Надуй щеки! Том 9 - А. Никл
— Господин Кун, — проговорила девушка, понимая, что хрипит от ярости, и у неё едва хватает воздуха для фразы, поэтому она сделала паузу, глубоко вздохнула, после чего продолжила, — разве задача креативного отдела не заключается в том, чтобы найти что-то новое в позиционировании бренда? Разве не нужно сказать новое слово в рекламном бизнесе?
Креативный директор тяжело вздохнул. По всему его виду было понятно, что с идиотами начальниками работать очень и очень тяжело. Но, видит бог, он старается. Однако, его взгляд, устремлённый на владелицу пиар-агентства говорил обо всех его мыслях куда красноречивее слов.
— Со стороны дилетанта и профана это может быть именно так, — проговорил он мягким тоном, которым обычно общаются с тяжело больными людьми. — Но вы должны понимать, что рекламная индустрия уже нашла все болевые точки аудитории, и исключительно эффективно давит на них. Если вы хотите, чтобы ваша рекламная стратегия сработала, нужно делать только так, как я скажу. Иначе, я за результат не отвечаю.
— Но аудитория меняется, — давя в себе клокочущую ярость и желание наорать, проговорила Юми. — И её болевые точки тоже. Вчерашние приёмы надоедают и нужны новые, креативные шаги!
Кун Со Ёк покачал головой. Больше всего девушку в его взгляде бесило некое подобие сочувствия. Вот этого ей ещё не хватало.
Но хуже всего, что она в какие-то моменты даже готова была с ним согласиться. И, если бы не её знакомство с Гису, возможно, она так и сделала бы. Да вот только последний год жизни приучил её к тому, что добиться выдающихся результатов можно только в том случае, когда умеешь ходить спиной вперёд и сдавать предметы с надутыми щеками.
— Люди не меняются со времён своей жизни в пещерах, — грустно проговорил креативный директор.
Юми уже думала над тем, уволить ли его прямо сейчас, или дать ещё один шанс, когда в дверь постучали.
— Да-да, войдите, — сказали Со Ёк и Юми в один голос, после чего посмотрели друг на друга с долей неприязни.
Между ними разгорелась нешуточное соперничество за главенство. И, судя по всему, не только в этом кабинете.
В дверь вошёл стильный Ким Чонмин в безупречно завязанном галстуке и с остро отточенными стрелками на брюках.
— Вызывали? — но смотрел он не на креативного директора, являвшегося его непосредственным начальником, а на Юми, и на губах парня играла лёгкая, но вполне дружелюбная улыбка.
— Да, — кивнул ему Кун Со Ёк, — вызывал. Нашему подразделению поступила задача сделать логотип для набирающей популярность кей-поп группы. Вот я тут сделал наброски, нужно их развить в данной парадигме.
Чонмин подошёл к столу креативного директора и заглянул в наброски, а затем и на экран планшета. После чего улыбнулся одной стороной рта, как будто принял увиденное за шутку и поднял взгляд на Юми.
— Прошу прощения, — сказал он тем тоном, после которого обычно говорят какую-нибудь гадость, — но как мне казалось, «Грязь под ногтями» — это достаточно инновационный проект с прорывным концептом и свежей музыкой. Не так ли?
— Это совершенно неважно, — ответил ему Кун Со Ёк. — Главное, что это кей-поп группа, которой нужен бренд. Я уже занимался подобным и знаю, как это должно выглядеть. Если я захочу узнать ваше мнение, я обязательно спрошу. А пока — занимайтесь, или я найду другого исполнителя.
— Стойте, — остановила его Юми. — Я хочу услышать соображения Ким Чонмина.
— Любезно с вашей стороны, — хмыкнул тот. — Что ж, тогда позволю себе заметить, что я слышал творчество данной группы. Если мы сделаем им логотип, как у всех, и начнём позиционировать бренд группы «Грязь под ногтями», как обычного кей-поп коллектива, то её перестанут воспринимать, как бунтарский и новаторский проект. Вся суть этой группы в разрыве шаблонов, в чистой энергии. В том, что она выкинула старые ярлыки и рамки на помойку. А вы хотите её позиционировать теми старыми ярлыками?
— Госпожа Нам, — Кун Со Ёк перевёл взгляд на Юми. — Полагаю, этот юноша не понимает, как работает индустрия пиар-агентства, поэтому предлагаю подыскать ему другую должность. А то и фирму.
Юми же стояла и смотрела на дерзкого парнишку, который ещё во время собеседования произвёл на неё довольно яркое впечатление. Поэтому она не стала даже ничего говорить креативному директору, а просто сделала ему знак рукой, чтобы он замолчал.
— Допустим, — она обращалась уже к изысканно одетому юноше. — Тогда я хотела бы узнать, что предлагаете вы. Какие мысли будут у вас?
— Это совсем несложно, — лёгким движением Ким стянул со стопки чистый лист бумаги и выхватил из подставки карандаш. — Большая часть уже проделана самими девчонками из группы. Мы должны их позиционировать, как пламя бунтарства, и как те несовершенства, которые присущи каждому. Они сами говорят: «мы — одни из вас». Это можно даже оставить их слоганом. Что по цветам, то будут уместны красный, чёрный и оранжевый вот тут в дальних планах. Словно буквы стоят на фоне зарождающегося зарева.
У Юми даже глаза открылись широко-широко. В режиме реального времени прямо перед ней творилось какое-то волшебство. Вроде бы небрежными штрихами за несколько секунд юноша набросал то, что уже привлекало внимание. В отличие от набросков Кун Со Ёка.
И несмотря на то, что рисунок был сильно схематичный, на нём уже было видно агрессивные буквы, соответствующие музыке группы Йонга. Их подсвечивал пожар на заднем плане, а возле самих букв были вписаны схематичные девичьи силуэты.
Но даже при этом мозг дорисовывал цвета и всё остальное. Юми хотелось крикнуть: «Да! Забери мои деньги, но сделай это!» Ну и разумеется хотелось узнать, что это за группа. Казалось бы простой набросок за секунды.
Девушка перевела взгляд на лицо Чонмина. Может быть, она неправильно сделала, что не назначила его креативным директором, как он того хотел? Впрочем, зато у него появилась мотивация, чтобы проявить себя.
Кун Со Ёк кряхтя встал из-за своего рабочего стола, чтобы тоже взглянуть на рисунок юноши.
— Ну вы что, — крякнув, проговорил он, — это же никуда не годится. Где плавность линий? Где разговор с покупателем на его языке? Это же всего лишь выкрик в лицо. От этого хочется закрыться! Нет, нет
