Легенда о Фэй. Том 1 - Priest P大
К тому же внешность слабой на вид У Чучу действительно обезоруживала: какую бы гнусную цель ни преследовали эти негодяи, наткнувшись на столь беззащитное создание, они потеряли бы всякую бдительность. Отличный момент, чтобы нанести удар.
– У тебя при себе есть что-то особенное? – спросила Чжоу Фэй.
Получив в ответ лишь растерянный взгляд, она мысленно вздохнула, почувствовав, что они с У Чучу в одинаковом положении. Чэньфэй не посвящал ее в подробности своей задачи и не рассказывал, зачем на самом деле сопровождает семью генерала, а госпожа У явно не делилась тайнами со своей изнеженной дочерью.
– Ладно, забудь.
Быстро сняв с убитого одежду, Чжоу Фэй натянула ее на себя. Она, конечно, была худенькой, но, вопреки насмешкам Се Юня, никак не «вдвое ниже» него. Костюм висел мешковато, однако, если подоткнуть да затянуть потуже, выглядел вполне сносно. Чжоу Фэй продолжила рыться в вещах убитого и обнаружила меч, маленький кинжал, именную бирку и всякое бесполезное барахло. По весу и размеру клинок пришелся ей в самый раз: хотя она привыкла к более узкому лезвию, оружие все равно отлично лежало в руке. На бирке с лицевой стороны красовалось созвездие Северного Ковша, а с тыльной – надпись «Луцунь 3».
– Луцунь…
Чжоу Фэй повторила про себя это слово несколько раз, пока оно основательно не врезалось ей в память, затем затащила тело убитого за угол, прикрыв грудами развалившихся корзин и камней, и, повернувшись к своей благородной напарнице, спросила:
– Ты мне доверяешь?
У барышни У все равно не оставалось выбора, и она поспешно кивнула.
– Тогда считай до ста… нет, лучше до двухсот, – поправила себя Чжоу Фэй. – И жди, пока я не вернусь.
Девушка, сразу видно, распереживалась – иначе и быть не могло. Беззащитная, не способная даже курицу одолеть, она стала бы легкой добычей даже для бродячей собаки. А вокруг рыскали хладнокровные убийцы. И все, что ей оставалось, – свернуться клубком в этой старой корзине и ждать свою спасительницу в мрачном переулке рядом с еще теплым трупом.
Едва закончив фразу, Чжоу Фэй сама поняла, как нелепо звучала ее просьба – для столь изнеженной барышни задача была непосильной. Она уже собралась что-то добавить напоследок, но У Чучу, несмотря на дрожь во всем теле, с глазами, полными смятения и страха, твердо кивнула:
– Хорошо. Иди.
Чжоу Фэй пристально посмотрела на нее еще раз и подумала, что эта хрупкая благородная барышня куда сильнее, чем могло показаться. Ей самой на месте У Чучу, вероятно, решимости не хватило бы. Чжоу Фэй оставила в корзине кинжал, взяла горсть желтой земли, растерла ее в мелкую пыль и тщательно вымазала себе лицо, шею и кисти рук – те части тела, которые виднелись из-под одежды. Закончив с маскировкой, она сказала:
– Не волнуйся. Если обещала, что отведу тебя на заставу, значит, точно отведу. Даже если умру, мой дух вернется и непременно найдет тебя.
Резко развернувшись, она выскочила из переулка.
У Чучу притаилась в корзине, которая стала куда более просторной после ухода «разбойницы», закрыла ее крышкой и придержала двумя пальцами изнутри, как это делала Чжоу Фэй. Лицом девушка уткнулась в согнутые колени. Внизу живота вновь проснулась знакомая ноющая боль, от которой ее время от времени пробирала мелкая дрожь. Она послушно считала до двухсот, и эти мгновения казались ей вечностью.
«Один, два, три…»
Ей вспомнились родители и младший брат, которые покинули этот мир, оставив ее совсем одну, без дома, без семьи… У Чучу не смогла сдержать слез, но в голос плакать не осмелилась, лишь позволила соленым каплям тихо стекать по щекам. Дождавшись, когда они упадут, барышня У продолжила считать… С того места, на котором остановилась.
«…Сто девяносто три, сто девяносто четыре…»
Послышались шаги.
Кто это?
Слышала У Чучу далеко не так чутко, как совершенствовавшаяся с пеленок Чжоу Фэй. Шорохи ей удалось различить, только когда незнакомец был уже совсем рядом. У нее перехватило дыхание. Пальцы, вцепившиеся в крышку корзины, онемели от напряжения, в другой руке она сжимала кинжал.
– Это я, – раздался тихий голос.
У Чучу сразу же почувствовала облегчение, на лице ее даже промелькнула улыбка, но предательские слезы тут же вновь хлынули из глаз.
Чжоу Фэй открыла корзину и швырнула барышне У смятое черное одеяние:
– Содрала с мертвеца. Придется немного потерпеть. Одевайся, мы уходим.
– Куда? – спросила У Чучу.
– В их логово.
– Я… я совсем на них не похожа, – прошептала девушка, неловко натягивая мужскую одежду и застенчиво прикрывая грудь.
Истинная красота – это прежде всего манеры и внутреннее изящество, затем осанка и утонченные черты лица и только в последнюю очередь – изысканный наряд. Одного мимолетного взгляда на У Чучу хватило бы, чтобы понять: эта девушка – из хорошей семьи и воспитана должным образом. От нее так и веяло благородством – хоть в грязи ее вываляй с ног до головы в попытке превратить в уличную попрошайку, истинная красота все равно проступит наружу.
– Похожа или нет – ничего не поделаешь, – равнодушно ответила Чжоу Фэй, подбрасывая в руке еще одну бирку, на которой У Чучу заметила надпись «Таньлан 1». – Просто измажь лицо грязью, чтобы не бросалось в глаза.
У Чучу послушно последовала ее совету и вымазала лицо и руки в саже, но сомнения все же не покидали ее. Не в силах понять замысел Чжоу Фэй, она не выдержала и спросила:
– Как мы проникнем в их ряды? Если они присмотрятся, точно нас разоблачат.
– Мы не будем проникать, – Чжоу Фэй подхватила У Чучу сзади за талию и помчалась куда-то вместе с ней – та даже опомниться не успела. За пару дней барышня У привыкла, что ее невольная спутница вечно носится повсюду, перепрыгивая со стены на стену, с крыши на крышу, а потому лишь судорожно сглотнула от испуга, не издав ни звука.
– Мы прорвемся силой, – прошептала Чжоу Фэй прямо ей в ухо.
Уже начинало темнеть. В черных одеждах издалека они совсем не отличались от других, рыщущих повсюду «теней», но У Чучу все равно трясло от страха. Она взглянула на спокойное лицо Чжоу Фэй и с удивлением подумала, что сердце этой девушки настолько большое и храброе, что ей хватит духу свернуть даже горы.
Чжоу Фэй старалась бесшумно красться по боковым улочкам и
