Святые и Убийцы - Фэя Моран

– Что ты такое говоришь?

Керан слегка поднимает руки и идёт ко мне на встречу.

– Я просто предположил, прелесть. Возможно, это не так, но… слишком уж много совпадений. Я знал твоего отца очень мало, но много узнал о его с твоей матерью талантах. Ты ведь и сама, наверное, помнишь всё, что тебе о них рассказали.

– К чему ты ведёшь, Керан? Я не понимаю…

Или просто не хочу осознавать этого в полной мере.

Керан тяжело вздыхает. А потом раздаётся его ответ.

– Может, это они их создали?

Их – это значит сирдов. Вот, что он мне говорит. Керан думает, что мои родители являются создателями этих опасных тварей, которых все боятся. О происхождении которых никто не знает. Даже Старейшины.

И это предположение вполне может иметь смысл.

Ордену Когтей известны все существующие в Шиэнне монстры. Каждый изучался, каждый имеет обширные регистры, в которых указывается вся информация, начиная с места, где он впервые появился, заканчивая способом его убийства.

Сирды – единственные существа, чьё происхождение оставалось тайной с Луны их первого обнаружения. Вот почему против них мы всегда были бессильны. Сложно побороть противника, о котором совершенно ничего не знаешь, кроме его внешности, если ты Охотник. Охотники долгими месяцами изучают каждого монстра, с которым можно столкнуться. А к сирдам никогда не подготовишься.

– Ад-Дарр… – тихо произношу я, не веря в то, что всё это может оказаться правдой. – Неужели…

– Это моё предположение, – напоминает Керан. – Так что не будем раньше времени…

– Но это предположение очень похоже на правду. Если сопоставить со всем, что мы узнали.

Он кратко кивает на это.

Я всё-таки хватаюсь за голову.

Холод снова даёт о себе знать, и у меня начинает дрожать нижняя челюсть. Вполне возможно, что завтра я заболею. Мне следовало надеть одежду Охотницы – она делается из специальной ткани, которая высыхает сама по себе через какое-то время.

– Если сирд не понесёт тебя на себе… как же мы вернёмся обратно? – спрашиваю я, попытавшись смахнуть мысли о папе с мамой. Пусть они пока полежат где-нибудь глубоко в сознании, прежде чем я вернусь к ним в более подходящее время.

– Ты можешь вернуться туда одна.

– И бросить тебя одного в Костяном Острове? Ни за что! Даже не думай об этом!

– Я не вижу другого выхода. – Керан мягко улыбается. – Но зато знаю, что ты будешь в безопасности на время полёта. Кто посмеет приблизиться к сирду, правда ведь?

У меня от отчаяния заболело горло. Такое бывает, когда пытаешься сдержать слёзы.

– Всё равно, – говорю я, и в голосе проступает тревога. – Я не хочу… А если на тебя нападут? Костяной Остров всё-таки может кишеть этими тварями. Если мы их не увидели до этого момента, это не значит, что их точно нет.

– Не забывай, зачем нам нужно возвращаться.

Я никогда не забуду Мистлока. И никогда не забуду Брикарда. Не забуду то, что с ними сделали.

Подняв взгляд, я с трудом киваю. Это мимолётное движение отнимает у меня слишком много сил.

– Значит, по рукам? – спрашивает Керан, и уголок его губ слегка приподнимается.

И в этот момент я поддаюсь сильнейшему желанию, возникшему между нами. Бросаюсь вперёд, сжав губы в тонкую линию, и крепко обнимаю его, совершенно не смущаясь его частичной наготе. Я держусь за его шею, и из-за разницы в росте мне приходится слегка приподняться на носочках. Первое время его руки просто висят в воздухе, и, наверное, Керан обескуражен моим действием. Ранее я так обнимала Мистлока, как своего брата, но никогда не смела совершать таких вольностей в сторону Керана. Боялась, что моё касание выдаст мои чувства.

Но сейчас я ведь этого уже не боюсь.

И наконец мужские руки обхватывают меня в ответ, выше талии, ближе к спине. Я ощущаю, как Керан прижимает меня чуть крепче и утыкается носом в мой шарф. Чувствую исходящее от него тепло. Оно моментально греет меня. Жаль только, это не продлится вечность.

Когда я нехотя выпускаю его, мне кажется, кровь приливает к щекам, словно только сейчас я вдруг понимаю, что это было крайне смущающе.

– Я быстро, – произношу я. – Придумаю способ вытащить тебя отсюда.

– Но не будешь действовать без меня, – строго проговаривает Керан. – Просто попросишь помощи.

– Хорошо.

– Пообещай мне.

Я закусываю губу. Мне столько раз приходилось давать пустых обещаний, что сейчас язык у меня отказывается мне подчиниться.

– Прелесть, – настойчиво вторит Керан.

– Я не хочу давать обещаний, ведь могу не выполнить их.

– И что тебя останавливает от того, чтобы выполнить их?

– Я постоянно обещала тебе, что не буду бегать в Забытый Рай, или что не буду пробираться в загон макартов, или что не буду без вашей осведомлённости бегать в Бофру… Этот список можно продолжать вечно. Но я всё равно всё это делала. Ты же знаешь.

Он делает шаг вперёд.

– Знаю. Моя твоя любимая привычка.

– Что?..

– Ладно, можешь не обещать. Но дай слово тогда.

– Ты издеваешься? Это одно и тоже.

Керан кратко смеётся. О ад-Дарр, какой это красивый смех! Я могла бы вечность стоять на одном месте, пробив в земле дыру, слушая его.

– Прости, – говорит он. – Просто не давай мне поводов сожалеть о том, что я отпустил тебя одну. Ты ведь знаешь, каких трудов мне стоит сейчас позволить тебе лететь туда самой.

Не могу воздержаться от насмешливого:

– У тебя просто нет другого выбора, не забывай.

– Если бы мне пришлось пересечь всё Янтарное море без какой-либо лодки, чтобы доставить тебя домой, я бы это сделал. Даже не сомневайся, прелесть.

Я открываю рот от удивления, когда понимаю, к чему он это ведёт.

– То есть, ты… просто…

– Просто верю в тебя.

Я улыбаюсь. Подозреваю, что слишком сильно.

– Я это ценю, Керан. Спасибо тебе.

Ценю просто твоё существование рядом. Я самая счастливая девушка во всём мире, раз ты достался именно мне.

Как хорошо, что мыслей он слышать не может, иначе мне пришлось бы забивать в голову гвозди, чтобы он ничего не узнал. Все мои мысли крутятся вокруг него одного. Это даже как-то неловко.

– Я пошла. – Разворачиваюсь, чтобы вернуться к сирду, но замираю на месте. – Правда, у меня будет одна просьба.

– Какая?

– Попробуй поискать Книгу ядов здесь.

– С чего ты решила, что она здесь?

«Костяной Остров». Вот что было нацарапано в тюремной камере моих родителей. А Брикарду они сказали, что карта там.

Скорее всего, под «картой» они подразумевали эту надпись. Логичнее