Честное предупреждение - Майкл Коннелли

— Руки в карманы, — бросила она.

— Что?

— Никаких отпечатков.

— Понял.

Я последовал за ней в правый коридор. Он вел в гостиную, обставленную в современном стиле: над камином, закрытым стеклянной панелью, висел принт Уорхола с «Фольксвагеном Жук». На столе между темно-бордовым диваном и двумя креслами лежала толстая книга под названием «Коллекция Броуд». Никаких следов беспорядка или борьбы. Комната выглядела так, словно ею никогда не пользовались.

— Мы точно в том доме? — спросила Рейчел.

— Да, я проверил адрес, — ответил я. — А что?

— Полиция Лос-Анджелеса, должно быть, платит своим лаборантам куда лучше, чем я думала.

— Плюс покупка ДНК у «Оранж Нано» — удовольствие не из дешевых.

Затем мы прошли через современную кухню с островом, отделявшим пространство от большой телевизионной комнаты с видом на бассейн. Все казалось нормальным. Магнитом к холодильнику была прикреплена цветная фотография, распечатанная на дешевой офисной бумаге: голая женщина с кляпом-шариком во рту.

— Милое украшение для холодильника, — заметил я.

— Нужно проверить второй этаж, — сказала Рейчел.

Мы нашли лестницу, вернувшись назад и пройдя по другому коридору. Наверху было три спальни, но жилой выглядела только одна — кровать не заправлена, рядом на полу куча грязной одежды. Быстрый осмотр комнат не выявил ни людей, ни признаков беды.

Мы спустились обратно. В конце коридора были две закрытые двери. Рейчел открыла их рукой, обернутой в рукав. Первая вела в прачечную. Пусто. Вторая вела в гараж, и именно там мы нашли лабораторию Хэммонда.

И самого Хэммонда, висящего в петле, сделанной из оранжевого промышленного удлинителя.

— Черт, — выдохнул я.

— Ничего не трогай, — скомандовала Рейчел.

— Руки в карманах. Я помню.

— Хорошо.

Но я вынул одну руку, держа телефон. Открыл клавиатуру и набрал 9-1-1.

— Ты что делаешь? — спросила Рейчел.

— Вызываю полицию, — сказал я.

— Нет, не сейчас.

— В смысле? Мы должны позвонить в полицию.

— Придержи коней на минуту. Давай посмотрим, что у нас тут.

— У нас тут мертвец, висящий на балке.

— Знаю, знаю.

Больше она ничего не сказала, подойдя ближе к телу. Под трупом, который, как я полагал, принадлежал Маршаллу Хэммонду, валялся опрокинутый деревянный стул.

Тело висело перед Рейчел абсолютно неподвижно.

— Снимай это, — сказала она.

Я переключился с телефона на камеру и начал запись.

— Запись пошла. Давай.

Она обошла тело по полному кругу, прежде чем заговорить.

— Предположим, машина снаружи его, — начала она. — Значит, мы должны поверить, что он куда-то съездил, вернулся домой, зашел сюда и просто перекинул этот удлинитель через балку.

Потолок в гараже был открытым, с поперечными досками для хранения вещей наверху. Центральная опорная балка послужила Хэммонду виселицей.

Тело висело примерно в полуметре над бетонным полом гаража-лаборатории. Рейчел продолжала медленно кружить вокруг, не касаясь его.

— Ногти не повреждены, — заметила она.

— А почему они должны быть повреждены? — спросил я.

— Передумал. Часто люди меняют решение в последнюю секунду и пытаются сорвать петлю. Ломают ногти.

— Понял. Кажется, я знал это.

— Но на обоих запястьях есть легкие потертости. Думаю, он был связан — либо в момент смерти, либо незадолго до нее.

Она огляделась и увидела картонную коробку с резиновыми перчатками, которые Хэммонд, скорее всего, использовал при работе с ДНК. Она надела одну перчатку и этой рукой подняла стул, опрокинутый во время повешения. Встала на него, чтобы рассмотреть петлю и шею мертвеца поближе. Она изучала их долгую минуту, прежде чем велеть мне тоже надеть перчатки.

— Э-э, зачем?

— Потому что я хочу, чтобы ты придержал стул.

— Зачем?

— Просто делай, Джек.

Я положил телефон на стол и натянул перчатки. Вернулся к стулу и крепко его зафиксировал, пока Рейчел вставала на подлокотники, чтобы посмотреть на узел за головой повешенного сверху вниз.

— Не сходится, — сказала она.

— Хочешь, я поищу стремянку? — предложил я.

— Нет, я не об этом. Думаю, у него сломана шея, а это не вяжется с картиной.

— В смысле «не вяжется»? Я думал, именно это и происходит, когда вешаешься.

— Нет, при самоубийстве через повешение — редко.

Она положила руку без перчатки мне на макушку для равновесия, слезая с подлокотников. Спустившись, она положила стул на бок, вернув его в то же положение, в котором мы его нашли.

— Чтобы сломать шею, нужно падение с высоты. Большинство самоубийц умирают от удушения. Сломанная шея — это из времен казней через повешение. Когда ты проваливаешься в люк, летишь вниз метра три-четыре, и рывок ломает шею, вызывая мгновенную смерть. Слышал фразу «Стройте мне виселицу повыше»? Кажется, это из книги или фильма. Тот, кто это сказал, хотел умереть быстро.

Я поднял руку, указывая на мертвеца.

— Ладно, тогда как он сломал шею?

— В том-то и дело. Я думаю, его сначала убили, а потом повесили, чтобы инсценировать самоубийство.

— Значит, кто-то сломал ему шею, а потом вздернул…

И тут меня осенило: кто-то сломал ему шею точно так же, как тем четырем жертвам.

— О боже, — сказал я. — Что здесь происходит?

— Не знаю, но в этой лаборатории должно быть что-то, что всё объяснит. Осмотрись. Надо спешить.

Мы обыскали всё, но ничего не нашли. На столе стоял компьютер, но вход был защищен отпечатком пальца. Никаких бумажных файлов или лабораторных журналов. Две маркерные доски на стенах были стерты дочиста. Стало очевидно: тот, кто вздернул Хэммонда на стропила — если это был Хэммонд, — позаботился и о том, чтобы уничтожить любые следы его работы с женской ДНК, купленной у «Оранж Нано».

Там был холодильник со штативами пробирок, предположительно с образцами ДНК. Я вытащил одну пробирку и прочитал надпись на ленте поверх резиновой пробки.

— Это материал от «GT23», — сказал я. — Тут так и написано.

— Не удивительно, — отозвалась Рейчел.

— Здесь больше ничего нет, — сказал я. — Только труп и всё.

— Нам еще нужно осмотреть остальной дом, — сказала Рейчел.

— Нет времени. Надо убираться отсюда. Тот, кто это сделал, вероятно, потратил всю ночь на обыск. Всё, что здесь было, исчезло, и, вероятно, моя статья тоже.

— Дело уже не в твоей статье, Джек. Это серьезнее. Проверь принтер.

Она указала мне за спину. Я обернулся и подошел к принтеру в углу. Лоток был пуст.

— Здесь пусто, — сказал я.

— Мы можем распечатать последнее задание, — сказала Рейчел.

Она подошла к аппарату. Все еще в одной перчатке, она нажала кнопку меню на сенсорном экране.

— Малоизвестный факт, — прокомментировала она. — Почти все современные принтеры печатают из памяти. Ты отправляешь задание с компьютера, оно попадает в буфер памяти принтера, и только потом начинается печать. Это значит, что последнее задание хранится в памяти