В объективе - Ани Хоуп
Билл снял очки и протер глаза. Затем переключился на виски. Может уволить какую-нибудь ленивую доходягу и нанять себе личную массажистку, подумал он, когда дверь его кабинета открылась.
– Может, тебя, Гильермо? – с задумчивостью произнес Билл.
Гиль, которого никто и никогда не называл в офисе полным именем, остановился как вкопанный.
– Я в чем-то провинился, шеф?
– Нет, – отмахнулся Билл. – Давай, что там у тебя?
– Завтра состоится гала-ужин, где соберутся все сливки общества. В том числе – политические.
– Запиши эти словосочетания на стикер и никогда больше не используй. Звучит, как протухшее дерьмо.
– Понял, шеф!
Гиль переминался с ноги на ногу и пучил глаза – такого МакЭвоя офис прежде не знал. Поговаривали, все из-за молоденькой Паркер. Вскружила голову шефу и махнула хвостом. Гиль, конечно, не верил. Во всяком случае, вслух.
– Уже завтра, – произнес Билл. – Было бы неплохо туда попасть. Списки приглашенных есть?
– Где-то были, – рассеянно ответил Гиль. – Но я уже выключил…
– Так включи и дай мне эти чертовы списки!
Гиль испарился.
Билл нашарил на столе одну из статей для будущего выпуска и начал читать. Не осилив и абзаца, он с раздражением ее отшвырнул. Всех надо учить работать!
Дверные петли заскрипели.
– Нашел или мне самому…
Он осекся на полуслове и сглотнул. В кабинет вошли двое мужчин. Один опустился на стул возле выхода, как бы намекая, что не уйдет, пока не получит желаемое и не позволит уйти и Биллу. Другой подошел к его столу и сел на самый край, прямо на бумаги, и спросил:
– Что-нибудь появилось?
– Кое-что есть, но сначала мне нужно проверить, – еле ворочая языком, проговорил Билл.
За свою жизнь он повидал разных людей, но таких держался стороной и даже побаивался. Тот, кому нечего терять, страшнее черта.
– Боюсь, времени все меньше.
Мужчина у двери молчаливо кивнул.
– Я делаю все, что могу. Честно сказать, мне ни разу не приходилось с таким сталкиваться.
– Меня это не интересует, – прервал тот, что сидел на столе. – Важно, чтобы вы следовали моим инструкциям. Особенно, если что-то пойдет не так.
Билл вжался в кресло и проклял себя за то, что решил задержаться этим вечером.
– Вы же справитесь, Билл? – Голос нежданного гостя отливал сталью, как и при первой встрече. – Не подведите меня. Цена ошибки – жизнь близких вам людей.
Оставив недвусмысленное предупреждение, здоровяк и его напарник ушли. Как и трусливый Гиль.
Билл шумно выдохнул и обмяк в кресле.
– Спокойно, старик. Все будет хорошо.
Он успокаивал сам себя.
***
Дэниел сидел в кабинете отца, пока тот с серьезным видом просматривал дневные рапорты. Меньше всего на свете ему хотелось обращаться к Фоллу-старшему, но он не знал никого другого, кто мог провернуть дело без лишней огласки.
– И что тебе до этого парня? Он нарушил закон?
– Я уже говорил тебе, – вздохнул Дэниел.
– Да плевать я хотел на эту девчонку. Тем более после того, как она отшила тебя.
Шериф небрежным жестом отбросил бумажки и обжигающим взглядом буравил отпрыска.
– Если тебе не плевать на меня, то не откажешь в помощи.
Отец оперся на руки, сцепив их в замок.
– Она превратила тебя в мягкотелого слизняка. И если ты считаешь, что этим ее вернешь, то серьезно заблуждаешься.
– Отец…
– Закрой рот, я не закончил! – рявкнул Артур, и служащие повернулись на стеклянную перегородку, отделяющую босса от участка.
Шериф зыркнул на них, и все снова принялись за работу.
– Ты – мой сын. И мне больно наблюдать за тем, как какая-то журналистка поганит тебе жизнь.
Дэниел опустил глаза. Он привел все аргументы, которые были на руках, теперь все зависело от отца.
– Ладно. Я поднапрягу знакомых ребят из частников и пробью этого сопляка. Но! Это будет в последний раз.
– Спасибо, отец! – сказал Дэниел и собирался уйти, как у дверей, наверное, впервые по-отечески, его окликнул Артур.
– Сынок, – сказал он, – если не начнешь новую жизнь, то старая тебя уничтожит.
Глава 12.
Солнечные стрелы пронзили гостиную насквозь. Остов, казалось, вздохнул, и тем самым разбудил Джессику. Она открыла глаза и увидела, как в маслянистой дорожке света медленно кружат пылинки. Дом захватила тишина. И потому, когда под подушкой раздалось жужжание, Джессика нервно вздрогнула.
Она извлекла телефон, проигнорировала сообщение от Билла, которое пришло только что и начиналось со слова «СРОЧНО», и открыла то, что прислал Кристофер несколько часов тому назад.
К.: Прости, что ушел не попрощавшись.
Дж.: Доброе утро…
Джессика написала и тут же стерла. Какая банальность, подумала она, но другие варианты были еще хуже. Измаявшись придумать нечто простое, но в то же время оригинальное, она спросила то, что ее волновало.
Дж.: Мы сегодня увидимся?
Отложив телефон, она закрыла глаза и вздохнула.
«Ну не дура ли? Дура, да еще и отчаявшаяся!»
От Кристофера пришел ответ.
К.: Я поздно закончу. Вряд ли.
Дура. Без сомнения.
Чтобы хоть как-то отвлечься от самобичевания, она вернулась к сообщению шефа.
Б.: Сегодня вечером работаешь на гала-ужине в «Зеленой роще». Подробности отправлю на почту. Надеюсь, ты уже на ногах, иначе запасись антибиотиками и за работу. Новости сами себя не напишут, Паркер».
Старина Билл! Трудно ему пришлось, наверное. Джессика испытала облегчение, но оно немедленно сменилось паническим ужасом. Она не знала темы, дресс-кода и, самое важное, участников. К таким мероприятиям готовятся заранее, у нее же был день. Точнее, несколько часов. Она проверила почту, бегло пробежалась взглядом по заданию, выхватывая из текста нужную информацию.
Вот черт!
Чек-лист запрещал проносить камеры в зал. Вернее, в правилах черным по белому были расписаны габариты, под которые подходил разве что телефон. Если с этим Джессика нашла бы способ выкрутиться, то с последним пунктом она схватилась за голову и потянула волосы вниз. Дресс-код требовал невозможного.
Элегантное буржуа.
Джессика прочла еще раз и еще, чтобы убедиться в остроте своего зрения, и почти взывала. Если бы она работала в частном сыске, то заехала бы на
