Путь одиночки. Книга 10 - Евгений Понарошку
Моя жизненная энергия, казалось, была почти полностью погашена последней атакой. Мощь элементаля была такой, что не спасла даже некротическая форма.
Тело осталось живым только по одной причине — из-за силы божка. Сгустки его энергии сохранили жизнь в теле и во время схватки, и после нее. И только сейчас, наблюдая за происходящим, я осознал, что все это не было случайной удачей.
Когда моё сознание оказалось выбито, энергия божка пришла в движение. За несколько секунд она сама сделала то, что у меня не получалось, несмотря на все попытки. Сгустки равномерно распределились по телу и объединились с плотью.
Это было только началом таинственных процессов. Я увидел, как тело дёрнулось и начало восстанавливаться. Сначала жизнь напитала кости. Потом от них началось постепенное оживление мягких тканей.
Клетки оживали, вновь начиная выполнять свои функции. Сердце забилось, кровь заструилась по венам. Иссохшая омертвевшая плоть невероятным образом возвращалась к жизни.
Но как всё это происходило без моего участия? Ответ на этот вопрос я получил вместе с ощущением чужого сознания, появившегося в теле. Его источник уже был мне знаком.
«Божок жизни из аномалии дикарей, — понял я. — Так и знал, что в энергии всё же остались частицы его сознания».
Это было нечто непостижимое. Божества обладали сумасшедшей живучестью. На моих глазах божок продолжал восстанавливать тело, строя себе новое вместилище.
У меня не было никакого желания вступать с ним в ментальную битву. Особенно, когда тот успел обосноваться в моём теле и занимался процессом его восстановления.
Оставив божка на секунду, я обратил внимание на то, что осталось от элементаля. Перед смертью тот высвободил всю энергию. Теперь в полуразрушенной костяной тюрьме остался лишь его скелет из причудливо переплетённых костей и тёмный кристалл. Последний висел в воздухе как маленький провал в абсолютное ничто.
Элемент смерти
Концентрированное проявление стихии
Функции распознавания исправно работали и вне тела. Впрочем, я и без них понимал, что передо мной. Помощник лишь подтвердил мою догадку.
Это была абсолютная смерть. Стоило сконцентрировать на ней своё внимание, как оно будто начинало проваливаться в небытие. Элемент смерти мог поглотить любое проявление жизни, включая разумное сознание.
«У меня как раз есть, куда эту штуку приспособить», — подумал я.
Я посмотрел на тело, которое скоро должно было полностью восстановиться. С каждой секундой ощущение присутствия чужого разума в нём усиливалось. Вместе с восстановлением плоти все больше ощущалось ментальное присутствие божка. Словно его сущность выбиралась в реальность из какого-то потайного места.
Нужно было действовать. Чтоб «взять» элемент смерти, я использовал некротическую энергию. Несколько раз чуть не провалившись в него сознанием, наконец смог пододвинуть его к телу.
«Эй, где ты там? — произнёс я. — Ну-ка вылазь, у меня есть для тебя сюрприз».
Тут же пришло знакомое ощущение отвратительной твари жизни, которую представлял из себя божок. Мне оставалось лишь аккуратно поймать его…
* * *
На этот раз я увидел окружающую реальность куда более привычным образом. Ощущение тела после пребывания в бесплотной форме стало настоящим успокоением. Правда, вслед за этим тут же обнаружились проблемы.
Я поднёс руку и увидел, как кожа с тошнотворным видом отходит, показывая алую, сочащуюся кровью плоть. То же самое происходило и со всем остальным телом. Даже зрение то и дело теряло резкость, давая понять, что нелады и с глазами.
В теле сейчас ощущалась совершенно новая, необычайно могущественная сила. Она могла буквально из ничего оживить мёртвую плоть и построить новое тело. Однако из-за нехватки опыта я тут же терялся.
Я не знаю, сколько прошло времени, может, час, а может, минута, когда я наконец закрепил базовые функции жизнедеятельности.
Только выдохнув, я понял, что ощущаю на себе чужое внимание. Я подумал, что вслед за элементалем в портал зашёл кто-то ещё. Но, повернувшись на внимание, встретился взглядом с Анхилом. Тот смотрел на меня со смесью отвращения, любопытства и жалости.
Наши взгляды встретились. Только заметив, что защитная маска парня висит на шее, я понял, что вездесущий фон куда-то пропал.
Без защитного артефакта лицо аристократа казалось еще моложе. Поглядывая на меня, тот подошел ближе, но остановился где-то в пяти метрах.
— Поразительно, ты победил, — произнёс он. — Видимо, не так уж и сильны эти элементали.
Что-то мне не нравилось в его поведении. Тот мялся, будто не мог найти решимость что-то сделать. Я уже почти не удивился, когда он достал свой костяной жезл.
Мои попытки заговорить не увенчались успехом. Горло ещё не восстановило свои функции. Тем временем мой уже бывший напарник наконец набрался решимости.
— Прости, но так будет лучше, — сказал он. — Даже если ты выживешь, то, что находится в портале, принадлежит наследникам, но не чужакам.
Анхил вскинул жезл и навёл на меня. На лице отразилась борьба. Парень, видимо, не мог подавить совесть, чтоб совершить бесчестный поступок. Я в это время наконец смог разобраться с голосовыми связками.
— Парень, не спеши, — произнёс я. — Я не претендую…
— Даже не пытайся заговорить мне зубы! — по-подростковому дав петуха, крикнул Анхил. — Я все равно быстрее тебя!
«Вот же дурак молодой», — про себя ругнулся я.
Всё произошло мгновенно. Я лишь ощутил активацию артефакта, как дал команду своим реликвиям. Саван и маска ждали этого, словно два бойцовых пса, которых отпустили с поводка.
Анхил ничего не успел понять, как мощь реликвий ударила по нему. Разум молодого парня принял на себя слишком сильный удар. Дико взвыв, он всё же разрядил реликвию в сторону. Туча костяных игл с шелестом накрыла местность рядом со мной. Анхил же упал без сознания рядом.
Вскочив, я подбежал к нему, но увидел лишь безумие в глазах. Его лицо быстро бледнело. Вслед за выжиганием разума реликвии нежити выпили его жизнь.
— Дурак молодой, — выдохнул я.
Я остался один в подземном чертоге.
Глава 24
— Если твои предки были такими же, неудивительно, что вы живёте на руинах собственной планеты, — произнёс я. — Земля тебе пухом, Анхил.
Какого-то гнева или других эмоций по отношению к молодому аристократу я не испытывал. За всё тот уже заплатил сполна. Я сделал последнее, что мог для парня, который уже никогда не реализует свои амбиции — закрыл его застывшие глаза.
Взгляд в этот момент зацепился за медальон на шее, что выпал из-под защитного костюма. Необычно большая пластина была
