимательные.

— Артем Викторович. Через два дня жду сообщение по каналу ноль девять. Что скажешь?

— Абонент Кислород. Для вас ничего не видел.

— Молодец, «Птица Говорун»! — полковник на секунду замешкался, будто вспомнил что-то, — Вот еще что, на всякий случай запомни, что если «Кислород» фигурирует в личном деле как твой официальный позывной, «птица Говорун» будет нашим секретным паролем. Если придет человек от меня, он должен тебя не только спросить о «покупке кислорода в аптеке», но и обратится к тебе с этим именем. Понял? Если не скажет, даже если он назовет твой позывной — этот человек не от меня. Но он или его куратор видели твое личное дело и пытаются тебя использовать. Постарайся мне сообщить об этом контакте как можно скорее.

— А то что?

— Ничего, Иван, я должен знать, кто собирается воспользоваться моим секретным агентом. До связи со мной, постарайся с этим человеком особенно не откровенничать, и вообще лучше сделай вид, что ты его не понимаешь. НО слушай внимательно, что он тебе будет говорить. Он же не дурак, если почувствует сопротивление, будет стараться войти к тебе в доверие. При этом может проговориться или дать какой-то намек, откуда ему известен твой позывной. Мне тогда проще будет найти утечку. Помни, все личные дела секретные и абы кто к ним доступа не имеет. Так что если вдруг в поле зрения появится осведомленный, но чужой, будь внимателен и осторожен, но не бойся.

Иван промолчал, потому что от последних слов Москвичова его продрал мороз по спине, и он на секунду пожалел, что ввязался в эту, как ему теперь казалось, дикую авантюру.

Иван остался один.

Предстояло тестя убедить теперь, что его зятю уже нет необходимости становится опером.

Ждать почти не пришлось. Видимо, подполковник находился в дежурной части и увидел уходившего Москвичова, потому что в кабинете своем появился через пару минут.

— Га! — зашумел тесть. — Ты тут!? Ну, шо?

— Все нормально, — ответил Иван, — Он расспрашивал про сотрудников с подстанции, кто может воровать наркотики.

— А ты шо?

— А шо я? — удивился Иван, — Я шо — стукач? Никого не могу подозревать. Вот шобы явно кто-то воровал. А если тайно крадут, то кого подозревать? Мое дело маленькое, принял коробку, ампулы пересчитал, осмотрел и так же сдал. Полчаса мытарил меня. Спрашивал еще, зачем я к вам приехал. — Иван невольно шокал в ответ на шоканье тестя.

— А ты шо? — повторил тесть.

— А я так и сказал, вот повестка, хочу в милиции служить вместо армии.

— Прямо так и казав? «Хочу в мылиции»? Тю! — тесть пальцем выдавил скупую слезу.

— Ну да. Как вы предложили, опером.

— А вин шо?

— А шо… говорит, шо нет необходимости. Мол, служба и опасна и трудна, а главное, что на первый взгляд, как будто не видна. Ну, и главное, шо я один кормилец в семье, типа, и надо, говорит, съездить в военкомат и подать заявление об отсрочке. Мол, там не звери — поймут, простят и отпустЯт.

— Це добре. Но, может, ты мне все же напишешь заявление? — тесть явно расстроился, что Иван не хочет у него служить. — Под моим-то крылышком никакой опасности. Как у Христа за пазухой!

— Спасибо, Степан Богданович! Но я все — таки медик, а не мент, извините за жаргон. Людей хочу лечить.

— Ну, нехай, — смирился тесть. — А сейчас до военкома?

— Да, — Иван пошел к выходу. Он старался не думать об убедительности своих слов, тогда голос не дрогнет, — надо успеть заявление подать. Вот если его не примут, я вернусь к вам и буду проситься в опера.

Выезжая со стоянки возле РУВД, Иван мучительно думал, с чего начать перевод? Как говорить со