Весна перемен - Катарина Херцог
Прошло уже столько лет, но эти слова по-прежнему ранили его.
— Я вложил в эту историю столько себя, своих переживаний и чувств, а тут появился этот тип с «полным отсутствием эмоций»! Мой профессор литературы посоветовал не принимать отказы близко к сердцу. Редко какой автор находит агента с первой рукописью, не говоря уже об издателе. Отказы — это совершенно нормально, мне нужно продолжать писать и развиваться, и в конце концов все обязательно получится. Потом я вспомнил о рукописи Альфи и отправил агенту ее.
— Зачем? — На бледном лице глаза Шоны казались угольно-черными.
Все это время ему удавалось смотреть на нее, но теперь он отвел взгляд.
— Чтобы убедиться, что профессор сказал правду. Что попасть в цель с первой книгой практически невозможно. И почему-то я надеялся, что вердикт агента о рукописи Альфи будет еще менее лестным, чем о моей. Но нет. Он ответил, что очень хочет со мной встретиться. На этой встрече я собирался все ему рассказать, но… Он был так увлечен, даже не давал мне и слова вставить, уверял, что издатели с руками оторвут эту книгу.
Нейт замолчал. Итак, теперь все тайное стало явным. Он рассказал ей все. Но долгожданного облегчения не последовало. Более того, Шона смотрела на него испепеляющим взглядом.
— Как низко! — воскликнула она. — Как ты мог так поступить? Как мог все это время продолжать этот фарс? Присвоить себе славу, которая по праву принадлежит Альфи? И как ты мог скрыть от меня, что он посвятил эту книгу мне? Хотя бы об этом ты должен был рассказать! Ты же прекрасно знал, как меня мучил вопрос, что Альфи так отчаянно хотел показать мне в тот вечер.
— Я пытался поговорить с тобой об этом, но не смог в преддверии конкурса тортов. Ждал подходящего момента…
— О! И он наконец-то настал? Что ж, я рада, что наконец-то все узнала! — Какое-то время Шона молча смотрела на него. — А тебя я совсем не знаю, — тихо добавила она, затем развернулась и ушла. Покинула коттедж «Бэйвью». И его жизнь. И он ничего не мог сделать, чтобы ее остановить.
Нейт придвинул стул и опустился на него. Так он просидел несколько минут, глядя прямо перед собой. Не в силах пошевелиться, не в силах ясно мыслить и ничего не чувствуя. Внутри была лишь черная пустота.
Странно, но первая мысль, которая пришла ему в голову, была о том, что Шона даже не сказала ему, почему тоже хотела поговорить с ним сегодня. Что ж, теперь он этого не узнает.
Нейт с трудом поднялся и пошел в кладовую. Там, за банками с консервированными фруктами, стояла бутылка водки. Нейт не пил ни капли уже несколько недель, и все шло гораздо лучше, чем он думал. Но тогда с ним была Шона. А теперь ее нет.
Нейт отнес водку на кухню. Взял стакан и открыл бутылку, но, когда в нос ударил знакомый запах алкоголя, замер. В какой именно момент его жизнь вышла из-под контроля? Когда он нашел рюкзак Альфи с рукописью или годы спустя, когда застыл, читая письмо агента с причиной отказа? Или через несколько недель, когда письмо от этого же агента во второй раз попало ему в почтовый ящик? На этот раз не с отказом, а с предложением.
«Это именно то, что я искал», — написал тот Нейту, поздравляя его с невероятным прорывом в прозе. За честный, аутентичный язык, нестандартный сюжет и великолепного героя. Нейт не знал, смеяться ему или плакать. Он писал рассказы с начальной школы, прочитал больше руководств по писательскому мастерству, чем вмещали его книжные полки, и ходил на курсы по выходным — все ради того, чтобы наконец изложить на бумаге что-то грамотное, но лишенное эмоций. Альфи же, напротив, посидел всего несколько недель, наверняка вдрызг пьяный, и выдал историю, которую агент назвал шедевром. И не только агент счел ее гениальной, но и национальные и международные издательства, продюсерская компания, Netflix… Почему Нейт тогда не сказал агенту правду, как планировал? Почему поддался его похвале, энтузиазму и обещаниям, что это начало чего-то очень, очень грандиозного?
Нейт посмотрел на прозрачную жидкость в бутылке, которой жаждали его тело и разум, но которая так и не принесла ему обещанного спасения. В такой момент просветления Альфи наверняка схватил бы бутылку и швырнул ее об стену, но поскольку Нейт не был Альфи, никогда им не будет и даже не хотел им быть, он просто подошел к раковине. Вылил водку и аккуратно закрутил крышку. Теперь он сделает три вещи: узнает адрес электронной почты Мэри-Энн, а еще лучше — ее номер телефона, и даст ей понять, что было очень глупо отказываться от кулинарной книги такого талантливого кондитера, как Шона, только потому, что ее помощница неумышленно нарушила правила конкурса. Затем он соберет вещи и, наконец, поедет туда, куда давно должен был отправиться.
Три месяца спустя
Глава 45. Шона
Дорогая Шона!
Высылаю первый черновой вариант обложки! Нам очень нравятся ее яркие и свежие цвета.
С наилучшими пожеланиями,
Мэри-Энн Хейзлвуд,
которая с нетерпением ждет твоего отзыва
Ее обложка! Сердце Шоны екнуло. Она совсем не ожидала, что все произойдет так быстро. Книга должна выйти следующей весной, а сейчас только июль! Она прокрутила страницу вниз.
Надпись крупными буквами «Сладкие мечты» возвышалась над глянцевой фотографией изящных роз из мастики и капкейков, покрытых нежными лепестками, а обложка была полностью оформлена в белых и розовых тонах. Совсем как «Сладкие штучки» и ее аккаунт в «Инстаграме»◊.
— Смотри, Финли! Мне только что прислали обложку моей кулинарной книги, — крикнула она, и племянник поднялся с пола, где лежал в обнимку с котом Пиратом, скорее из послушания, чем из любопытства.
— Розы сделала ты? — Финли постучал по экрану ноутбука липким указательным пальцем. Они только что пообедали блинами — единственное, что Шона умела готовить, помимо пасты и полуфабрикатов.
— Да, их сделала я.
— Выглядят как настоящие. Можно мне выйти в сад? Хочу научить Бонни слалому через полосу препятствий. С Тайсоном получилось.
Шона кивнула:
— Но только на пятнадцать минут, потом мне
