В объективе - Ани Хоуп
– Нет, блондинка, – сказал голос, уносимый прочь тяжелыми шагами. – Да заткни ты ее, Джексон. Я уже иду!
Кристофер выдохнул и отстранился, но Джессика не выпускала его из объятий, спрятавшись в теплом пиджаке.
– Мы были на волоске, правда? – хохотнул он и заметил, что Джессика всхлипывает. – Эй, ты чего?
Он попытался заглянуть ей в лицо, но та с большей силой вжалась в тугую грудь.
– Ненавижу, – прошептала она и заплакала.
Кристофер помрачнел и, не говоря больше ни слова, крепко ее обнял.
***
Голоса вокруг смолкли. Джессика перестала обнимать Кристофера, вытерла щеки и зашагала по коридору.
– Джессика, подожди.
– Нам не о чем говорить, – отрезала она.
– Как только я понял, что связь пропала, так сразу побежал к тебе. Я не знаю, что произошло…
Джессика не смотрела в его сторону. Один взгляд и будет засчитано поражение. Увидев значок пожарной лестницы, она без раздумий двинулась к нему. Кристофер остановился. Ей даже стало обидно, что он так быстро уступил, пока не услышала его слова.
– Ты сотрешь себе ноги.
Джессика обернулась. Серые глаза молили о прощении. И она сдалась. Без боя. Ведь невозможно воевать с человеком, которого хочется обнять. Не то, чтобы ей хотелось обнять именно Кристофера. Просто рядом не было никого другого. Да и в его руках ей было спокойно.
«Ненавижу!» – ответили ее глаза.
В лифте Джессика вспомнила о Битси. Возможно, стоило поблагодарить Кристофера, но горло душила гордость. Выйдя на улицу, Джессика пошла вверх по Уэст-стрит. Кристофер как будто этого ждал.
– Все, хватит! – Он перерезал ей путь, но почти пожалел, ведь встретился с таким презрением во взгляде, что еле устоял.
– Лучше уйди, – процедила по слогам Джессика.
– Вернись в фургон.
Она надула губы и надменно пыхнула воздухом.
– И не надейся.
– Джессика, тебе нужно вернуться в фургон, – повторил он и указал туда, где их дожидался Клайд.
– Назови хоть одну причину, чтобы мне это сделать!
Кристофер ухмыльнулся в который раз, и ей подумалось, что без этой его дурашливой ухмылочки, он как адвокат без визитной карточки.
– Хотя бы забрать свой телефон.
– Черт! – выругалась она, опять проиграв.
Джессика шла уверенным шагом, вкручивая шпильки в холодный асфальт, Кристофер плелся за ней, сунув руки в карманы пиджака.
Клайд распахнул им дверь, но Джессика остановилась и приказала Кристоферу через плечо:
– Останься снаружи!
Лицо Клайда вытянулось, уголки губ поползли вниз, от чего на подбородке у него проявилась абрикосовая косточка. Он поглядел на друга, но Кристофер пожал плечами и отошел от машины.
– Верни мой телефон! – Джессика скрестила руки на груди, когда не обнаружила его там, где оставила.
Клайд не спешил.
– Это моя вина. Надо было предусмотреть и…
– Телефон! – требовательно повторила она и протянула руку.
Клайду ничего не оставалось, как исполнить ее просьбу. Но перед тем, как вернуть мобильник, он склонил голову и сказал:
– Думал, ты согласилась, потому что почувствовала в нем родственную душу.
Родственную? Что могло быть общего между ней и Кристофером?
– И чем же мы схожи, по-твоему? – спросила Джессика.
– Он мастер влезать в неприятности. Как и ты.
***
Джессика вернулась домой. Она знала, что должна позвонить Биллу и рассказать обо всем. Теперь, когда безумная авантюра Бейса осталась в прошлом, ее совесть нуждалась в отпущении грехов, а ведь еще утром она верила, что поступает правильно. С первыми гудками ее решимость испарилась, но Билл ответил мгновенно, и она не успела отступить.
Джессика прочистила горло и начала:
– Билл…
Рассказ вышел искренним и эмоциональным, как и положено покаянию, и ожидал вердикта. То, что услышала Джессика, не совпало с ее догадками.
– Жаль, что годы нельзя отмотать, как пробег автомобиля.
– Что, прости? – не расслышала она.
– Будь я моложе, – повысив голос, повторил Билл, – то пошел бы в тот офис сам.
– То есть…выговора не будет?
Билл рассмеялся.
– Наконец-то ты сбросила спасательный жилет и поплыла. Разве как учитель я не должен тебя похвалить? Да, ты плохо держишься на воде и еще поглядываешь назад, но двигаешься вперед. Этот Бейс мутный парень, однако, именно он помог тебе сделать то, о чем ты мечтала за черничным пончиком с кофе.
– Это был виноградный пирог, – Джессика улыбнулась в трубку, словно он ее видел. – Что будем делать?
– Пустим в печать, – огорошил Билл. – А там посмотрим. В конце концов, мы не врем, лишь освещаем пресс-конференцию.
– Если считаешь, что так будет лучше…Мне подготовить статью? – спросила она, взглянув на ноутбук с безысходностью.
– Отдыхай. Я уже кое-что набросал, а если вдруг обнаружу, что растерял хватку, то обращусь к Миртл.
Джессика на расстоянии почувствовала, что он перекосился от этой идеи, ведь Миртл слыла настоящей занудой, и чуть не расхохоталась.
– Доброго вечера, Билл. Знай, что я всегда готова вооружиться ручкой и писчей бумагой.
МакЭвой крякнул и отключился.
Джессика просидела с телефоном в руках до самого вечера. За окном воцарился мрак, отобрав у робкого дня шанс улыбнуться на прощание. Голова по-прежнему гудела и была пуста, как желудок, который сводило от голода, но она предпочла замереть и дождаться рассвета. Утром, когда откроются все ларьки и киоски, когда сенатору подадут прессу, когда он увидит статью, покой станет несбыточной иллюзией. А потому последние мгновения тишины она хотела провести в мирном уголке своего дома.
Так бы и произошло, если бы не брякнул дверной замок. В нем села батарейка, и мелодия заскрежетала, словно кладбищенская калитка. Пришлось встать и открыть, иначе бы всю ночь ей снился Джек Скеллингтон3.
На пороге с двумя стаканчиками кофе в подставке топтался Кристофер. Его появление вызвало противоречивые чувства, и пока Джессика с ними разбиралась, он шагнул в дом.
– Не хочу тебя видеть, – на выдохе произнесла она, не шелохнувшись.
– Это легко устроить, – сказал Кристофер и выключил свет.
Прихожая погрузилась во тьму. Тусклые огоньки уличных фонарей запутались в верхушках деревьев и осели на полуголых ветвях. Между ними повисла вязкая тишина, обнажившая затаенное дыхание двух людей. Она растерялась, но отдала должное находчивости Бейса.
– Ты знаешь старушку с палками для скандинавской ходьбы? – неожиданно спросил он.
Джессика тут же узнала миссис Эббот и кивнула.
– Милая пожилая леди! – заявил Кристофер. – Она только что мне подмигнула, стало быть, я ей понравился. А знаешь, как говорят? Стариков и детей обмануть невозможно.
– Не обольщайся. Если не выйдешь отсюда через пять
