Коломбо. Пуля для президента (ЛП) - Харрингтон Уильям

— Рад встрече, лейтенант! Я не удивился вашему звонку и рад, что вы согласились приехать. Подумал, это будет приятным местом для беседы. Присаживайтесь. Позвольте заказать нам по стаканчику.

— Спасибо, сэр. Насчёт выпивки… Мне бы поосторожней с этим. Я уже опрокинул двойной скотч сегодня днём.

— В таком случае, давайте возьмём бутылочку хорошего охлаждённого белого вина, и я закажу тарелку закусок.

— Ну, сэр, если вы не возражаете, я бы предпочёл красное.

— Отлично! Пусть будет красное. По правде говоря, я и сам больше люблю его.

Белл подозвал официанта и сделал заказ.

— Ух ты, шикарное место! — огляделся Коломбо. — Хотел бы я, чтобы миссис Коломбо это увидела.

— Почему бы вам не позвонить ей и не пригласить присоединиться к нам за ужином? Я буду счастлив принять вас с супругой как своих гостей.

— Это очень любезно с вашей стороны, сэр, но сегодня как раз тот вечер, когда моя жена ходит на занятия в университет. Глядишь, в один прекрасный день получит диплом колледжа.

— Тогда, может, устроим это в другой раз. В любом случае, я попросил о встрече, потому что хочу предложить любую посильную помощь. Смерть Пола Друри — чертовски гнусное дело, и я надеюсь, вы выследите убийцу и предадите его правосудию как можно скорее.

— Я тоже на это надеюсь, сэр.

— Вы знаете, что связывало меня с Полом Друри?

— Я кое-что слышал, но предпочёл бы узнать от вас.

— Хорошо. Моим отцом был Остин Белл, ныне покойный, из Далласа. Он сколотил изрядное состояние на нефти, которое мне посчастливилось унаследовать. Даллас показался мне несколько провинциальным, и я решил расширить горизонты. Я искал инвестиции за пределами нефтянки. Короче говоря, я решил вложиться в «Пол Друри Продакшнс». Я — мажоритарный инвестор. И мои инвестиции только что превратились в пыль.

— Теперь вижу, почему вы так жаждете поимки убийцы.

— Без Пола Друри нет «Шоу Пола Друри». У вас есть хоть малейшее представление, кто его убил, лейтенант?

— Кое-какие мыслишки имеются, сэр. Но вы же понимаете, я пока не могу об этом говорить.

— Разумеется. Могу я дать вам какую-то информацию?

Коломбо на миг отвёл взгляд от Чарльза Белла, провожая глазами высокую блондинку в синем бикини и на шпильках, проплывшую мимо.

— Если не касаться шоу, каким человеком, по-вашему, был мистер Друри?

— Он был таким, каким обязан быть человек его профессии, — ответил Белл. — Самовлюблённым манипулятором. По сути, не самым честным парнем. Что ещё я могу сказать?

— Женщины?

— Алисия. Карен Бергман. Джессика О’Нил. Бобби Анжела. Это за последние два-три года.

— Джессика О’Нил? Актриса?

Белл кивнул.

— Ещё во время его брака. Пока он был женат на Алисии. Она и есть причина развода.

Коломбо понимающе кивнул, скорбно поджав губы.

Появился официант с подносом закусок: там был соус из крабового мяса и креветок, а также небольшая вазочка с чёрной икрой. Ещё на подносе стояли две стопки водки, охлаждённой до приятной тягучести.

— Это speciality de la maison, фирменное блюдо, лейтенант, — пояснил Белл. — Ледяная водка с икрой. Я взял на себя смелость добавить это к нашему заказу.

— Рыба… рыбьи яйца, — с сомнением протянул Коломбо. — Это… а, это очень мило, сэр. Знаете, я люблю любую еду, если она из моря.

Белл зачерпнул икру ложечкой, положил на крекер и протянул Коломбо. Потом он сделал такой же для себя.

— Prosit! — провозгласил он, откусил половину крекера и запил его глотком водки.

Коломбо последовал его примеру.

— Нравится, лейтенант?

— О, конечно. Изумительно! Правда, от такого холода можно мигрень схватить с непривычки.

— Поэтому мы пьём маленькими глотками.

Пока они ели икру и пили водку, Белл расспрашивал Коломбо о его прошлом и выудил довольно туманную информацию о том, что детектив родом из Нью-Йорка.

— Сам я вырос в Техасе, — сказал Белл. — Ходил там в школу. Пол любил кричать на каждом углу, что был на Дили-плаза в день убийства Кеннеди. Я тоже там был. По правде говоря, я видел всё, что случилось, даже лучше, чем он.

— Вы видели, как это случилось? Очень интересно.

— Скорбный день, лейтенант. Скорбный день для нашей страны.

— О да! Несомненно.

Красное вино оказалось бордо, крепким и терпким. Хотя опыт Коломбо в винах ограничивался в основном итальянскими красными, он признал, что бордо — вино благородное, и получил удовольствие, потягивая напиток, который наверняка обошёлся техасцу дороже полтинника за бутылку.

Разговор переключился на «Доджерс» и «Лейкерс», рыбалку, политику и погоду.

— Мне правда… правда пора бежать, — сказал наконец Коломбо. — Не могу передать, как я ценю этот чудесный перекус. Это было очень любезно с вашей стороны, сэр, очень любезно.

— Мне было приятно, лейтенант. Если понадобится какая-то информация, пожалуйста…

Коломбо встал. Он улыбнулся, кивнул и протянул руку для прощания.

— Да, сэр. Да, сэр. Ещё раз спасибо.

— Удачи, лейтенант Коломбо.

— Спасибо. Э-э… Знаете, раз уж я вспомнил, есть ещё одна вещь, о которой я, пожалуй, должен спросить. Мелочь, просто всплыла тут. Наверное, ничего не значит.

— Что именно?

— Ну… Это наверняка пустяк, но в деле появилось имя Филип Склафани. Кто такой Филип Склафани, сэр? Вы его знаете? И какое отношение он имеет ко всему этому?

— Я никогда раньше не слышал этого имени, лейтенант, — ответил Белл, с внезапной ледяной категоричностью.

Коломбо кивнул.

— Ну и хорошо. Я и не думал, что слышали. Просто надо было уточнить, для отчёта. Ещё раз спасибо, сэр. И хорошего вам вечера.

Глава седьмая  

В управлении ходила шутка, что Коломбо никогда не садится за свой рабочий стол. Болтали, будто он просто стоит рядом, читает почту и звонит по телефону. На самом деле за столом он сидел, и даже чаще, чем ему хотелось бы. Ему приходилось писать отчёты, а значит — сидеть за печатной машинку, тыкая одним пальцем и подолгу выискивая нужную букву.

Однако сегодня утром он действительно не подходил к столу. Раскуривая первую за день сигару, он стоял и просматривал бумаги из лотка «Входящие»:

— Напоминание о том, что он не забронировал места для себя и семьи на ежегодный пикник Ассоциации детективов Лос-Анджелеса.

— Три листа инструкций по заполнению Формы 2301-11(d) — «Отчёт о повреждении полицейского транспортного средства».

— Служебная записка от администрации с жалобой на то, что многие детективы не в полной мере соблюдают установленные процедуры учёта рабочего времени.

— Обновленная Процедура 1167-201(b)(3) по упаковке изъятых контролируемых веществ в качестве вещественных доказательств.

— Запечатанный конверт.

Коломбо вскрыл конверт и обнаружил в нём факс:

4 июня 1993. 09:11. Всего стр. 01.

Лейтенанту Коломбо, Полиция Лос-Анджелеса.

Бенджамин Палермо, Офис ФБР в Лос-Анджелесе.

Конфиденциально.

Проверка отчётов наружного наблюдения за Филипом Склафани, составленных нашим офисом в Лас-Вегасе, показала, что в период с 01.01.92 по 12.04.93 Алисия Грэм-Друри была замечена в компании субъекта семнадцать раз. За исключением одного случая, все контакты представляли собой встречи за завтраком или обедом. Один раз АГД была замечена беседующей с ФС в лобби отеля «Пайпинг Рок». В каждом случае эти двое были одни, хотя к их столику периодически подходили другие люди.

В отчётах наблюдения не упоминаются другие три лица, названные вами.

Обращайся, если нужно что-то еще.

Ещё в лотке обнаружился розовый бланк телефонограммы, сообщавший, что у доктора Калпа есть для него информация.

— Коломбо!

Он оторвался от чтения и увидел капитана Шзигеля (который требовал, чтобы его фамилию произносили как «Сигель»); тот подошёл и обратился к нему.

— Доброе утро, капитан. Хороший денёк!