Убийца Шарпа - Бернард Корнуэлл
— Надеюсь, они знают, что мы идем, майор. Я на это и рассчитываю.
— Боже правый, Шарп, но наше появление должно быть для них неожиданным!
— Мы их удивим, майор, не беспокойтесь.
— Шарп... — начал было Винсент, но замолчал, когда Шарп поднял руку.
— Я не могу пробить их стены, майор, — сказал Шарп. — И у меня нет времени сколачивать лестницы, из-за которых нас, скорее всего, перебьют. Поэтому мне придется пойти на хитрость. Я должен заставить их думать совсем не о том.
Он упрямо отказался говорить больше. Главным образом потому, что сам еще до конца не понимал, как обвести вокруг пальца врага, который наверняка их поджидает.
К Аму они подошли во второй половине дня и остановились в паре миль от города. Там была большая ферма с просторным каменным амбаром, где мог укрыться весь батальон. Шарп заплатил фермеру французскими монетами и пообещал, что ни ферма, ни ее обитатели, ни скот не пострадают. Мужчина остался доволен платой и, казалось, проявил странное отсутствие любопытства к тому, что привело британских солдат в его владения.
— Но я уверен, что он пошлет весточку в цитадель, — заметил Шарп.
— Значит, нужно штурмовать как можно скорее, — отозвался Винсент.
— Мы не будем штурмовать эту чертову дыру, не взглянув на нее прежде, — отрезал Шарп.
— Пойдемте вдвоем, — предложил Винсент. — Мой мундир синий, а ваш зеленый. А на вашем коне надет вражеский вальтрап. Проблема только в вашем варварском французском.
— Варварском, майор? — Шарп не уверен, что уловил смысл этого слова, но по тону понял, что это отнюдь не комплимент.
— Если кто спросит, — перешел на французский Винсент, — говорите, что вы офицер из Сент-Хелиера. Это объяснит ваш жуткий акцент.
— Сент-Хелиер?
— Городок на острове Джерси, полковник, это один из Нормандских островов. Были люди с тех островов, что шли добровольцами во французскую армию. Немного, но были. Большинство, конечно, сражалось за нас.
— А ваш французский, майор?
— Моя мать француженка, храни ее Господь. Я вырос, говоря на обоих языках. Мы прикинемся французскими офицерами. Я буду полковником Вийоном, а вы?
— Лассан, — ответил Шарп, назвав фамилию Люсиль.
— Капитан Лассан, — поправил Винсент. — Ну что, идем?
— Капитан? — усмехнулся Шарп. Его позабавило, что Винсент выбрал для него чин пониже.
— Пока что, — с улыбкой ответил Винсент, наблюдая, как Шарп вытягивает из вещей плащ. — Замерзли, Шарп?
Шарп не ответил, лишь встряхнул тяжелую ткань. Плащ был сшит из темно-синего сукна на подкладке из алого шелка. На воротнике золотыми нитями были вышиты пчелы и литера «N».
— Не уверен, что простой капитан стал бы такое носить, — проговорил Шарп, — но раз уж мне сегодня суждено быть французом... пусть будет так. — Он набросил плащ на плечи и застегнул на шее изящную золотую цепочку.
— Боже правый, — выдохнул Винсент, — это же плащ офицера Императорской Гвардии!
— Когда-то плащ принадлежал одному из них. Но он погиб в России.
— И каким образом он достался вам?
— Его жена отдала его мне, сэр.
— А, та самая виконтесса?
— Та самая, — отрезал Шарп, не желая удовлетворять явное любопытство Винсента.
— Герцог рассказывал мне о ней, — не унимался майор. — Он утверждает, что она самое лучшее доказательство вашей дьявольской удачи.
— Так и есть, — бросил Шарп и поднялся в седло. Плащ был подарком Люсиль накануне битвы, и мысли о ней больно кольнули сердце. — Едем, майор?
Шарп оставил за старшего капитана Прайса, строго приказав, чтобы люди не высовывались из амбара. Исключение составляли лишь пикеты, выставленные у дороги.
— Бог знает, сколько нас не будет, Гарри, но мы вернемся.
В сгущающихся сумерках Шарп и Винсент проехали по фермерской тропе и выбрались на дорогу, ведущую в Ам. Тот оказался скорее большим селом, нежели городом. На юге всходила полная луна, освещая маленькие домики и большую церковь. В окнах горел свет, но улицы были пусты. Услышав цокот копыт, люди выглядывали наружу, но никто не вышел, чтобы окликнуть всадников.
— Не стоит подъезжать слишком близко, — нервно произнес Винсент, по-прежнему говоря по-французски, — ровно настолько, чтобы вы могли разглядеть подходы к крепости.
— Я и отсюда вижу достаточно, — мрачно отозвался Шарп. Впереди, чернея на фоне ночного неба, над крышами домов высилась исполинская круглая башня. Подъехав ближе, Шарп увидел, что она венчает угол циклопических стен. — Господи, майор! Да это же чертов замок!
— Единственный подход к нему только с этой стороны, — сказал Винсент, которого, казалось, ничуть не впечатлили массивные бастионы. — С той стороны протекает река.
— Боже всемогущий, — выдохнул Шарп. — Чтобы пробиться внутрь, нам понадобятся осадные орудия!
— Будем надеяться, что они просто сдадутся, — ответил Винсент, сворачивая в перелесок, окаймлявший широкое травянистое поле перед крепостью. — Когда-то всё это было частью оборонительной системы, — он указал на остатки широкого рва и обломки стен. — Вобан возвел здесь новые внешние укрепления. Гласис[9], равелины[10], рвы. Всё как положено, но их срыли. Остался только сам замок.
— Проклятое место, — угрюмо буркнул Шарп. Гласис, построенный больше века назад, теперь казался лишь невысокой грядой на поросшем травой пустыре, а пологая ложбина перед ним отмечала место, где когда-то был внешний ров. За остатками гласиса виднелись каменные стены высотой по пояс. Через них тропа вела к треугольному бастиону, который изначально прикрывал огромную квадратную башню с главными воротами. Когда-то бастион был куда выше, но и сейчас он надежно скрывал от Шарпа въезд в замок.
Ричард уже слышал шум реки и видел сквозь просветы в деревьях поблескивающую под луной воду. Цитадель была встроена в излучину, защищавшую ее южные и западные стены, а они с Винсентом ехали вдоль восточной стороны, где возвышался главный вход. До замка, в котором не горело ни единого огонька, было больше двухсот шагов. Луна светила ему в спину, отчего каменные стены казались еще темнее и неприступнее.
— Я успею состариться и помереть, прежде чем возьму эту крепость, — заметил Шарп.
— Герцог в вас верит, Шарп, — с усмешкой отозвался Винсент.
Они придержали коней в роще у реки. Оба спешились и уставились на величественный замок.
— Думаю, для начала
