Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

Кузен Джордж выплюнул окурок на китайский ковер и придавил грязным каблуком, наслаждаясь этим святотатством.

– Я давно ждал этого дня, – продолжил он. – И он настал. Теперь я могу вертеть вами как хочу. Тетушка, ты хочешь, чтобы адвокаты остались?

– Да, – абсолютно спокойным голосом ответила бабушка Каролайн, однако ее ледяной тон никак не подействовал на кузена Джорджа, изрядно пьяного как от виски, так и от чувства собственного превосходства.

Он лишь фыркнул.

– Итак, начнем. Значит, меня ищет полиция? Если бы я об этом знал, я появился бы еще раньше, но я не знал. А почему они меня ищут? Потому, что я находился «внутри». Сегодня утром я прочитал о заседании коронерского суда. Я и о Джулии читал. Значит, покинула этот мир? Какая неожиданная удача. А кто этот человек? – Кузен Джордж указал на Кэмпиона. – Я уже видел его. Тебе же хуже, тетушка, если он как-то связан с полицией. Ну что, мне продолжать?

– Да, – тем же тоном повторила бабушка Каролайн.

Кузен Джордж пожал плечами.

– Я сюда пришел, и я здесь останусь – J'y suis, j'y reste, как говорят французы. Никто и пальцем не пошевелит, чтобы выгнать меня из дома. Знаете почему? – Он понизил голос. – Тогда я расскажу все, что знаю, а вы не успеете и глазом моргнуть, как окажетесь на скамье подсудимых по обвинению в убийстве. Вы уже воротите нос от скандальной известности, но это пустяки по сравнением с тем, какую бучу подниму я. Так вот, в то воскресенье, тридцатого марта, мне посчастливилось сопровождать Эндрю из церкви. И это не будет косвенным свидетельством. Это будут показания очевидца.

Кузен Джордж умолк и снова оглядел собравшихся. В гостиной была мертвая тишина, но его слова наэлектризовали людей. И только бабушка Каролайн сохраняла невозмутимость.

– Поясни свои слова, Джордж, – попросила она.

– Ты меня не поймаешь на этом, – покачал головой кузен Джордж. – И ты, и я знаем, что вы все у меня в руках. – Он вытянул руку, растопырил пальцы, а затем медленно сжал их в кулак. – Пока мне хорошо и уютно, я ничего не скажу, – продолжал он. – А я знаю, что́ меня устраивает. Это, – его голос задрожал от удовольствия, – один из вас. Вы все это знаете. Я знаю, кто это. А теперь продемонстрируйте мне ваши хорошие манеры. Уильям, позвони в колокольчик и скажи горничной, чтобы принесла мне виски.

Глаза всех повернулись к дяде Уильяму. Он умоляюще посмотрел на мать, однако бабушка Каролайн кивнула. Дядя Уильям смиренно поднялся и дернул шнурок звонка.

Это было капитуляцией.

Кузен Джордж расхохотался.

– Вот так, – кивнул он. – Я часто буду заставлять тебя это делать.

Когда пришла удивленная и заметно испуганная Элис, то не дядя Уильям, а кузен Джордж раньше, чем кто-либо успел открыть рот, распорядился:

– Виски и содовую! И поживей.

Ошеломленная горничная посмотрела на хозяйку, но, получив от той кивок, поспешно вышла.

Кузен Джордж откинулся на спинку стула.

– Тетушка, ты согласна, что судебные процессы, связанные с убийством, вызывают всеобщий интерес? – растягивая слова, спросил он. – Думаю, крупные газеты охотно напечатают мою краткую, но откровенную биографию, если обстоятельства побудят меня рассказать все, что я знаю про покойничка Эндрю. Ты согласна со мной?

Результат этого сравнительно невинного замечания оказался поразительным:

– Мистер Фезерстоун, вы меня очень обяжете, если сегодня не будете обедать с нами, – проговорила бабушка Каролайн, вся сжавшись. – Поскольку вы мой давний друг, я могу обратиться к вам с такой просьбой.

Фезерстоун-старший наклонился к ней. Он понизил голос, но все прекрасно расслышали его слова:

– Дорогая леди, это шантаж чистой воды. А за шантаж полагается весьма суровое наказание.

– А как же, – небрежным тоном подхватил кузен Джордж, развалившийся на стуле. – Только привлекают почему-то очень немногих. Правда, Лис? Но можете не беспокоиться: семья меня не сдаст. Так что потрудитесь выполнить то, о чем вас попросили.

Старый адвокат намеревался сказать еще что-то, но бабушка Каролайн тронула его за руку, и он решил промолчать. Поклонившись своей клиентке и ее родным и бросив суровый близорукий взгляд на кузена Джорджа, он вышел, едва не столкнувшись в дверях с Элис, тащившей виски и содовую. Она сдвинулась в сторону, пропуская его.

– Эти ручные щенята остаются? – спросил кузен Джордж, указав на Кэмпиона и Маркуса.

Вопрос взбесил Маркуса так, что у него заходили желваки. Однако мистер Кэмпион выглядел почти слабоумным, полностью скрывшись за маской добродушной глупости.

– Нет, если тебе так больше нравится, – ответила бабушка Каролайн.

Кузен Джордж надменно посмотрел на молодых людей.

– Мне наплевать, кто будет слушать мои слова, – заявил он. – Я знаю, что я знаю, и у меня есть свидетель, способный это подтвердить. Я – хозяин положения. А чтобы я не рассказал полиции то, о чем знаю, меня надо хорошенько подкупить. Я бы появился здесь раньше, но в прошлый четверг я малость перебрал и поколотил полицейского. За это меня упекли на целую неделю. «Один из Фарадеев, живущих в Сократовском тупике, – пьяница и драчун». Какой заголовок для местной газетенки! Быть может, Уильям, ты напишешь для меня статейку. А может, тебе стоит поберечь силы. В будущем я найду тебе немало занятий. Да, тетушка, лучше удалить отсюда этих паркетных шаркунов. Семья и я должны лучше познакомиться друг с другом. Маленькая откровенная беседа покажет нам, где мы находимся. Кстати, вы оба можете не беспокоиться насчет полиции. Днем, как только я приехал в Кембридж, я заглянул к полицейским. Они были весьма довольны мною. Если их что-то не устроит, я нанесу им еще один визит. Как я уже говорил, в моих руках все козыри.

Кузен Джордж налил себе виски и поднял руку с бокалом, словно собирался выпить за здоровье Уильяма.

– На сегодняшних слушаниях они отмели все показания против тебя, и ты вышел вроде как чистеньким. Но это не значит, что все удовлетворены таким исходом. Весь мир догадывается, что Эндрю угробил кто-то из вас, а я такой везунчик, что знаю, кто именно. А поскольку все вы моя плоть и кровь, чем сдавать вас полиции, я сам наведу порядок в семье.

Бабушка Каролайн, чье спокойствие граничило с трансом, повернулась к Кэмпиону и Маркусу.

– Я прошу вас взять Джойс, пойти в утреннюю гостиную и некоторое время побыть там. Джойс, дорогая, попроси Элис поставить на стол еще один обеденный прибор. Она видела, как мистер Фезерстоун уходил, но, возможно, не знает, что кузен Джордж остается.

– И скажи ей, пусть приготовит комнату для меня, – потребовал кузен Джордж. – Я займу ту, где жил