Детектив к зиме - Елена Ивановна Логунова
— Понимаю. Но потом вы спросили внука, как же это случилось? Он объяснил?
— Объяснил. Сказал, что с ребятами в какую-то игру заигрался, а где оставил лекарства, он не помнит.
— Они были в сумке?
— Зачем в сумке, в мешочке, ну в таком, как в «Пятерочке» выдают. Карина их десятками покупает, а потом все в них кладет.
— Еще один вопрос, Антонина Акимовна: ваш внук разбирается в электричестве?
— В электричестве? — переспросила женщина.
— Ну да, типа розетку починить.
— Нет, что вы! Володеньке всего двенадцать лет, кто же ему доверит чинить электроприборы? У нас вон лампа мигает. Она, конечно, старенькая, как говорится, в обед ей будет сто лет. Но выбрасывать жалко. Она же еще хорошая. А я, грешным делом, — Антонина Акимовна смутилась, — молодость вспомнила и вышивкой занялась. Так мне под ней очень удобно. А она вроде ничего-ничего, да как начнет мигать, точно ей что-то в глаз попало.
— Может, нужно просто лампочку сменить? — предложила Мирослава.
— Нет, лампочка хорошая. Лампочки-то я и сама менять умею. А тут Саша сказал, что-то в ней замыкает.
— Саша?
— Да, старший внук. Я ему позвонила, и он обещал прийти.
— Но не пришел?
— Не успел. Саша занят был с репетитором, ему в этом году ЕГЭ сдавать. А как у него окошко появится, так и обещал забежать. Но не успел, — снова повторила Антонина Акимовна, — убили моего Женечку.
Мирослава решила, что больше ничего узнать о Свистоплясовой она не сумеет, и простилась с убитой горем женщиной.
Не успела она сесть за руль своего автомобиля, как зазвонил ее мобильник. Высветился номер сотового Миндаугаса.
— Морис, я слушаю тебя, — отозвалась она.
— Хочу вас порадовать, — проговорил он, сделал крохотную паузу и добавил: — Или огорчить.
— Пожалуйста, сделай то или другое, но побыстрее, — попросила она, усаживаясь за руль своей серой «Волги».
— Короче, у сына и снохи Свистоплясовых железное алиби. Они были на работе, в обеденный перерыв находились вместе со своими сослуживцами.
— Хорошо.
— Не понял!
— Чего ты не понял?
— Выходит, что результат вас удовлетворил?
— Конечно. Теперь мы знаем, что ни сноха, ни сын не убивали Евгения Свистоплясова. И это, знаешь ли, радует.
— Но все-таки его кто-то убил, — тихо обронил Морис.
— И мы будем его искать, — так же тихо ответила Мирослава и отключила связь.
Она уже хотела было тронуть автомобиль с места, как передумала, и вернулась в подъезд, в котором жили Гришина и Свистоплясовы.
Детектив решила выяснить, кто из подростков был в подъезде, когда Евгений Свистоплясов хвастался перед соседями своим наследством.
Мирослава прикинула, что подростки чаще всего собираются на площадке между первым и вторым этажом, возле почтовых ящиков. Она не надеялась на то, что кто-то из жильцов мог видеть ребят там. Но наверняка их гвалт мешает кому-то из соседей, и они выходят для того, чтобы прогнать их из подъезда, поэтому тот или иной жилец сможет ей назвать хоть кого-то из завсегдатаев подростковых сборищ.
Начать она решила с первого этажа. Но дверь ей открыли только в одной.
Молодой долговязый парень, выслушав ее вопрос, ответил, что он понятия не имеет, кто из подростков бывает на сборищах в подъезде.
— Вам не мешает шум?
— О! — воскликнул он и замахал на нее руками. — Если бы вы слышали, как орет наш пацан! Его ор перекрывает все шумы!
— Отчего же он у вас так кричит? — спросила Мирослава.
— Зубки у него режутся! Мы с женой уже которую ночь не спим! Днем ходим как чумные! И ничего не соображаем!
— Что ж, извините, — едва заметно улыбнулась Мирослава, — желаю вашему малышу поскорее обзавестись зубами и позволить вам выспаться.
— Вашими бы устами, — пробормотал парень и закрыл дверь.
Мирослава поднялась на второй этаж. Здесь ей повезло больше. Открылась первая же дверь, в которую она позвонила. Когда она делала поквартирный опрос, в этой квартире никто не отозвался, видимо, хозяйка куда-то уходила.
— Здравствуйте, — сказала Мирослава, — я детектив, меня зовут Мирослава Волгина.
— А я Варвара Геннадьевна Пронина. Чем могу помочь?
— Варвара Геннадьевна, у вас здесь подростки собираются, вам не мешают?
— Так нет, но когда шуметь начинают или, того хуже, курить и дым идет к нам в квартиру, я их просто выгоняю.
— Вы не знаете их имен, адресов?
— Некоторых знаю. За главного у них Мишка Игонин из дома напротив. Квартиру не знаю, но живет в среднем подъезде на четвертом этаже. Потом еще Сева Ростовцев. Живет в подъезде рядом, квартира, как наша, только на первом этаже. А через подъезд на третьем этаже Валентин Галчонок.
— Галчонок? — переспросила Мирослава.
— Да, фамилия у Вали такая.
— Большое вам спасибо, Варвара Геннадьевна, — поблагодарила Мирослава.
Она спустилась вниз, решив ограничиться полученной от Прониной информацией.
Сначала она отправилась в дом напротив и разыскала Михаила Игонина. Дверь ей открыла младшая сестра Михаила и не только сообщила, что он дома, но и проводила детектива в комнату Михаила.
По внешнему виду парня можно было предположить, что детективы его навещают каждый день. Он охотно согласился ответить на вопросы Волгиной.
Мирослава предположила, что парень был рад тому, что можно было под благовидным предлогом хоть на время оторваться от выполнения домашних заданий, которые он, скорее всего, считал занудной ерундой, которая никак не могла пригодиться ему в будущем.
Он предложил Мирославе удобный стул и спросил:
— Что вы хотите у меня узнать?
— Михаил, скажите, пожалуйста, вы знакомы с Владимиром Свистоплясовым?
— С Володькой что ли? — на этот раз удивился он.
— Можно сказать и так, — кивнула детектив.
— Но он тут не живет. Только забегает к бабушке.
— Скажите, не забегал ли он? — Мирослава назвала день убийства Евгения Свистоплясова.
— Этого я точно не помню, — проговорил подросток и взлохматил набегающую ему на глаза челку.
— А что вы помните?
— Последний раз, когда я его видел, он на нас прицыкнул.
— Что значит прицыкнул?
— Тихо, говорит! Мы от удивления рты открыли. Вообще-то он тихий пацан. А тут вдруг такое. У меня руки зачесались шею ему намылить.
— Намылили?
— Нет. Он сорвался с места и убежал.
— Куда? К бабушке?
— В том-то и дело, что нет. Выбежал из подъезда.
— Может, он вас испугался?
— Куда там! Он даже не смотрел на меня.
— Почему он хотел, чтобы вы помолчали?
— Представления не имею, — пожал плечами парень. — По-моему, он к чему-то прислушивался. Там взрослые базарили. Но я не видел кто, и не слышал, что
