Долгие северные ночи - Влада Ольховская
– Доволен собой? – холодно поинтересовался Лесов, когда Матвей остановился в паре шагов от него.
– Не более и не менее, чем ранее. Чего ты хочешь?
– Забавно… Именно с этим вопросом я и приехал. Что тебе нужно от меня? А тебе явно что-то нужно, если ты устроил этот цирк! Мог бы вызвать туда полицию.
– Начнем с того, что это сделал не я. Но я не отрицаю свою причастность.
– Я знаю, что не ты. С тем, кто это сделал, я уже поквитался.
Умелый удар, призванный вывести на эмоции, и по-своему успешный, потому что Матвей ничего подобного не ожидал. Волнение кольнуло болезненно, потребовало немедленно набрать номер Гарика и убедиться, что все в порядке. Но именно этого и ждал Денис, так что внешне профайлер остался невозмутим.
– Я потом узнаю, как именно, – только и сказал он. – Ты остановил меня, чтобы похвастаться?
– Так почему ты не вызвал полицию? – уточнил Денис, проигнорировав его вопрос. Судя по всему, ему не очень-то понравилось, что Матвей не побледнел и не пошатнулся от обрушившихся на него новостей.
– Потому что мелковато. Ты бы в лучшем случае отделался административкой. А скорее всего – ничем, потому что благополучно свалил бы вину на своих сотрудников. Я уверен, что ты достоин большего.
– Значит, денег хочешь… Сколько?
– Нет, и денег я тоже не хочу.
– А чего тогда?
– Ты и так знаешь.
– Понятия не имею.
Знал он, конечно… Денис умел вести переговоры, умел держать себя в руках, если очень нужно. Но не больше, и по его взгляду несложно было догадаться, какую ненависть он испытывает к собеседнику. Да и психопатом он быть не прекращает, убийства, которые он организовал, указывают на это… Сейчас он проверяет, где находятся границы дозволенного.
Охранники, окружавшие их, то и дело бросали на своего шефа вопросительные взгляды. Это Матвею совсем не понравилось. Он был уверен, что они – не более чем декорация, однако для декорации они были слишком напряжены. Как будто им уже отдали приказ, который им неприятен, и выполнять его им не хочется, но они не отступят, потому что не решатся спорить с Лесовым.
Таиса будто почувствовала, что все может закончиться глупо и печально. Она все-таки выбралась из машины и подошла к Матвею. Но взволнованной она по-прежнему не выглядела, скорее, скучающей.
– Мы здесь надолго? – поинтересовалась она, равнодушно разглядывая Лесова. – Погода так себе, у меня еще подарки не куплены… Предлагаю разъехаться, если говорить больше не о чем.
– А нам действительно не о чем?
– А ты готов обсуждать то, чем занимаешься на самом деле? Вот эти все бондажи и прочих Снегурочек с сосульками в странных местах.
– Мы с Матвеем уже обсудили, что здесь наказывать особо и не за что! – рассмеялся Денис.
Таиса смех не поддержала, она осталась могильно серьезна:
– Просто Матвей добрый – и мыслит как мужчина, что объяснимо. А я тебе сейчас расскажу расклад с точки зрения истеричной матери, которая только что узнала, что под уютным клубом «Плюши-Бу» свингеры резвятся. Дело не только в организации занятий проституцией, что уже так себе. Дело в растлении малолетних. Как тебе статья?
– Ты это сюда не пришьешь!
– Я буду очень стараться. Но даже если тебе удастся откупиться от суда натурой, тебя уничтожат митинги под твоими клубами. Поэтому езжай отсюда, пока шанс есть.
– Ты этим будешь угрожать мне? Митингами и злыми мамашами?
– Нет, угрожать тебе я вообще больше не буду, – пообещала Таиса. – Я просто хотела тебя спасти. Но теперь-то уже поздно.
Она перевела взгляд в сторону въезда на парковку. Там появился новый автомобиль, двигавшийся куда быстрее, чем следовало бы. Похоже, Таиса его ждала, потому что он не был первым, свернувшим на площадку за это время, но лишь он привлек ее внимание.
Возможно, она его и вызвала… Это наконец объясняло, почему она не присоединилась к Матвею сразу, а сидела со смартфоном в машине, как тоскующая эскортница, не желающая вникать в проблемы клиента. Она создавала понятное Денису шоу, чтобы он не насторожился, не задумался о том, что она может писать кому-то, связанному с ним… Да и Матвей такого не ожидал, но он понял, кого она вызвала, еще до того, как распахнулась дверца подъехавшего автомобиля и оттуда маленьким коршуном вылетела Ирина Геннадьевна Лесова собственной персоной.
Когда она разглядела, что именно происходит на площадке, ее энтузиазм чуть уменьшился, похоже, ожидала она иного. Но Ирина Геннадьевна привыкла к роли хозяйки жизни, и пасовать она не собиралась. Муж не предупредил ее, не отчитался, куда едет, и теперь снова встречался с людьми, которых она не одобрила. Судя по решительному выражению лица, ей этого было вполне достаточно для скандала.
Но прежде, чем она успела начать обвинения, инициативу перехватила Таиса:
– Ирина Геннадьевна, добрый день. Это я вам написала. Сожалею, что ввела в заблуждение, у меня с вашим мужем нет романа, мы встречаемся не по этому поводу. Но вам все равно есть что услышать.
– Не сомневаюсь в этом, – Ирина Геннадьевна поджала губы и все же стала возле Дениса. – Мне казалось, с вами, Матвей, все решено!
– Не я выступил инициатором встречи, – пожал плечами Матвей.
– Да, нас пригласили посредством сталкивания в кювет, – подтвердила Таиса. – А обсуждать мы собирались порно-империю вашего мужа.
– Ира, не слушай ты это, – раздраженно поморщился Денис. – Эти люди пытаются вымогать у меня деньги и почему-то верят, что все средства хороши. Тебе такая грязь не нужна.
Но Таиса не дала ему соскочить с крючка так легко, она рассудила:
– Семейная грязь – это общая грязь. Если Ирине Геннадьевне не нужно это слушать, она вполне может поехать и посмотреть. Как минимум часть клубов «Плюши-Бу», а может, даже все, тут уж я не уверена, обладает скрытыми помещениями, в которых регулярно проводятся вечеринки для людей намного старше вашей целевой аудитории. Тематические, но не только, кто же обходит вниманием классику?
– Вздор! – отрезала Ирина Геннадьевна. – Я бывала в клубах не раз! Считаете, что я такое не заметила бы?
– А когда вы в подвал последний раз спускались?
– Сотрудники меня предупредили бы!
– С чего бы? Вы с ними милы и вежливы? Нет, вас предупредили бы только те, кому вы доплачиваете. А ваш муж не дурак, он специально подбирал на самую ответственную работу тех, кто к предупреждениям не склонен.
Это была
