Сверхдержава - Сергей Дедович

Их неуплата так дерзка и так колоссальна, что вся их

Ссора выходит на новый порядок страданий – понятно?»

Я отвечал: «Непонятного мало, всего-то мне нужно

Жизнь показать с двух сторон через квантовый случай отдельный,

Эхо оттенков создать, чтобы каждый читатель достойный

Мог со своей колокольни смотреть, а интрига осталась», —

С радостью мне отвечал Писистрат: «Это верно – как быстро

Ты меня понял и суть изложил так искусно и кратко,

О, я уверен, Бедович, с тобой расцветёт "Современник",

Будет достойной оплата труда, можешь в этом мне верить», —

Я попросил сообщить мне, насколько та будет достойной,

Молвил в ответ Писистрат: «Дай мне сумму», – и сумму назвал я,

Он без малейших раздумий сказал: «Нам подходит», – я молвил:

«Это достойно», – подумав: «Я зря не назвал сумму больше», —

Он мне сказал: «Вот и чудно, тогда начинать можешь завтра,

Первой главы черновик будем ждать, как окончится месяц», —

Я отвечал: «Писистрат, черновик подготовлю, но как мы

Сможем построить работу, когда весь сюжет разовьётся,

Как чистовик создадим, ведь конец на начало влияет», —

Мне Писистрат улыбнулся, и в странной улыбке скользило

Что-то отцовское: «Нет беспокойства об этом, Бедович,

Наши корректоры всё на лету сопоставят, до блеска

Всё доведут, от тебя нужен только раз в месяц, стабильно

Текст черновой», – я на это хотел ему молвить сначала

«Так не работаю», только, подумав, озвучил догадку:

«Книга ведь будет с другою фамилией автора, верно?» —

Так отвечал Писистрат мне: «О, авторство – это святое,

Автор себя не продаст, это мы понимаем и платим

Только за текст, не за имя его на обложке», – и чудно —

Так я подумал, уж коль наконец повернулась Фортуна

Милым лицом, приведя меня в авторы-негры за деньги

Очень достойные, нужные сверх всякой меры, так что же

Буду стыдиться, раз именем не отвечаю за книгу,

Если хотят черновик, так его и получат – я молвил:

«Пусть будет так, что ещё мне знать должно?» – и рёк Писистрат мне:

«Сказано всё, и я рад, что ты с нами, о славный Бедович,

Ныне в разгаре июль, мы его засчитаем как полный

Месяц», – я молвил: «А что с именами – могу ли я людям,

Фирмам, структурам и прочим их вымыслить, как пожелаю?» —

Молвил в ответ Писистрат: «Это сколько угодно, ты пишешь

Книгу художеств больших, а уж мы разберёмся по ходу», —

Это звучало тревожаще, неоднозначно, однако

Я от себя это скрыл, чтоб беседу от лишних вопросов

Нашу сберечь – ведь работа была до зарезу нужна мне,

Молвил лишь: «Где подписать?» – Писитрат улыбнулся: «За дверью

Встретит тебя Иордания с этим – остались вопросы?» —

Тут я не смог удержаться: «А что за трёхглавая птица?» —

Бережно мне Писистрат улыбнулся и снежно-жемчужно,

Было ответом его: «Птица счастья», – но я не унялся:

«Счастье так ценно, но всё же зачем она здесь и откуда?» —

Мне отвечал Писистрат: «Не всё сразу, Бедович – терпенье», —

Шесть или восемь секунд тишина нас ласкала блаженством,

Я собирался проститься, но тут Писистрат спохватился:

«Чуть не забыл кое-что!» – умогласно я молвил: «Конечно», —

Он же добавил: «Никто в целом мире не должен о нашем

Деле совместном узнать, что в контракте прописано также,

Ты, я уверен, меня понимаешь, Бедович», – и что же

Там не понять, с Писистратом мы встали и руки пожали,

Выйдя, я снова прелестную встретил ичарку, немедля

В залу для переговоров ушли мы, и там предложила

Толстый контракт Иордания мне, я читал его долго,

Дева смиренно ждала и глядела на ясное небо,

Текст говорил мне о том, что уже обсудили, и было

Сказано в нём, что лишь только в одном экземпляре быть должен

Выпущен сей документ и он будет лежать в этой башне,

Подпись оставив, контракт я вернул, а взамен мне закрытый

Белый конверт Иордания выдала, с ней я простился

Нежно и, башню покинув, ушёл восвояси, в квартиру

Арчета, где рассказал, свой восторг укрывая, о том, как

Снова не взяли меня на работу, и мы покурили, и он мне посострадал, мы вернулись к делам повседневным – Арчет к своей журналистике, я – к чатам Чтива с РД, однако аванс от «Современника» не заставил себя долго ждать, и я тайно принялся за работу – в конверте, данном мне Иорданией, я обнаружил такой документ:

Техническое задание

Создать главу художественного романа, взяв за основу следующие прототипы:

Лидер оппозиции страны России Алексей Нахальный.

Президент страны Беларуси Александр Лукошейко.

Популярный актёр страны России Михаил Ехремов.

Все три персонажа были мне знакомы, однако, когда я начал работу, задача, поначалу казавшаяся элементарной, довольно скоро представилась мне непосильной: я не понимал, с чего начать, причиной тому было моё полное незнание актуальной повестки, и мне пришлось звать на помощь Арчета, я сказал ему, что теперь интересуюсь новостями, и попросил отгрузить мне ссылок на все основные локальные, федеральные и мировые СМИ, Арчет выдал мне увесистую пачку, конец недели я потратил на изучение материалов, за выходные отдохнул и собрался с мыслями, а в понедельник набросал синопсис романа, а потом и текст первой главы, которую должен был написать до конца месяца.

Теперь каждую первую часть дня я занимался делами Чтива и РД, а после обеда писал художественный роман «Сверхдержава», действие которого разворачивалось на планете БДСМ – это такая планета, где большинство людей хотят быть либо господами, либо рабами, а те немногие, кто не хочет быть ни теми не другими, пытаются выжить между этих двух жерновов.

На планете БДСМ свирепствует главвирус (так я назвал царь-вирус), у власти много лет президент Казимир Сутин (так я назвал Паутина), чем крайне недовольна оппозиция во главе с Алексеем Нормальным (так я назвал Алексея Нахального), которому необходимо было посвятить одну из трёх главных сюжетных линий – я не стал мелочиться и при таинственных обстоятельствах отравил Алексея Нормального ядом «Салага».

В Белорусской части планеты БДСМ тем временем стартует волна митингов против власти президента Ракошейко (так я назвал Лукошейко), к чему приковано внимание телезрителей наряду с судебным разбирательством по делу Рефренова (так я назвал Ехремова), известного актёра, который, будучи пьяным за рулём, насмерть сбил пешехода.

Полицейские на планете БДСМ по таинственным причинам оказываются более восприимчивы к главвирусу, чем гражданские – заразившись им, они начинают плавно выходить из-под контроля,