Четвертый рубеж - Максим Искатель
Борис, наблюдая в прицел, выдохнул:
— Мама…
Максим ничего не сказал. Он просто смотрел, как его жена, без единого выстрела, совершает самое рискованное и важное завоевание в истории их клана. Она не расширила периметр. Она определила его смысл.
* * *
Новых поселенцев — семью Гордеевых — разместили в одной из «буферных» квартир на третьем этаже. Не в цитадели, а на её границе. Предварительно квартиру прогрели дизельной тепловой пушкой, после чего подали отопление от основного котла по резервной ветке и довели комнату до комнатной температуры. Провели телефон для связи. На первое время решили на ночь запирать их дверь снаружи — до окончания проверки. Доступ к воде по расписанию. Помощь по хозяйству в обмен на пищу, воду и тепло. И главное — запрет на приближение к лестнице на четвёртый этаж без приглашения.
Екатерина, как самая опытная, осмотрела больного мальчика — Серёжу. Простудное осложнение, истощение. Она выдала маме, Анне, чёткие инструкции: отвар, покой, дозировка таблеток из стратегического запаса. Анна смотрела на неё, с её спокойными, уверенными движениями, как на спасительницу.
Андрей, вначале стесняясь, провёл для старшей девочки, Лены, «экскурсию» по безопасным зонам подъезда, гордо демонстрируя принцип работы сигнальных растяжек. «Это чтобы плохие дяди не пришли», — важно объяснял он.
Внутри своей семьи напряжение не спадало. Борис хмурился. — Они слабое звено. Лишний рот. И риск. — Риск был оставить их умирать там, — спокойно парировала Екатерина, сортируя привезённые Гордеевыми жалкие пожитки. — Мёртвые привлекают падальщиков. А живые, обласканные, — могут стать руками. Гляди, он, Семён, слесарь был. Надеюсь рукастый пригодится. — А если не пригодится? Если предадут? — Тогда мы с ними разберёмся, — голос Николая прозвучал негромко, но так, что Борис сразу умолк. — Но пока — они наши первые соседи. По выбору твоей матери. И это не обсуждается.
Максим наблюдал со стороны. Его проект «Рассвет» обрёл плоть, и это пугало его куда сильнее, чем атака стервятников. Уравнения усложнились, появились новые, непредсказуемые переменные — человеческие чувства, благодарность, возможная зависть. Он сидел в своей мастерской, глядя на чертёж расширенного периметра, и думал, что самая сложная система, которую ему предстояло отладить, — это не сеть постов наблюдения, а сообщество.
Поздней ночью он поднялся на крышу. Воздух был ядрёно-морозным, звёзды — ослепительными. Через несколько минут к нему присоединилась Варя, закутанная в его старый бушлат.
Они молча смотрели вниз. На третьем этаже, в одной из квартир, горел тусклый, желтоватый свет. Чужой свет. Но теперь — часть их мира. Часть новой, хрупкой экосистемы, которую они создавали.
— Ты права была, — тихо сказал Максим. — Это не просто стены.
— А что? — спросила Варя, прижимаясь к нему.
— Основание, — ответил он, обнимая её за плечи. — Мы начали строить то, что должно быть за стенами. Не просто хранить ясность. А… выращивать её. Как Мила свои помидоры. — Он помолчал. — И за это будут бороться уже по-настоящему. Не из голода. Из ненависти к любому порядку, кроме своего.
Варя вздохнула, и её дыхание превратилось в маленькое облачко.
— А мы готовы? Быть не просто хранителями. А… основателями?
Максим не ответил. Он смотрел на горизонт, где за гребнем дальних развалин на секунду метнулся и погас луч мощного прожектора. Далекий, но недвусмысленный. Ответ, похоже, уже шёл к ним.
Внизу, в недрах крепости, ровно и уверенно гудел генератор, работал пиролизный котёл. Он больше не питал одну-единственную квартиру — он делал тепло и свет для нескольких жизней. Он питал зародыш мира. И этот гул был теперь и песней, и вызовом.
Глава 7. Цифровой Бастион
* * *
Утро началось не с кофе и даже не с хвойного отвара, а с коробки кабеля «витая пара», которую Максим с глухим стуком бросил на стол в общей комнате. За ней последовали другие бухты — десятки метров самых разных кабелей и проводов.
Всё это добро было добыто ещё в самом начале хаоса, во время стаскивания всего полезного в бастион. Тогда такие вещи лежали почти нетронутыми: напуганный эпидемией народ мало интересовался материалами и техническим ассортиментом — все охотились за едой и медикаментами.
Максим же смотрел дальше. Он предвидел, что рано или поздно именно это станет ценнее консервов. С разграбленных складов он забирал электротехнические товары, болванки из стали, бронзы, меди и латуни разных сортаментов, сантехническую продукцию — краны, фитинги, трубы всех диаметров и типов. Всё то, на что простой человек в первые дни конца света даже не взглянул бы.
— У нас проблема, — начал Максим, обводя взглядом свой «штаб». — Мы расширяем зону контроля, но мы не можем растягивать людей. Нас семеро взрослых, считая Гордеевых. Если выставить посты по периметру, через двое суток мы свалимся от усталости. Уставший часовой — мертвый часовой.
Николай, чистивший за столом затвор «Мосинки», кивнул:
— Людей мало. А «Максимы» сами не стреляют. Им нужны пулемëтчики.
— Именно, — Максим развернул схему дома. — Поэтому мы заменим людей кремнием. Мы опутаем дом нервной системой. У нас в запасах есть коробка с IP-камерами, китайские, дешевые, но с инфракрасной подсветкой.
Семён Гордеев, новый жилец, сидел тихо в углу, не решаясь вмешиваться. Максим перевел взгляд на него.
— Семён, ты говорил, что работал с электрикой в автосервисе?
Мужчина вздрогнул, но кивнул. В его глазах все еще читался страх, но к нему примешивалось желание быть полезным.
— Да… И сигнализации ставил. Проводку тянул.
— Отлично. Твоя задача — протянуть кабели. Борис покажет шахты вентиляции. Нужно протянуть линии на все четыре стороны фасада, плюс две скрытые камеры на подходы к подъезду и одну — в «шлюз» на первом этаже.
Мила оторвалась от своего ноутбука.
— Пап, но просто камеры — это значит, что кто-то должен пялиться в монитор 24 часа в сутки. Мы сойдем с ума.
Максим усмехнулся. Дочь уловила суть мгновенно.
— Верно. Поэтому нам не нужно «кино». Нам нужна реакция. Мила, помнишь, ты баловалась с библиотекой OpenCV для сортировки овощей?
Глаза девочки расширились.
— Ты хочешь… компьютерное зрение?
— Я хочу простейший детектор движения. Не тот, что в дешевых датчиках, который орет от кошки. Мне нужно программное выделение контуров. Если в зоне поражения появляется объект размером с человека — система должна давать негромкий звуковой сигнал и выводить картинку на главный экран. Ты сможешь написать скрипт?
Мила на секунду задумалась, прикусив губу, а затем в ее глазах загорелся тот самый инженерный азарт, который Максим так ценил.
— Raspberry Pi потянет четыре потока… Если снизить разрешение…
