Корабль. Консархия - Томислав Османли
Этот анонимный персонаж, которого его собеседники на другом конце провода даже не знали, подавал информацию в точной, холодной и потому действенной манере, указывая им, что телефонный разговор, который вскоре состоится у них с Биржархом консархии Корабля и Прибрежья, будет иметь нелегитимный характер, представляя собой опасную попытку отобрать у них акционерные ценности, которые, несмотря на заверения, никогда не только не принесут им обещанного дохода, но даже элементарно не будут им возвращены. На этом всякая коммуникация прекращалась.
8.
И вот, столкнувшись с внезапно охватившим его ощущением полного бессилия, сидя в кресле в своем кабинете на последнем этаже здания консархийской биржи и уставившись в разверзшуюся перед ним пропасть, Эмилиан Контев, второй человек в консархии и первый по финансам в сообществе акционеров — принимает роковое решение.
Тут его разумом совершенно неожиданно овладевает мысль о том, что же после его ухода будет с ценными бумагами, которые он кропотливо и конечно крайне осторожно, транш за траншем, в течение нескольких последних месяцев переводил на собственные счета на других биржах. За мгновение его охватывает и почти душит мучительное понимание того, что он, создатель этой пещеры с драгоценностями, никогда больше не будет наслаждаться теми огромными числами чистой и абстрактной стоимости акций, которые он с таким трудом собирал для себя и ни для кого другого, впрочем, еще и потому, что больше у него никого не было; и вот он, полный жалости к самому себе, с усилием отталкивает эти тягостные и трагические помыслы, от которых у него ком в горле и текущие градом слезы.
9.
В прекрасном настроении, в каком она проснулась тем утром, Татьяна подходит к главному входу в свой офис, кладет ладонь на сканер, удостоверяет личность с помощью папиллярной идентификации, потом направляется в ту часть гигаструктуры Корабля, где располагаются его руководящие органы, не говоря ни слова, минует охранников, поднимается в отдельном лифте Верховного Кабинета и еще раз пройдя верификацию, только сейчас приблизив свой глаз к объективу камеры высокого разрешения для сличения рисунка радужной оболочки, наконец оказывается в своей обычной рабочей среде. Сегодня она даже забывает заказать наркофе или нарколу, которые все обычно употребляют по утрам как энергетик, для поднятия тонуса, и которые после давней легализации и выхода на рынок не только легких, но и рафинированных наркотиков, сейчас бьют все рекорды по продажам и по количеству потребителей этих напитков. Однако, вспомнив про свой офисный ритуал, она чувствует, что сегодня утром ежедневный стимулирующий чудесным образом напиток ей вообще не нужен. Другими словами, голова у нее снова занята мыслями о нем, ее новом любовнике, бета-самце Слободане Савине.
Ладно, скажи ради бога, что ты в нем нашла? Хороший любовник? Окей. Хотя были любовники и получше его, настоящие альфы. Тело? Намечается животик, и вообще никак не идеал ухоженного мужского торса. Возраст? Ну, он намного старше ее! Руки? Может быть. Наверное, его руки, ведь никто еще не ласкал ее так, как он… Но все же — продолжала она анализировать своего нового партнера — этого недостаточно для определения источника той энергии, которая наполняет ее и заставляет постоянно думать о нем. А что же тогда? Уж точно не его физический аутлук, над которым сегодня все работают, вот почему консархическая элита выглядит феш и фит, софистицированной и дефинитивно эго-дизайнерской, такой ухоженной, холеной, тренированной, фенированной и тонированной…
10.
Напомним, что дом Славена Паканского, расположенный под вершиной горы и возвышающийся над вытянутой долиной, где расстелился город, надежно скрыт от взглядов снизу защитной стеной из пышной зелени спереди и высокими, ветвящимися и, следовательно, тенистыми вечнозелеными деревьями, которые растут высоко над домом на заднем дворе, оставляя много пространства между собой и крышей, тем не менее защищают дом от нежелательных взглядов и сверху, с вершины горы, даже с воздуха, от камер дронов и электронного наблюдения со всевозможных воздухоплавательных аппаратов…
К просторному одноэтажному дому консарха Славена Паканского, знаменитого владельца когда-то мульти, а ныне панфармацевтической компании «Колегнар», кроме асфальтированного подъездного шоссе цвета горной зелени, ведет еще и небольшая частная левитационная бесканатная дорога, трассу которой в нагорных зарослях обозначают скрытые от постороннего взгляда лазерные точки и дорожки. Имеется с десяток кабинок разного размера, которые — когда чета Паканских, а также дежурные офицеры и обслуживающий персонал находятся в резиденции — руководство охраны переводит в транспортное депо, находящееся на довольно большой высоте. Охрану объекта набирают из проверенных членов консархической гвардии. По желанию и, конечно же, под наблюдением и контролем компьютерного центра Резиденции Паканского, левитирующие кабины бесканатной дороги — снабженные несколькими сиденьями, которые, независимо от уклона поверхности под ними, сохраняют идеально горизонтальное положение — могут вращаться вокруг своей оси, менять позиции обзора и спускаться к нужной и заранее запрограммированной транспортной точке в городе, обычно к первой станции у подножия, а при желании садиться в любом другом пункте как на улицах города, так и на взлетно-посадочных площадках, расположенных на крышах особо охраняемых зданий и сооружений, начиная с объекта на Корабле и заканчивая плоскими крышами трех Триумфальных ворот, посвященных нынешнему и двум предыдущим консархам.
11.
Готовясь к своему последнему пути, Эмилиан Контев подумал, что ему, вероятно, следует написать прощальное письмо.
— Но кому? — спрашивает он себя сразу же после этого: ведь у него нет ни жены, ни тем более детей. Лишь какие-то родственники, со временем один за другим отказавшиеся от попыток контактов после тщетных усилий связаться с ним, которые некоторые из них предпринимали, чтобы, ясное дело, попросить об услуге, на что у него не было ни времени, ни желания.
Таким образом, в итоге Эмилиан Контев полностью отбрасывает мысль о каких-либо предсмертных обращениях: письменных, аудио, видео, голографических…
Он медленно встает, идет в кладовку при ванной и среди всяких химикатов для уборки находит пластиковый пузырек с ядом от грызунов и мелких насекомых. Он держит его в руке и теперь уже задумчивый и лишенный всяких эмоций, даже отчаяния, думает о том, какую смерть ему могла бы уготовить эта маленькая бутылочка с яркой этикеткой, полной предупреждений о высокой токсичности и с неброским логотипом известной местной компании «Колегнар».
12.
Со всей номенклатурой меняющихся спецэффектов мультимедийный комикс выглядит многообещающе. И что самое главное, Слободану Савину он нравится каким-то особенным
