Дела домашние - Ульяна Каршева
И тут же улыбнулась вспомнив, как на прошлой неделе уже ругалась с Понцерусом, что грузят Колина слишком уж по-взрослому: мальчишке-оборотню, несмотря на его неожиданные таланты, ведь ещё и с подружкой побегать-пообщаться надо, подвигаться хорошенько! А они готовы его запереть в своём домике, усадить за стол и забыть, что перед ними подросток! Счастье, что Колр помог, благо ругань с учёными эльфами проходила в гостевом кабинете. Чёрный дракон напомнил, что у него тоже есть расписание, которое Колин почему-то чуть ли не игнорирует. Скрепя сердце философы начали отпускать мальчишку-оборотня, устраивая ему перерывы не только на время завтраков и прочего в Тёплой Норе.
«Колин, отпросись у Трисмегиста, — велела Селена. — Ты мне нужен на пейнтбольном поле!»
В чём она была уверена — так это в том, что эльф-философ легко отпустит мальчишку-оборотня, если в просьбе прозвучит её имя. А если не захочет… Она представила, что и сама начинает рычать не мягче Сири…
Но Колин неожиданно ответил:
«Селена, мне отпрашиваться не надо. Понцерус уехал в пригородную школу взять кое-какие книги для меня. А Трисмегист сидит у Крисанто. Я в мансарде. Сейчас буду».
Пока Колин бежал на поле, а малолетние бандиты по неизвестно какому кругу уже мчались мимо их скамьи, Ирма начала приходить в себя. Во всяком случае щёки и нос её порозовели, хотя Селена и подозревала, что в этом случае помог прохладный воздух. Завидя бегущего к ним мальчишку-оборотня, она осторожно спросила волчишку:
— Ирма, может, сегодня не стоит играть с командой Розы?
И услышала в ответ заносчивое шмыганье:
— Вот ещё! Она тогда совсем нос задерёт!
Колин плюхнулся на скамью, разглядел сестрёнку и пересел так, чтобы она оказалась на его коленях — и внутри его личного магического пространства. Немедленно разблокировал магию, привычно для знающих полыхнувшую яркой вспышкой…
Уходя с поля, Селена лишь раз оглянулась, чтобы увидеть ошеломлённое лицо Орнеллы, доехавшей до той скамьи и окаменевшей перед братом и сестрой, оборотнями. В основном изучающий, обалдевающий по мере изучения взгляд девочки-эльфа застыл на личном пространстве Колина, который доброжелательно улыбнулся ей. Что было далее, хозяйка места не стала узнавать, а ушла с поля со спокойной душой.
…Коннор одним махом преодолел лестницу на второй этаж деревенской школы — в комнату Крисанто. Возле двери замер на полушаге. Поисковая магия предупредила, что в помещении два существа. Просканировав их, Коннор усмехнулся: мог бы и без поисковой магии сообразить. Трисмегист — второй… И снова усмехнулся: услышь его эльф, поправил бы: первый! Мальчишка-некромант вежливо стукнул в дверь и открыл её.
— Доброе утро. Не помешаю? — спросил он, не обращая внимания на взрослого эльфа, но в упор глядя на Крисанто.
— Заходи, — буркнул тот.
Новичок полусидел на кровати, опираясь на подушки. И что-то почудилось мальчишке-некроманту, что эльфу-подростку не нравится посещение Трисмегиста. А тот… ну что сказать: бессовестный — он и есть бессовестный. Сидит довольный, будто Тиграша, поймавшая толстую мышь.
— Ищете нового ученика, Трисмегист? — хмыкнул Коннор, присаживаясь рядом с ним, сидевшим тоже на стуле — напротив Крисанто.
Мальчишка-эльф вскинул на него брови, и Коннор объяснил:
— Трисмегист выбирает себе самых интересных учеников. Среди них мой брат, например. Мальчик-некромаг Эден, с которым тебя познакомила Ирма.
Крисанто что-то проворчал. Среди этого невнятного ворчания с трудом разобралось только имя волчишки.
— А ты, Коннор? — тоже насмешливо спросил взрослый эльф. — Зачем ты здесь?
— Проведать хотел, — пожал плечами мальчишка-некромант. — Если вы считаете, что я не вовремя, могу… удалиться.
— И всё же? — настаивал Трисмегист.
— Мне стало интересно взглянуть на эльфа с выгоранием магии.
Сидевший, слегка склонившись в сторону кровати с Крисанто, который насторожился после слов мальчишки-некроманта, эльф выпрямился.
— Ты прочёл мою книгу?
— Да. Правда, у меня подозрение, что у Крисанто это не выгорание.
— И что же?
— Мне кажется, всё дело в той пентаграмме.
— Вы обсуждаете меня, как вещь! — не выдержал обозлившийся Крисанто.
— Моё посещение затянулось. Пожалуй, я выйду, — поднялся со стула Трисмегист, а когда пошёл к двери, не оборачиваясь, спросил вполголоса: — Ты узнал… его?
— Возможно.
Когда дверь закрылась, Крисанто поспешно прошептал:
— Он всегда такой настойчивый?
— Он жаден до учеников, — спокойно ответил Коннор. — Если видит, что будущий ученик обладает чем-то любопытным для него.
— И чем ты был для него любопытным? — резко спросил мальчишка-эльф.
— Ты о том времени? Уже тогда я был сильным некромантом. Поэтому он согласился сделать из меня… нечто со многими функциями.
— Я бы ненавидел его за это… всегда! — процедил сквозь зубы Крисанто.
— Я и ненавидел, — согласился Коннор. — Правда, мне потом втолковали, что… если бы не он, в пригороде погибли бы существа, которые были беспомощны перед живыми машинами. Пришлось принять его существование.
Крисанто вдруг облизал пересохшие губы.
— А я бы его всё равно ненавидел. Расскажи мне о том, как ты жил в пригороде. О тех, кого защищал. Расскажи так, чтобы и я принял его существование… Он сейчас сидел передо мной. Эльф. А я видел в нём вампира. Больдо. Я смотрел на его тонкие пальцы — и мечтал переломать их… чему ты… улыбаешься?
Слушавший его вполуха мальчишка-некромант ещё подумал: что чувствует сейчас Трисмегист, стоявший у двери?.. Нисколько не жаль его. Сам решился подслушивать… Затем, отогнав от себя воспоминание о вчерашнем «допросе с пристрастием», Коннор сумел ответить так, чтобы Крисанто ничего не заподозрил:
— У меня иногда бывает состояние… берсерка. Это что-то близкое к боевому безумию. Когда ничего не соображаешь и видишь только врага, которого надо уничтожить. Когда ты сказал, что хочешь переломать ему пальцы, я вспомнил одно существо, которому я в состоянии берсерка как раз и сделал это. Он тоже собирался держать в пальцах скальпель — с пренебрежением к беспомощной перед ним жизни… Но к нашему разговору это не относится… Что ж… — Коннор взглянул в окно. — Хочешь услышать, что было со мной? Меня превращали в киборга, держа в постоянном сне. Когда проснулся, объяснили, что меня хотят продать тогдашнему правительству Города Утренней Зари. Врали, чтобы я не рыпался. Вышел я из лаборатории в сопровождении вампиров. На улице ждала машина с боевыми магами сопровождения. Всего несколько
