Дом с секретом и истинные лица. Часть 2 - Ольга Станиславовна Назарова
Так как лягух не только квакал, но ещё и обладал неожиданно тонким слухом, то из разговоров окружающих о возвращении Тани он знал, а раз так – рвался выразить почтение, развлечь разговором, слегка пофлиртовать, а что? И безопасно, и приятно – надо же навыки куртуазной беседы поддерживать!
Он попытался пройти в стену – не получилось!
Тогда начал пробовать напрыгом… Общество со стороны кухни с интересом наблюдало за всё увеличивающейся длиной «разбежного пути» и последующими прилётами Геннадия о стену.
– А он не убьётся? – озаботилась Таня. – Что-то мне его реанимировать неохота.
– Неее, он прочный! – с непоколебимой уверенностью заявил Крамеш. – Сокол сказал… Как приятно, что ты теперь точно знаешь, кто он, и не надо вот этих вывертов… Да, так вот, Сокол сказал, что если их всех расколдовывают, забивая пенальти в стену, то о крепости Германа нашего подболотного можно не беспокоиться.
Тут Крамешу пришлось отвлечься, потому что к нему пристала Муринка, сильно заинтригованная способами расколдовывания прочных принцев, и ему пришлось рассказывать о трудной жизни рода Геннадия.
Прочный Геннадий-Герман, однако, как-то подустал и решил, что даже если он не может лицезреть собеседницу, уж доквакаться-то до неё он точно в состоянии!
– Ну… надеюсь, он не лопнет! – вздохнула Таня, наблюдая в прозрачном стенном проёме за стараниями принца заморского. – Шушаночка, как хорошо, что ты можешь звукоизолировать нас от этого типа.
– Говорю же, намордник ему нужен! – надулась Муринка. – А вы вшё не шлушаете и не шлушаете!
– Муриночка, намордник ему нельзя! Смотри, какой он… странный. А ну как впадёт в наморднике в отчаяние, устроит себе нервный срыв и решит, что он собака, лаять на всех начнёт? А его потом в исконные земли выпускать надо… И как он там таким жить будет?
– Ой, да! Его ж там как ушлышат, так шражу это… рашколдует какая-нибудь нешшаштная принцешша, а потом придётся его рядом терпеть!
Муринка представила сказочного принца-человека, который лает и гоняется за мухами, и потихонечку отложила недовязанный намордник под диванную подушку – исключительно из крайнего сочувствия к неведомым «принцешшам».
Таня уже засыпала, когда к ней под бок последовательно прибыли чихуахуа Мышка, Терентий и Муринка, причём последняя громким шёпотом поведала, что лягух так и гомонит под стенкой и ей уже страшно за принцесс:
– Ешли там такие принцы, то как же ж им, бедным, жить?
С тем Таня и уснула, погрузившись в потрясающе приключенческий сон о принцах-лягушках и принцессах, которые швыряли в земноводных претендентов разные предметы, начиная от хрустальных туфелек и заканчивая зимними сапогами…
***
Утром Татьяна ехала в вагоне электрички на бабушкину дачу и размышляла, как бы ей исхитриться с яблоками.
Вместе с ней в том же направлении ехал и Вран. Более того, на той же электричке, и даже на том же вагоне. В смысле, натурально «на» них – сверху.
– Мне вот порручили прроследить, чтобы она свою треть слопала, я и пррослежу! – решительно объяснял он своему спутнику. – Так что чего я туда еду понятно, а ты?
– Если скажу, что за компанию, не прррокатит? – с интересом уточнил Крамеш.
– Ни рразу!
– Ну, тогда прроследить, чтобы не обидели! – объяснил он. – Рродственники у неё – зарразы!
– Если за ними прроследить, то ладно, – кивнул Вран, смиряясь.
Если честно, то он и сам считал себя способным защитить сестру, но… но тогда надо было вернуться в человеческий вид.
– Только вот им сложно будет объяснить, кто я такой! – вздохнул про себя Вран, подозревая, что его появление создаст Тане гораздо больше проблем, чем пользы.
«А Крамеш, в случае чего, просто заморочит их, и всё!» – логичный вывод заставил Чернокрылова окончательно смириться с попутчиком.
Таня и знать не знала, что едет на дачу с личной охраной, так что ей и в голову не пришло озираться да птиц в небе разглядывать, шла она от станции в сторону дачных участков в полном неведении, размышляя, как бы получше вынудить родственников принять яблоки.
«Пахнут они дивно, на вид – чудесные! Ладно… исхитрюсь. Если уж я смогла уговорить Мурину не навязывать на Геннадия намордник, то с семейством-то я точно справлюсь!»
Семейство ждало её как манну небесную, в смысле, сразу от калитки принялось всячески… покусывать:
– Ну наконец-то! Прибыла наша принцессочка! – фыркнула бабушка. – Я уж думала, что как в прошлом году, даже носа не покажет!
Возможно, Таня и припомнила бы, что в прошлом году переживала измену мужа, предательство подруги, весьма непростые в финансовом плане, хотя и недолгие времена, а вот хоть крошечной, минимальной поддержки от семьи не дождалась, но…
Слово «принцессочка» запустило какие-то совершенно иные мыслительные процессы, сверкнула на солнце пригрезившаяся во сне очередь из летящих хрустальных туфелек, пониже полетели более увесистые и солидные зимние сапоги и, видимо, напрочь прибили всю обиду и раздражение, которые могли бы появиться у Татьяны.
«Ну да… Неидеальная, вредноватая, отчаянно боящаяся остаться без поддержки дочери, вечно зудящая этой самой дочери о том, какая та не такая, раз правильного мужа сходу не нашла, дрессирующая деда. Эх, да мне главное самой такой в возрасте не стать! А то, что она сейчас язвит, ну, пусть поязвит, может, у человека это – единственная радость!» – подумала Татьяна, неожиданно для бабушки улыбнувшись.
Та так привыкла к тому, что старшая внучка сразу кидается оправдываться, что даже примолкла.
Правда, хватило её ненадолго:
– Таня! Как ты выглядишь? Почему ты за собой не следишь? Что за одежда? Ты же молодая женщина, а не подросток из подворотни! Джинсы эти ваши дурацкие, футболка, кроссовки! Кто на тебя второй раз посмотрит!
– Почему не слежу? Да я себя ни в чём и не подозреваю! – рассмеялась Татьяна, вызвав временный шок, разброд и шатание среди семейства, и продолжила: – А что не посмотрит – бабуленька… я ж на помидоры приехала, так что главное, что бы они меня оценили! Так где они?
Мама прищурилась – по всему выходило, что дочь не просто отбивалась от них, но ещё и раскопала где-то невиданные ранее запасы уверенности в себе!
«Влюбилась? Замуж собирается? – тут же начался секретный расчёт вероятностей. – Ну да… выглядит неплохо. Да что там, хорошо выглядит! С Димой она была гораздо… серее».
Дед, как человек гораздо более прямолинейный, ничего такого не уловил, а на призыв внучки предъявить фронт работ поманил её к теплице и с гордостью, напополам смешанной с отчаяньем, открыл дверь.
– Ого-го! Вот это помидорищи! – восхитилась Таня. – Бабуленька, откуда ты такой сорт
