Дубовый Ист - Николай Николаевич Ободников

— Всех троих?

— Ну, девушка ведь не должна скучать, так? Я про себя, если что, а не про этих. Поэтому проверила под микроскопом распределение меланина внутри волосков. Понадергала у каждой. На случай если ты не в курсе, распределение меланина уникально, как радужка или папиллярный узор. А заодно я проверила строение сердцевины, там тоже очень индивидуальный рисунок, и поперечное сечение. Оно такое идеально круглое, аж зависть берет!

— Это волосы одного и того же человека?

— Возможно. Но я не уверена, что такое вообще может быть.

Воан коснулся веток ягодного тиса. Голова трупа качнулась.

— Всех троих… А можно узнать, что за кровь у них в жилах?

— Ну, у меня здесь не парк криминалистического оборудования, сам видишь. Но микроскоп имеется. Он же микро, если ты понимаешь, о чем я. Конечно, понимаешь, ты же следователь. Прости, я много болтаю. Даже очень. Это потому, что я немного взволнована. Или…

— Кровь, — мягко напомнил Воан.

— Ах, ну да. Если ты рассчитывал на какой-нибудь капиллярный электрофорез, то придется круто обломаться, Воан. Тут, конечно, есть кое-что, и с этим «кое-что» я определила группу крови и резус-фактор. Первая отрицательная, универсальный донор. У двоих. Полное соответствие медкарте Томы Куколь. Только «деревянный экземпляр» слишком затух, чтобы я могла что-то узнать.

— Значит, это улики, но не решающие доказательства. Так или иначе всё указывает, что это один и тот же человек.

— Вот же дичь, да? — Мила отпила глоток пива, не сводя глаз с Воана.

Воан вдруг обнаружил, что каким-то образом переместился к девушке и теперь вдыхает ее аромат. Пытается разгадать его.

— А что там гусак, потерявший гусыню? Он тоже несколько лет боится образовывать пару?

— Ну, они моногамны, как правило. Но они вполне способны найти новую пару, хотя это может занять некоторое время или не произойти вовсе. А ты хочешь… найти новую пару?

— Только не на всю жизнь. Боюсь, она очень короткая. — Воан стоял слишком близко.

Глаза Милы быстро и жадно изучали его лицо. Она порывисто подалась вперед и поцеловала его. Воан и позабыл о том, насколько это приятно. Но не позабыл ли он остальное? Он потянулся к ней и начал стягивать белый халат с ее плеч. Делал это хотя бы потому, что Мила пыталась снять с него пиджак.

Она вдруг отстранилась и внимательно посмотрела.

— А твои друзья — они скоро придут?

— Они не будут в этом участвовать, и не рассчитывай.

Они приглушенно рассмеялись, как какие-нибудь школьники.

Мила потащила Воана в кабинет, заперев за собой дверь. Там они опять начали целоваться. На сей раз всё происходило куда быстрее. Повалив стул, они двинулись к медицинской кушетке. Мила повернулась к Воану спиной. Левой рукой она стягивала с себя джинсы, а правой уперлась в приподнятый подголовник, как будто собиралась оголить ягодицу для укола.

— Только не сзади. — Она резко распрямилась. — Я боюсь. А вдруг ты маньяк, Воан. Я должна контролировать процесс. Любой. Даже если кто-то просто складывает салфетку.

— Тогда… тогда тебе придется стянуть штанишки.

Мила хихикнула.

— Кстати, у меня нет презервативов, — сознался Воан, решив, что нужно быть честным.

— Пф, ты что, студентом никогда не был?

Теперь уже рассмеялся Воан.

Он положил руки ей на бедра и принялся делать то, ради чего они уединились. Получалось действительно неплохо. Даже лучше, чем он рассчитывал. По крайней мере, он держал марку.

За окном кабинета моросил дождь. На серебрившейся лужайке колыхалась тень. Воан бросил случайный взгляд на окно и увидел ее. Там, мерцая в дожде, стояла Лия. Она опять держала на руках сверток, который мог быть только мертвым ребенком Воана.

— Тебя нет. Господи, тебя нет.

— Меня нет, — выдохнула Мила. — То есть как это? Конечно же, я есть. Я здесь. Вот она я! — Она выгнулась и застонала.

Воан тоже закончил, хоть и не так, как планировал.

Зато вполне по-студенчески.

6.

Они вернулись на фармацевтический склад и взяли оставленные банки пива. Делая жадные глотки, Воан и Мила загадочно переглядывались. «Экземпляры» их не смущали. Воан в свое время насмотрелся таких подробностей, а Мила, судя по всему, от природы обладала иммунитетом к тому, что пугало обычных людей.

«Только посмотрите на нас — гусак и гусыня!»

Во входную дверь забарабанили. Воан пошел проверить, кто там.

В медицинский центр ввалился Плодовников. С его фуражки капало. Ни слова не говоря, он развернулся и перехватил Мишаню. Воан узнал, как зовут этого парня, еще когда отправлял с ним полковника в педагогическое общежитие.

Следом вошел Шустров. Вид у лейтенанта был побитый. Буквально.

— Что, лейтеха, злыдни врасплох застали? — спросил Воан.

Вместо ответа Шустров протянул вдвое сложенный лист бумаги.

— Что это? — поинтересовался Воан.

Плодовников вкратце объяснил. Спохватившись, показал смартфон со снимками. Казя свисал с люстры, а после — скорчился у стойки администратора.

Некоторое время Воан молча разглядывал фотографии.

Кто-то повесил Казю. Конечно, могло быть и так, что он затягивал галстук из проводов и перестарался. Только Воан не верил, что это самоубийство. И не будет верить до тех пор, пока ему не докажут обратного. Казя хотел в чем-то сознаться. Так с чего бы ему замыкаться в себе подобным образом?

Вдобавок у Кази на запястьях были синяки. Как будто его волоком затащили на стремянку. Кто-то хотел, чтобы тело увидели, а записку нашли. Но кто?

Из кабинета выглянула Мила. Ахнув, она тут же скрылась.

Воан посмотрел на Шустрова, и тот отвел взгляд.

— Тогда вот тебе задание, лейтенант. Отведи этого суслика к остальным. — Воан кивнул в сторону Мишани. — И на этот раз ты должен быть сильным. Даже больше. Я хочу, чтобы ты как следует врезал тому, кто это сделал с тобой. По лицу вижу, что постарался не этот дохляк, а кто-то другой. Видимо, тот громила в перчатках. Если хочешь, чтобы я тебя уважал: принеси мне одну из этих перчаток.

Глаза Плодовникова полезли на лоб.

— Да ты, должно быть, из ума выжил, сынок. Хочешь, чтобы молодняк на корню сгнил? — Он уставился на лейтенанта. — Даже не вздумай так делать, понял меня? Иначе в докладной будут указаны две поленницы для пионерского костра.

— В смысле две задницы? — хмуро уточнил Шустров.

— Да, твою-то мать! Да!

Лейтенант перевел взгляд на Воана:

— Я принесу вам перчатку, Воан Меркулович.

Воан кивнул, а Мишаня гнусаво рассмеялся.

Из кабинета вышла Мила. Она принесла компресс — химический лед в ткани.

— У нас этого добра навалом. Только не рассасывай.

Смущенный Шустров приложил компресс к лицу. Воан объяснил, где найти класс биологии. Мишаня попытался