Бурлак - Мансур Аязович Гилязов

Демьян Потапыч. Я тоже ни разу не видел. А вот бурлаки видят. По нескольку раз в год они видят на этом небе миражи. Все об этом говорят. Если бы ты знал, как мне хочется увидеть на этом сером небе цветной мираж.

Габдулла. Странный вы человек, Демьян Потапыч. Вы совсем не похожи на купца или промышленника… Можно мне осмотреть вашу баржу? Вашу «Фиалку»?..

Демьян Потапыч. Осматривай, Габдулла, конечно же осматривай… Скоро её начнут грузить. Товары для Казани. Очень важные товары…

Габдулла. Не кажется ли вам, Демьян Потапыч, что «Фиалка» слишком старая?

Демьян Потапыч. Если бурлаки не дойдут, ты выиграешь, Габдулла!

Габдулла направляется в сторону баржи, долго осматривает её со всех сторон, затем по трапу поднимается на неё и исчезает. Демьян Потапыч допивает водку и запевает заунывную бурлацкую песню. Поёт всего лишь первый куплет.

КАРТИНА ВТОРАЯ

СВАДЬБА

Берег Волги недалеко от астраханской пристани. Первый день октября. На берегу расположен длинный стол, грубо сколоченный из необтёсанных досок. На столе большие бутыли с водкой, незамысловатая закуска. Возле стола находятся Гаяз, Гайша, Кабан, Буран, Хабибрахман, Олан, Сибай и Туксан. Гайша – единственная среди бурлаков женщина. Она свежа и красива. В её манере одеваться и поведении присутствует что-то цыганское, хотя говорит она на чистом татарском языке. На груди у Туксана висит какой-то свёрток. Он очень бережно придерживает его. Видимо, это книга, завёрнутая в непромокаемую бумагу. Здесь также находятся несколько молчаливых бурлаков. Позади, на реке виднеется зелёная баржа «Фиалка». Вокруг летают чайки. Все наливают в кружки водку, выпивают.

– Ну, бурлачище, за тебя!

– За вашу свадьбу!..

Хабибрахман сильно пьян, держит в руках бутылку водки, то и дело отпивает из неё. Он всё время что-то бормочет, но разобрать его речь невозможно.

Туксан. Что говорит этот полоумный, Гайша? На всей Волге ты одна его слова различаешь.

Гайша. Он говорит – ох и хороша свадьба! Весело ему, Туксан-бабай[2], жуть как весело!

Кабан. А я слышал, что на настоящую свадьбу нужно обязательно муллу приглашать, чтобы он все нужные молитвы прочитал! Без этого свадьба не считается законной!

Буран. Да!.. На настоящей свадьбе должен быть гармонист, скрипач, кураист! И самое главное – девчонки должны быть! Девчонки!

Кабан. Конечно! А ещё на свадьбе должны быть подарки, игры, танцы! Не свадьба это, не свадьба!

Гайша. Вы что это нашу свадьбу срамите, молокососы? Стол для вас накрыт! На столе есть всё для настоящего праздника! Так что пейте, ешьте, гуляйте и нас не ругайте!

Туксан. Не сердись на них, Гайша. Я, к примеру, почти сто лет на свете прожил, а бывать на свадьбе не приходилось.

Сибай. А вот я на свадьбе бывал! Ничего там особенного нету! Собирается куча людей, напиваются вдосталь водкой, затем начинают друг другу морды бить! Вот и всё веселье! Видел я тех, кто женится, ничего хорошего из этого не получалось.

Туксан. Впервые слышу, чтобы ты, Сибай, супротив Гаяза шёл.

Гаяз. Сибай – мой друг. Не приставай к нему, Туксан-бабай. Пусть говорит, что хочет.

Туксан. Не должны бурлаки жениться, свободными как ветер должны быть. Об этом и в нашей священной книге написано. (Поднимает свёрток с книгой над головой.)

Буран. А ты же читать не умеешь, Туксан-бабай!

Туксан. Даже если и не умею я читать, всё равно – всё, что написано в этой книге – я знаю!

Гаяз. Я не согласен с тобой, Туксан-бабай. Когда-нибудь нужно начинать новую жизнь. И бурлацкие традиции тоже нужно менять. Разве бурлаки не люди? Разве не могут бурлаки жить по-человечески, иметь семью, растить детей? Надо менять жизнь к лучшему! Почему бурлаки не делали этого раньше?.. Почему я не могу жениться на этой женщине, если я люблю её?

Туксан. Красиво говоришь ты, Гаяз. Красиво, да не по-нашему… Не нужно ничего менять в этой жизни. Нужно жить, как заведено нашими предками. Любое нововведение, такова ваша сегодняшняя свадьба, Гаяз, это не к добру… Не к добру это!..

Кабан. Правильно говоришь, Туксан-бабай! Я не собираюсь жениться! Мне свобода дороже!

Буран. Конечно! Зачем нам, бурлакам, хозяйство, будущее?! У нас сегодня праздник, гуляем от души! А девчонок по всей Волге навалом, на всех хватит! Да и детей у нас, на каждой пристани!

Кабан. Хватит вам пустяками голову загружать! Бурлацкий сезон закрыт! Работы в этом году больше не будет! Гуляем до весны!

Все поддерживают слова Кабана, наливают и выпивают.

Буран. Эх, нравится мне бурлацкая жизнь, ребята! Натянул себе лямку на шею и тянешь баржонку по матушке нашей Волге-реке!

Буран запевает протяжную бурлацкую песню. Его поддерживают все присутствующие бурлаки. Во время песни на берегу появляются Демьян Потапыч, Габдулла и Муслим. Муслим несёт ящик водки. Бурлаки затихают.

Туксан. Как нельзя кстати идёте к нам, Демьян Потапыч. Давайте к нашему столу.

Демьян Потапыч. Да вот, прослышал я, что кто-то из бурлаков женится, – не мог пройти мимо такого чуда. Интересно, кто же из вас решился на такое?

Туксан. Это Гаяз наш, человек с большим сердцем.

Муслим ставит ящик водки на стол. Бурлаки открывают бутылки с водкой, разливают по кружкам. Демьян Потапыч наливает себе сам.

Демьян Потапыч. Поздравляю тебя, Гаяз!.. И тебя, Гайша, поздравляю… Свадьба – это дело хорошее. Желаю вам светлого счастья и долгих лет жизни. (Выпивает.)

Туксан. Уж больно ты хорошо по-татарски говоришь, Демьян Потапыч… Сам вроде не наших кровей.

Демьян Потапыч. Разве в крови дело? Воду мы все одну пьём – волжскую, Туксан-бабай!

Гаяз. Спасибо за тёплые слова, Демьян Потапыч! И за поддержку спасибо! (Выпивает водку.)

Демьян Потапыч. Вот, бурлаки, хочу вам представить своего юного друга! Это Габдулла-эфенди[3], купец и фабрикант! Ваших кровей, казанский татарин!.. У нас с Габдулла-эфенди есть к вам одно дело.

Туксан. Говори, хозяин, мы не подведём! За любую работу готовы взяться – погрузить, разгрузить! Сейчас ведь осень, ни черта работы нет!

Все бурлаки загудели в знак одобрения слов Туксана.

Демьян Потапыч. Заранее хочу предупредить вас, братцы, – работа будет нелёгкой, ой какой нелёгкой!

Туксан. Да мы же бурлаки, работы не боимся. Сам же знаешь, хозяин.

Демьян Потапыч. Баржу надо до Казани довести.

Туксан. Какую баржу?

Демьян Потапыч. Мою баржу. Вон ту… На причале стоит. «Фиалка».

Туксан. Ну, это уж весной. До весны