Весна перемен - Катарина Херцог
Но сегодня Шона переживала не только из-за приближающейся даты конкурса. Честно говоря, главной причиной была годовщина смерти Альфи. Сегодня уже десятая. Утром Шона написала об этом Курту, как и о том, что боялась этого дня уже несколько недель. Этот страх мучил ее каждый раз, но в этом году особенно.
Шона проверила телефон, чтобы узнать, ответил ли Курт. В последнее время его сообщения стали для нее своего рода спасательным кругом.
Но он все еще молчал. Она написала ему сразу после пробуждения, и до сих пор он никогда не заставлял ее ждать ответа дольше двух или трех часов. Вдруг с ним что-то случилось? Шона тут же отругала себя за эту мысль. Ей действительно не стоило так переживать из-за этой переписки! В конце концов, она совсем не знала Курта, даже не знала его настоящего имени. Может, он женат или ему девяносто лет. Или он сидит в тюрьме… Наверняка там тоже есть интернет.
Нет! Может, Курт и женат, но ему точно не девяносто. И даже если он в тюрьме, то либо был несправедливо осужден, либо оказался крайне чутким заключенным. Каким-то образом ему всегда удавалось найти для нее нужные слова.
Шона вздохнула. Прежде чем закрыть кафе и пойти на могилу Альфи, ей непременно нужно покрыть торт, потому что завтра она хотела приступить к декору. Но эта дурацкая мастика никак не клеилась к пенопласту! Шона раздраженно посмотрела на отвалившийся кусочек сахарной пасты. Теперь придется снять мастику, замешать кондитерский клей и попробовать снова. Ну почему хоть раз не может получиться нормально?
Сегодня ее бесил и Нейт. До сих пор на него можно было положиться, но сегодня утром он проспал, опоздал на смену почти на полчаса и выглядел так, будто работал — или тусил — всю ночь. Темные волосы растрепаны, кожа бледная, а круги под глазами снова заметны. Кроме того, Нейт выглядел усталым, рассеянным и беспокойным. Десятая годовщина смерти Альфи, несомненно, давила и на него. Может, он уже побывал на кладбище этим утром? Или вообще не собирался туда идти? Шона почти набралась смелости заговорить с ним о сегодняшней дате, но отстраненное, непроницаемое выражение лица Нейта ее остановило. Громким урчанием желудок Шоны сурово напомнил ей о своем существовании. Сегодня она еще ничего не ела. После утренней прогулки с Бонни Шона сразу же отправилась в кафе, чтобы продолжить работу над тортом. Обычно она делала это по вечерам, но сегодня пойдет на кладбище, и Шона почти не сомневалась, что, кроме нее, там никого не будет.
В животе снова заурчало, на этот раз даже громче. В последнее время Шона привыкла перекусывать в «Сладких штучках», вместо того чтобы ехать в коттедж «Жимолость», где папа теперь всегда готовил для Финли, Вики и Грэма. Увы, злоупотребление сладким не прошло бесследно. Шона всегда была немного полной, но в последнее время все брюки стали слишком сильно обтягивать ягодицы, и, если она потеряет бдительность, вскоре придется покупать одежду на размер больше. Шона твердила себе, что после конкурса снова займется своим питанием, но, поскольку утром она едва натянула штаны, пожалуй, лучше перестать набивать желудок капкейками и кейк-попсами прямо сегодня.
Шона посмотрела на часы. Все равно уже полдвенадцатого.
Она могла бы пойти на обед немного пораньше и наконец-то заглянуть в бистро «Карл и Кларк». Энн и Вики уже не раз рассказывали ей о вкуснейших смузи, боулах и сэндвичах, которые там продавались.
— Хочешь прогуляться? — спросила Шона у Бонни, и, как всегда при упоминании волшебного слова, собака тут же вскочила.
Быстрее она вскакивала, только когда звучало еще более волшебное слово — «еда»! Шона улыбнулась. Перспектива перекусить ее приободрила. Теперь оставалось только сказать Нейту, что ему придется обходиться без нее целый час. По-видимому, он выскочил покурить. Вслед за Бонни Шона вышла на задний двор, и Нейт действительно стоял там, рядом с мусорным контейнером. Но в его руке была вовсе не сигарета, а фляжка.
Глава 28. Шона
— Эм… Это не то…
— …о чем я подумала? Значит, в бутылке не вода? — С тех пор как Шона увидела полупустой стакан с прозрачной жидкостью на столике на веранде коттеджа «Бэйвью», она подозревала, что у Нейта не совсем нормальные отношения с алкоголем, но тот факт, что он носил с собой фляжку и тайком попивал из нее, словно алкоголик, ее шокировал.
Нейт опустил руку:
— Я… Извини. Я плохо спал, и…
— Я тоже плохо спала. Но я предпочитаю кофе, чтобы взбодриться.
— Можно мне самому закончить предложение? — резко спросил Нейт. — Я знаю, что облажался, и обычно я так не делаю, но сегодня… Знаешь, какой сегодня день?
Сердце Шоны на секунду остановилось, а затем забилось о грудную клетку в два раза быстрее.
— Да, знаю. Но это не повод прикладываться к бутылке средь бела дня, да еще и на работе! — Бонни, которая была очень чувствительна к ссорам, толкнула ее мордой, а затем подошла к Нейту и положила голову ему на бедро — как всегда, когда хотела, чтобы ее погладили. Шона сделала глубокий вдох, внезапно почувствовав, что вот-вот расплачется. — Нейт, тебе лучше пойти домой и поспать. Я и сама справлюсь. Только постарайся завтра быть в лучшей форме, чем сегодня. У меня много дел.
— Мне… мне очень жаль, и этого точно больше не повторится.
«Нет, конечно, нет! Отныне он будет доставать фляжку, только когда я буду как минимум в миле от него», — смиренно подумала Шона. Она вернулась в кафе через заднюю дверь, а Нейт спрятал фляжку в карман куртки и последовал за ней.
Тем временем в зале появился посетитель. Глядя в экран телефона, у витрины стояла женщина. Она была очень стройной, а ее светлые волосы, вьющиеся легкими волнами, доходили почти до талии. Услышав их, женщина обернулась, и выражение лица изменилось не только у Нейта. Это была Хлоя.
— Вот так сюрприз! — крикнула она Нейту. — Я-то думала, кафе твоей знакомой — пыльная
