Изменитель - Олег Анатольевич Шишкин

Дрожащими руками Толик взял фетиш и обнаружил в центре живота фигурки маленькую дверцу. Он открыл ее: за дверцей была полость, в ней мерцала призма. Толик вынул прямоугольный предмет из тайничка и случайно провел по торцу со знаком бесконечности.

3

Свет мгновенно потух, а когда тьма рассеялась, Толик увидел трехэтажную каменную беседку бельведера. Звездное небо над ним мерцало, светилась комета Лавджоя, и далеко-далеко в вечернем сумраке вставал Марронский хребет. Это было словно наркотическое видение – все предстало таким ярким и контрастным, что казалось ненастоящим.

Толик осмотрелся. Он заметил капуцина, сидящего на скамейке у стены и изучающего макет куба. Увидел на этажах беседки Короля кубков, стоявшего к нему спиной, папессу, смотревшую куда-то в даль.

Обернувшись на шорох, Толик вздрогнул. Перед ним стояла живая Изольда Павлова.

Толик попятился от нее. Но вдруг услышал:

– Это не галлюцинация. Не бойся. Это здесь, сейчас и с тобой! – Предвосхищая вопрос Толика, Павлова сказала: – Ты нашел Изменитель! Ты теперь с ним и в нем.

– Это Изменитель?

– Ну да. Не удивляйся ничему. У Изменителя должна быть персона, так решили Создатели, когда придумали аппарат. Он не может общаться с тобой от имени механизма, иначе не возникнет доверия. Поэтому аппарат в представительской своей части принимает обличье последнего хозяина. Соколов видел индейца, Балтасар – Соколова, Павлова – Балтасара, а ты видишь Павлову. И сам однажды тоже станешь призраком аппарата, когда он попадет к следующему в очереди… Образы всех, кто владеет аппаратом, им не принадлежат.

– Значит, так работает Изменитель?

– И по-другому он работать не может. Но тебе не нужно делать выбор. Жертва принесена и Балтасаром, и Павловой. Тебе же принадлежат их неиспользованные возможности. Ты ведь захочешь воспользоваться ими?

– Что это значит?

– Балтасар все знал и имел возможность избежать всех подвохов – но тогда нужна была бы чья-то жертва, а он этого не захотел. И значит, жертвой должен был стать он. Только он. Он знал, что подаренные часы будут с опасным подвохом.

– С подвохом? То есть? – стал допытываться Толик.

– Он знал благодаря Изменителю, кто и как его отравит, и играл роль человека, мечтающего о Кубе. Никуда он ехать не хотел. Все его кумиры померкли, и он решил не тянуть комедию. Но теперь-то это уже неважно. Ты все скоро узнаешь и так… Если спасешься из квартиры. А ты из нее вроде бы должен спастись. Просто подумай как.

– А что творится там, куда я сейчас вернусь? Какие там события? – поинтересовался Толик.

– А никакие события там не происходят, это ошибка. Изменитель не соседняя комната – он остановка во времени. Пока ты здесь, время там стоит, и оно пойдет снова, когда ты будешь там. Ты все понял, котик? Центр циклона должен быть пустым – иначе циклон невозможен.

– Неужели так может быть?

– Не стремись постигнуть бесконечность – это задача не для антропоидов. Модель более чем идеальна.

– Но как мог получиться такой механизм, как Изменитель? Что же, все ему подвластно?

– Когда Создатели нашли лазейку во втором законе термодинамики, все процессы стали обратимы, и все у них получается.

– Но что получится у меня?

– Твоя судьба сейчас и вправду на грани: она может повернуться и так и эдак. А Изменитель здесь только весомая подсказка. Решаешь-то только ты. Как это у пророка Иова? Не помнишь… «А я знаю, Искупитель мой жив и восставит в последний день изо праха кожу мою…» Так что все пути постланы, а все жертвы принесены. И если ты в последний момент не начнешь метаться, как Изольда Павлова, то пройдешь не только в бутылочное горлышко, но и в игольное ушко.

Беседка за спиной Изольды Павловой покрылась цветными пятнами, словно на нее направили лучи светомузыки.

Над головой Толика возник шар со множеством зеркальных призм. Он вращался в лучах мощного прожектора, отбрасывая солнечные зайчики. Они создавали эффект падающего снега. А по стенам скользил сияющий трафарет «СССР».

– Изменись или погибни – других путей нет, – сказала Павлова и померкла.

4

Ошарашенный Толик обнаружил, что по-прежнему стоит посредине комнаты с золотой призмой в руках – рядом с телом хозяйки квартиры.

В этот момент из соседней комнаты послышались шаги и вошел Фитиль.

– Вы? – удивился Толик.

– Как странно, что мы очутились в этой квартире одновременно и в такой судьбоносный момент. Но ведь только теперь я увидел то, что искал.

Фитиль демонстративно указал пальцем на фетиш.

– И что же? Просто отберете его у меня и уйдете? После всего, что тут сделали? – возмутился Толик.

– А почему бы и нет? Ведь это сделал, видимо, ты, – заявил Фитиль.

– Я?

– А кто же? Ты. Антисоветчик, пьяный дебошир, распутник, изменник – это все привычные роли. К тому же на пистолете точно найдут отпечатки твоих пальцев. Я это знаю отлично. Пистолет-то принадлежал Балтасару. Сам он прийти сюда не мог – он заболел серьезно и вот-вот помрет. А его зять, то есть ты, пришел и убил старую женщину. Точнее, не так: Родион Раскольников решил убить даму виней! Гибрид классической школьной интриги!

– Но ведь это подло! – воскликнул Толик.

– Ну и что, что подло? Единственное слабое место в этом пасьянсе – это вопрос: как же мог этот вечный нытик, болтун, эта тряпка убить несчастную женщину? Ответ мой оказался на удивление коротким: мог, потому что у него нет ничего святого!

– Ну и как же вы предлагаете нам разойтись?

– Вам мы разойтись больше не дадим. Я сейчас просто позвоню в милицию, и наряд будет здесь уже через десять минут. Я объявлю, что задержал тебя в момент совершения преступления. Отличная идея? Смотри.

Фитиль поднял висевшую на шнуре трубку и стал набирать номер. Он так был уверен в своей неуязвимости, что даже не заметил, как Толик схватил табурет и со всей силы стукнул им его по голове. Фитиль удивленно обернулся, и только тогда Толик увидел, как его лицо исказила странная гримаса – смесь боли и удивления. Фитиль рухнул у ног Павловой лицом в ее кровь. И со стороны могло показаться, что это ему прострелили висок.

Положение было отчаянным. Но прежде, чем что-либо сделать, Толик поднес к глазам Изменитель.

– Ну и что же теперь, чертова игрушка? Сделай хоть что-нибудь! – в отчаянии закричал на фетиш Толик. – Где же твоя сила! А? Или все это призрачная игра, обманка и не более того?

И тогда раздался звонок в дверь.

Толик вздрогнул