Монстр - Марика Макей

Моника звонко хихикнула, прижав ладони к пухлым щечкам. Томми заулыбался, словно пятилетка. Возможно, он хотел направить всех в определенное русло – сексуальное и пошлое, как любили все в этой школе. Но меня удивило другое.

– Тебя подобное возбуждает?

– Э-э-э… а почему бы и нет? – правдоподобно удивился тот.

Я не знала, что ответить, поэтому решила действовать, чтобы не сгореть от стыда под взглядами окружающих. Повернулась к Монике и зачем-то кивнула ей, вроде как говоря: «Сделаем это!»

Моника, в отличие от меня, не стеснялась совершенно. Она приблизила ко мне лицо и присосалась к губам, как пиявка. Поцелуй вышел мокрым и неловким, но парней это позабавило. А я в очередной раз мысленно призналась себе, что Дилан – мастер поцелуев. Боже, только почему он такой невыносимый кретин?!

– Моя очередь, – вытирая губы от слюней Моники, фыркнула я. – Правда или действие, Сабовски?

Дилан слегка напрягся, и я с удовольствием отметила это про себя.

– Что, опять он? – возмутился Томми, предчувствуя очередной всплеск эмоций. – Давай чуть позже, а? Спроси Монику, что ли…

Я закатила глаза к потолку. Играть желания не было, хотелось просто растоптать рыжего засранца. Но просьбы Томми для меня были не на последнем месте. Он пока мог считаться единственным моим другом в этой школе.

– Только ради тебя, – улыбнувшись Томми, сказала я. – Правда или действие, Моника?

Моника выбрала действие, я не стала мудрить и пожелала увидеть танец. Задание рассмешило всех, даже Монику. Одноклассница выплясывала под битбокс Дилана, кружилась возле парней, не забывая то и дело приближаться к Томми и бросать на него томные взгляды. Тот в свою очередь настороженно отстранялся, а я… я впервые за вечер улыбнулась.

Все было так странно. Казалось, что мы все в эту минуту – лучшие друзья. Улыбаемся, дурачимся, шутим… Но на самом деле я не понимала, как Вселенная могла так зло подшутить над нами, собрав всех вместе.

– Теперь я! – азартно воскликнула Моника.

Кому-кому, а ей, похоже, нравилось абсолютно все… Будто не она недавно рыдала из-за Томми, а потом еще раз – из-за требования не приближаться к нему. Жребий Моники пал на Кевина. Еще бы! Он был самым интересным объектом из всех нас. Как и ожидалось, Кевин выбрал действие. Моника не заставила ждать с желанием:

– Поцелуй кого-нибудь!

Я снова закатила глаза – серьезно? Опять? Но когда Моника добавила «Можно даже парня» и ехидно улыбнулась при этом, я покраснела и даже прикрыла лицо ладонью. В голове сразу промелькнула картинка: Кевин целует сначала Дилана, а потом Томми. Щеки залились румянцем.

– Воу, Моника, – хохотнул Дилан, – а ты поднимаешь ставки! Становится все интереснее и интереснее… Но я, простите, откажусь от поцелуев.

– С чего ты взял, что я выберу тебя? – приподнял одну бровь Кевин.

– Извините, – заулыбалась Моника, – мне очень интересно на это взглянуть.

Я не сдержалась, загоготала в голос. Ребята тоже разразились смехом. Посмотреть и правда было любопытно, а с учетом того, что я уже себе напредставляла, тем более.

– Эй, новенькая, – позвал Кевин. Я, все еще по-дурацки улыбаясь, посмотрела на него. – Это будешь ты.

– Чего? – хмыкнула я, до конца не понимая, о чем речь.

В этот момент Кевин приблизился ко мне. Его лицо оказалось в сантиметре от моего, и я машинально задержала дыхание. Кевин взглянул на мои губы и накрыл их своими. Кажется, я забыла, как дышать в тот момент…

Его горячее дыхание обжигало, прикосновения губ были уверенными, но нежными, и я потеряла счет времени. Кевин легко положил руку на мою талию и притянул ближе к себе. По обнаженной коже пробежали мурашки.

Если бы он продолжил так же медленно и плавно целовать меня, я, скорее всего, не удержалась бы и повисла у него на шее, наплевав на зрителей. Но он отстранился. Мне достался лишь мимолетный взгляд его голубых глаз и привкус табака во рту.

* * *

– Болит? – спросила я, выходя на крыльцо хижины и нарушая покой Кевина.

Мы перестали играть в «Правда или действие» после нашего поцелуя. Ребята тоже как-то сразу расхотели продолжать. В сон не клонило, и я с удовольствием вышла на улицу, чтобы подышать воздухом. А еще компания Кевина интересовала меня больше, чем общение со всеми остальными. И хотя находиться рядом стало неловко, я хотела быть рядом с ним.

– Терпимо, – ответил тот, сжав ладонь, которую только что гипнотизировал взглядом.

– Я Сэм, кстати.

На меня Кевин не смотрел, и это раздражало. Он казался таким отстраненным, будто, кроме проблем, ничего не было в его жизни… Что с ним могло произойти? Сынок богатеньких родителей, неприкосновенный гимназист, лидер волков… Железный трон принадлежал ему!

– Приятно познакомиться, Сэм, – сказала я вместо Кевина, потому что поняла: он не ответит. – Я Кевин, но ты ведь и так это знаешь. Как тебе наша школа?

Кевин невольно улыбнулся:

– Странная ты для новенькой. Вечно путаешься под ногами. Ищешь приключения?

– Наоборот! – возмутилась я. – Они сами меня находят.

Снова натянулась звенящая тишина, Кевин замолчал. Он повторял одни и те же движения: сигарета к губам, затяжка, выдох. Дым. И я смотрела на то, как он курит. Не спеша. Задумчиво.

Он был таким спокойным и почему-то казался мне интересным. Какая-то особенная, печальная аура окружала его. Я постоянно ловила себя на мысли, что это раздражает и одновременно рождает желание разобраться, что собой представляет Кевин Харрис. Эмоциональные качели какие-то… И любопытно, и невероятно бесит!

– Ну и чего ты так пялишься?

Я закашлялась от неожиданности. И правда, чего это я? Наверное, сошла с ума, не иначе… Не мог ведь единственный поцелуй так подействовать! Хотя если учесть, сколько раз Кевин вытаскивал меня из передряг… Я была очень благодарна.

– Хочу сказать спасибо, но думаю, стоит ли? – нашлась с ответом. – Ты ведь не нуждаешься в благодарностях.

– Пожалуйста.

Наши взгляды встретились. Но опять ненадолго. Возможно, я надоедала Кевину в эту минуту, но мне было все равно.

Дождь закончился, но на улице все же было прохладно. Я поежилась и погладила себя по плечам, чтобы прогнать мурашки. Кевин бросил на меня очередной взгляд. То, что мы стояли под луной почти голые, его смущало? Интересно, будь он не в одних трусах, предложил бы мне пиджак, как джентльмен?

Я хохотнула этим мыслям. У Кевина Харриса априори не могло быть пиджака. Он школьный-то редко надевал… Все, что он мог предложить, так это толстовку или худи.

– И что тебя так развеселило?

Кевин закурил очередную сигарету. Неужели разволновался из-за меня?

– Ситуация. Все, что с нами произошло, словно сценарий молодежного фильма. Дом