Роковой выстрел - Марина Серова

— Но почему я осталась безо всякого обеспечения? Это же незаконно! — продолжала возмущаться Екатерина. — И вообще, завещание было составлено несколько месяцев назад, а Владимир…

Екатерина не договорила, потому что ее тетя довольно громко прошептала:

— Молчи.

— Нет, этого просто не может быть. Владимир должен был обеспечить меня, как положено мужу. Я что, теперь пойду жить на улицу? — растерянным тоном проговорила Екатерина.

— Я еще не дочитал завещание до конца, — сказал адвокат.

— Так читайте дальше! — воскликнула Светлана Николаевна.

Адвокат продолжил чтение документа. Как следовало из завещания, Екатерине Леонидовне Новоявленской бизнесмен оставил купленную для нее квартиру, а также открытый на ее имя счет, однако с весьма ограниченной суммой.

— Квартира и денежный счет? И это все?! — снова закричала Екатерина.

— Да, Екатерина Леонидовна, это все, — кивнул Михаил Яковлевич и добавил: — Я закончил чтение завещания.

С этими словами мужчина начал складывать в папку листы бумаги.

— Да, Владислав Владимирович, — обратился адвокат к Владиславу, — мне необходимо будет передать вам, как единственному наследнику, все ключи, счета и другую документацию. Где мы можем это сделать?

— Давайте, Михаил Яковлевич, пройдем в кабинет отца, — предложил Владислав.

— Давайте, — согласился адвокат.

— Стоп, стоп, стоп! — внезапно громко сказала Виктория. — Я что-то не совсем поняла. Получается, что нам, ближайшим родственникам Владимира, родным брату и сестре, он совсем ничего не выделил? Совсем ничего не оставил?

— Вы, видимо, не совсем внимательно слушали то, что я только что всем зачитал, — заметил Михаил Яковлевич. — В завещании ведь ясно говорится, что существует специальный фонд, в который вы при необходимости сможете обратиться за помощью.

— Ничего себе! И кто будет принимать решение? Он, что ли? — возмущенно спросила Виктория и махнула рукой в сторону племянника.

— Да, Владислав Владимирович, — кивнул адвокат, — потому что именно его Владимир Григорьевич назначил председателем этого фонда. Кроме того, за Владиславом Владимировичем закреплено право решать все денежные вопросы фонда на его собственное усмотрение, — добавил адвокат.

— Ну братец, ну услужил, — сквозь зубы пробормотала старшая сестра Владимира Новоявленского.

— Влад, но ты ведь не выгонишь нас из дома и не оставишь без копейки? Ведь ты так не поступишь со своими родственниками, правда? — заискивающим тоном спросила Виолетта.

— Вот это мило! Получается, что я — законная супруга Владимира и его вдова — теперь тоже буду вынуждена выпрашивать у тебя милостыню и унижаться перед тобой? — с негодованием проговорила Екатерина.

— Ты, Екатерина, слышала, что зачитал Михаил Яковлевич. Такова последняя воля моего отца, — пожал плечами Владислав. — А по поводу унижения… нет, этого совсем не требуется. Как достойный наследник своего отца, я выполню все его распоряжения. И произойдет это, согласно закону, через шесть месяцев.

— Что? Через полгода? Я что же, буду вынуждена ждать так долго? — снова выразила недовольство Екатерина.

— И мы тоже будем ждать так долго? — подхватила Виолетта.

— Раньше я ничего не смогу сделать. Так положено по закону. Пока я не вступил в права наследования, я не могу распоряжаться деньгами фонда, который основал мой отец.

— Но как же мы будем жить все эти месяцы? Голодать?! — все никак не могла успокоиться Виолетта.

— Ну зачем же такие крайности? Найдите себе работу, — коротко ответил Владислав.

— Ах ты… скотина, ты еще и издеваешься?! — Екатерина, казалось, впала в бешенство. — Ты специально издеваешься над нами! Ты будешь владеть всем, что находится в этом доме, а мы? Мы будем влачить нищенское существование, да? Это просто… несправедливо! Почему тебе — все, а нам — только жалкие копейки? Да и их еще придется выпрашивать, вымаливать у тебя! Нет, вы только подумайте! — Екатерина всплеснула руками. — После того как столько лет прожила в этом доме, я что же, должна буду переезжать в какую-то жалкую квартирку? И довольствоваться крохотными подачками какого-то идиотского фонда? Да Владимир просто сошел с ума!

— Катя! Остановись, что ты такое говоришь! — попыталась остановить племянницу Светлана Николаевна.

Но Екатерина уже просто была вне себя от ярости:

— Нет, я так просто этого не оставлю! Это же просто… произвол какой-то! Я! Я являюсь единственной и законной наследницей! Я ни за что не смирюсь с этим чертовым завещанием! Оно… оно липовое, вот! Я буду биться, я буду сражаться за справедливость! И вы все еще у меня попляшете! Так и знайте!

— Катя, прошу тебя, умоляю, успокойся! — убеждала Светлана Николаевна свою обезумевшую от гнева племянницу.

— Екатерина Леонидовна, вы неправы, — вновь подал голос адвокат. — Существует завещание, оно подлинное, а не липовое, как вы только что изволили сказать. Этот документ составлен в соответствии с требованиями закона. Его содержание не подлежит никаким сомнениям в отношении законности, повторяю еще раз.

— А мне все равно! Мне на эту бумажку, которую вы называете завещанием, просто наплевать и растереть! — продолжала бушевать Екатерина.

— Прекрати, что ты себе позволяешь? — сказал Владислав, пытаясь привести Екатерину в чувство.

— Отстань! — со злостью выкрикнула вдова. — И заруби себе на носу: я все равно не смирюсь с этой бумажкой, повторяю еще раз. Ты рано празднуешь свою победу! Этому не бывать! Я пойду на все! Я непременно опротестую это завещание в суде, и его признают недействительным! Вот увидишь! Вы все увидите! Наследство будет поделено по справедливости!

— Послушай, ты меня уже достала своей наглостью и своими безобразными нападками на моего отца! — уже не сдержался Владислав. — Предупреждаю тебя: если ты еще раз хотя бы одним словом оскорбишь моего отца, если ты позволишь себе мерзкое высказывание в его адрес, тебе это так просто не сойдет с рук!

— Ах ты, сволочь!

Екатерина бросилась в сторону Владислава, но была перехвачена Светланой Николаевной.

— Катя! Ты что, совсем с ума сошла?!

Женщина крепко схватила свою племянницу за руку.

— Ты только делаешь себе хуже, — тихо сказала она.

— Владислав, простите ее. — Светлана Николаевна посмотрела на Владислава. — Она… Просто Катя очень сильно перенервничала, она ничего не имеет против вас, поверьте. Катя думала, что Владимир, как любящий супруг, позаботится о ней… как полагается, простите.

— Пусть она отсюда уйдет, — сказал Владислав, не глядя ни на Екатерину, ни на ее тетю.

— Сейчас мы уйдем, не беспокойтесь, — проговорила Светлана Николаевна. — И еще раз простите нас.

Екатерина со Светланой Николаевной быстро вышли из гостиной. Вслед за ними начали выходить собравшиеся родственники и гости.

— Таня, мы сейчас с Михаилом Яковлевичем пройдем в кабинет отца, он назовет мне конкретную сумму всего состояния, которое оставил мне отец, — сказал Владислав.

— Хорошо, Влад. Я буду ждать тебя наверху, — сказала я.

Я поднялась на второй этаж и вошла в отведенную нам с Владиславом комнату. Наверное, Владимир Кирьянов уже