Доспехи света - Кен Фоллетт
Сьюзен и Сэл были среди немногих женщин в зале. Часто говорили, что политику следует оставить мужчинам, и некоторые женщины в это верили или делали вид, что верят.
Среди публики была группа молодых людей, которых Сэл видела слоняющимися у таверны «Бойня», что у реки. Она прошептала Джарджу:
— Мне не нравится вид этих парней.
— Я их знаю, — сказал Джардж. — Мунго Лэндсман, Роб Эпплъярд, Нэт Хэммонд — за ними глаз да глаз нужен.
Сэл и Джардж сели в первом ряду с Мидуинтером и преподобным Смоллом. Минуту спустя Спейд встал и подошел к трибуне. По залу прошел ропот удивления. Спейд был умен, все знали, и он читал газеты, но все же он был всего лишь ткачом.
Он поднял экземпляр «Доводов в пользу довольства, обращенных к трудящейся части британского общества».
— Нам следует внимательно прислушаться к тому, что говорит мистер Пейли, — начал он. — Он очень мудр в том, как нам следует вести наши дела здесь, на западе Англии, потому что он архидьякон… Карлайла.
По залу прокатился смешок. Карлайл находился на границе с Шотландией, примерно в трехстах милях от Кингсбриджа.
Он продолжал в том же духе. Сэл пролистала брошюру Пейли и знала, что та содержит напыщенные и снисходительные замечания о трудящихся. Спейд с непроницаемым лицом зачитывал худшие из них, и с каждой цитатой смех становился все громче. Он начал играть на публику, делая вид, что озадачен и оскорблен ее реакцией, что смешило их еще больше. Даже тори веселились, и не было ни враждебности, ни выкриков. Мидуинтер прошептал Сэл:
— Все идет хорошо.
Спейд сел под аплодисменты и одобрительные возгласы, и Мидуинтер представил преподобного Смолла.
Пейли был философом, также как и Смолл, и подход Смолла был сугубо академическим. Он не упоминал ни Французскую революцию, ни британский парламент. Его аргументы касались права на власть. Короли, признавал он, избираются Богом, но так же избираются и герцоги, и банкиры, и лавочники, и никто из них не совершенен, так что никто не правит по божественному праву. Публика начала беспокоиться, ерзать и переговариваться. Сэл была разочарована, но, по крайней мере, Смолл не сказал ничего подстрекательского.
Внезапно кто-то вскочил и закричал:
— Боже, храни короля!
Это был Мунго Лэндсман, увидела Сэл.
— О, черт, — сказала она.
Несколько мужчин в зале сделали то же самое, встали и закричали «Боже, храни короля!», а затем сели.
Это была компания из «Бойни», отметила Сэл, но их, казалось, было больше, чем трое, которых назвал Джардж. Ее охватило смятение. Что происходит? Смолл не говорил ничего конкретного о короле Георге, так что его речь вряд ли могла их воспламенить. Неужели они планировали это сделать независимо от того, что будет сказано? Зачем им приходить, чтобы просто сорвать собрание?
Смолл продолжал свою речь, но вскоре его снова прервали.
— Предатель! — крикнул кто-то, затем: — Республиканец! — и: — Уравнитель!
Сэл обернулась на своем месте.
— Вы не можете знать, кто он, если не слушаете его! — сердито крикнула она.
— Шлюха! — крикнули они, а затем последовало — Папистка! Проваливай во Францию!
Джардж встал и медленно прошел в заднюю часть зала, поближе к крикунам. К нему присоединился его друг Джек Кэмп, который был еще крупнее. Они не заговорили с смутьянами, а встали, скрестив руки на груди, и смотрели вперед.
— Это нехорошо, Сэл, — пробормотал Мидуинтер. — Может, нам стоит сейчас же закрыть собрание.
Сэл была встревожена.
— Нет, — сказала она, хотя и беспокоилась. — Это будет означать, что мы им уступили.
— Может быть и худший исход.
Сэл чувствовала, что он, возможно, прав, но не могла смириться с поражением.
Смолл продолжал, но недолго. Крики возобновились, и Сэл сказала:
— Такое чувство, будто они на самом деле ищут драки!
— Уверен, это все было подстроено заранее, — сказал Мидуинтер. — Кто-то твердо решил дискредитировать общество.
У Сэл возникло тошнотворное чувство, что он прав. Парни из «Бойни» не реагировали на сказанное, они следовали заранее определенному плану.
«И Риддик знал об этом, — поняла она, — вот почему он пришел с ополчением. Это заговор».
Но кто его спланировал? Люди, правившие городом, не одобряли общество, но неужели они действительно попытались бы устроить бунт?
— Но кто мог это сделать? — спросила она.
— Испуганный человек, — ответил Мидуинтер.
Сэл не поняла, что он имел в виду.
Люди, сидевшие рядом с крикунами, начали вставать и отходить, без сомнения, опасаясь того, что может произойти дальше.
Преподобный Смолл бросил свою лекцию и сел.
Мидуинтер встал и громко сказал:
— А сейчас у нас будет короткий перерыв, а через четверть часа начнется обсуждение.
Сэл надеялась, что это всех успокоит, но, к своему отчаянию, увидела, что ничего не изменилось. Люди начали бросаться к дверям. Сэл не сводила глаз с толпы из «Бойни». Они оставались на своих местах, довольные вызванной ими паникой.
Сэл увидела, как убегающая женщина наткнулась на Мунго Лэндсмана. Тот пошатнулся, а затем ударил ее по лицу. Из ее носа брызнула кровь. Тут же Джардж ударил Мунго. В мгновение ока уже полдюжины человек дрались.
Сэл с удовольствием уложила бы на пол нескольких из этих смутьянов, но удержалась от соблазна. Где шериф Дойл? Мгновение спустя после того, как этот вопрос пришел ей в голову, она увидела, как Дойл входит через дальнюю дверь. Почему он выходил? Ответ пришел секундой позже. За ним вошел Уилл Риддик с ополчением. Солдаты вместе с констеблем Дэвидсоном начали разнимать дерущихся, арестовывать людей, связывать их и укладывать на пол. Увидев это, большинство драчунов забыли о своих обидах и разбежались.
— Я прослежу, чтобы они арестовали этих головорезов из «Бойни», — сказала Сэл. Она решительно направилась к солдатам.
Уилл Риддик встал у нее на пути.
— Не лезь в это, Сэл Клитроу, — сказал он. С ехидной усмешкой он добавил — Не хочу, чтобы ты пострадала.
— Поскольку вы были снаружи, вы не можете знать, кто это начал, но я могу вам сказать, — сказала Сэл.
— Приберегите это для судей, — ответил Риддик.
— Но вы и есть судья. Разве вы не хотите знать?
