Ткач Кошмаров. Книга 7 - Юрий Розин
Вот тут — впервые за два наших контакта — посредник среагировал. Не лицом. Лицо осталось мёртвым. Но аура дрогнула — коротко, на долю секунды, едва заметным уплотнением в районе солнечного сплетения. Рефлекторное сжатие. Он услышал имя и его организм ответил раньше, чем сознание успело среагировать.
— Конкретный член правящей семьи, — произнёс он ровно. — Это другой уровень.
— Я понимаю.
— Другая цена.
— Назовите.
Он назвал. Сумма, при которой можно было купить поместье в лучшем квартале внешнего города. Или нанять отряд бойцов уровня Появления Жизни. Или содержать среднюю торговую гильдию.
Несколько сотен миллионов звёздных. За тринадцать лет махинаций на Изнанке я заработал сто пятьдесят… м-да. Впрочем, сейчас, благодаря самоцветам, мое состояние по самым скромным оценкам исчислялось миллиардами. Так что у меня даже мысли не мелькнуло торговаться. Не в этот раз. Торг — инструмент, но инструмент, пригодный только когда время стоит дешевле денег.
— Согласен, — сказал я. — Здесь половина.
Мешочек с мировыми самоцветами перекочевал из-за пазухи в его руку. Крупные, идеальной огранки, из лучших партий. Посредник взвесил их на ладони, и на этот раз я заметил второй микросбой: его пальцы задержались на мешочке на полсекунды дольше, чем в прошлый раз. Качество самоцветов его удивило. Впрочем, лицо осталось мёртвым.
— Три дня, — сказал он.
Потом назвал координаты: заброшенный причал на восточной окраине. Встал, развернулся и ушёл, как и в прошлый раз, — пять шагов, и его аура схлопнулась до невидимой точки.
###
Три дня.
Я использовал их так, как привык использовать любое время, — до последней минуты.
Лаборатория. Укрепление. Калибровка стража-отблеска — я провёл серию тестов, имитируя различные сценарии вторжения, и дважды скорректировал параметры защитного кокона. Реакция — четыре десятых секунды от обнаружения угрозы до полного развёртывания. Приемлемо. Не идеально, но приемлемо.
Потом — второй отблеск. Другая специализация: не защита, а эвакуация. Этого я заточил под скорость и грузоподъёмность. В экстренной ситуации он должен был схватить настоящее тело — аккуратно, не повредив, — и утащить по тоннелям. Быстро, но без рывков. Тело было хрупким. Любой удар, любая перегрузка могли повредить то немногое, что от него осталось.
Ну и самоцветы, конечно. Процесс давно был отлажен до автоматизма, но из-за того, сколько мировой ауры нужно было запихнуть в маленький кристаллик, быстро это происходить в принципе не могло.
А на вторую ночь из трёх я сделал то, что откладывал слишком долго.
Глава 22
Стена внутреннего города.
Я должен был увидеть её сам. Не через описания, не через данные разведки, не через чужие слова. Восприятием Аватара, вживую, с близкой дистанции.
Я был рядом и раньше, разумеется. Но тогда мое восприятие, хотя и все еще невероятно острое, оставалось восприятием первого уровня Истребления Смерти. И мне нужно было понять, что мне откроет третий, куда более восприимчивый во всех аспектах.
Аватар вышел из лаборатории на закате. Стена внешнего города — приземистая, невысокая, больше для проформы, чем для обороны. Автоматический контроль на воротах мигнул зеленым, максировка сработала.
Внешний город ночью был словно другой мир по сравнению с окраинами.
Проспекты — широкие, вымощенные ровным камнем, с фонарями через каждые двадцать метров. Кристальный свет, ровный и белый, заливал тротуары. Здания — пять, десять, двадцать этажей, стекло и металл, с подсвеченными вывесками торговых домов и контор. Монорельс скользил по эстакаде на уровне четвёртого этажа, его огни отражались в стёклах, рисуя бегущие полосы. Запах — чище, чем на окраинах. Камень, озон от энергетических контуров и — откуда-то из боковой улицы — жареное мясо.
Людей было немного. Поздний час, рабочие кварталы. Патруль на перекрёстке — трое, уровень Буйства Стихий, скучающие лица. Скользнули по мне равнодушным взглядом.
Я шёл на восток. Ровным, неспешным шагом, не привлекая внимания, не глядя по сторонам. Обычный горожанин, возвращающийся домой. Стена внутреннего города открылась за поворотом, когда я вышел на широкую площадь.
Высотой метров двадцать. Тёмный, почти чёрный камень с металлическим отливом, идеально гладкий, без единого стыка, без единой трещины. Она не выглядела построенной — скорее выращенной, как кристалл, цельной и монолитной. Поверхность поглощала свет фонарей, не отражая ничего.
Я свернул в боковую улицу, нашёл пожарную лестницу, поднялся на крышу шестиэтажного здания в двух кварталах от стены. Встал на краю.
И раскрыл восприятие.
Стена была не просто камнем. Стена была системой — живой, дышащей, пульсирующей энергией, которую я чувствовал физически, как давление на кожу. Внешний слой — камень и металл, да. Но за ним…
Первый контур. Энергетический барьер, настроенный на физическое проникновение. Плотный, монолитный, без единого зазора. Он опоясывал стену непрерывной лентой, от фундамента до верхнего среза, уходя вверх, в небо, закрывая внутренний город куполом, и также в землю на неизвестную глубину. Любой физический объект, пересекающий этот контур без авторизации, — аннигиляция. Не тревога. Уничтожение.
Второй контур. Сканер Потока. Принцип тот же, что в банке, но масштаб… Банковский сканер покрывал несколько этажей. Этот — километры периметра. И чувствительность была другой. Банковский ловил Течение. Этот… Я прикинул параметры и ощутил, как по спине Аватара пробежал холодок. Этот ловил всё. Буквально всё, что несло хоть каплю Потока.
Третий контур. Сканер мировой ауры. Вот это было неожиданно и очень, очень неприятно. Отдельная система, работающая параллельно со сканером Потока, но на другой частоте. Моя главная маскировка — мировая аура, которую обычные сканеры не видели, — здесь стала бы лишь ещё одной причиной для тревоги.
Четвёртый контур. Я не сразу понял, что это. Тонкий, едва уловимый слой, вибрирующий на частоте, которую я раньше не встречал. наНо алитические способности Ананси разобрали его за несколько секунд.
Пространственный стабилизатор. Он блокировал любые попытки телепортации, пространственного свёртывания и перемещения через барьер. Блинк, который спас меня в банке, здесь был бесполезен.
Четыре контура. Четыре слоя, каждый из которых по отдельности превращал стену в непреодолимое препятствие. Вместе — в абсолют.
А над стеной, через каждые триста метров, — наблюдательные посты. Я насчитал шесть в пределах прямой видимости. На каждом — минимум двое практиков. Уровень — позднее Проявление Жизни, не везде на Аватаре Нова, но близко к тому. Каждый из этих наблюдателей в одиночку разнёс бы Жернова со всей его бандой, не вставая с кресла.
Я стоял на крыше, смотрел на стену и чувствовал, как в груди — не в настоящей груди, та лежала в подвале за километры отсюда, а
