Граф в Тайной канцелярии - Денис Мист

— Не думаю, что они настолько хитры и умны. Меня больше всего смущает, что мы до сих пор не знаем их цели, — недовольно заметил Даня и резко, со свистом покрышек, повернул, не сбавляя скорости.

Мне пришлось схватиться за ручку над дверцей, чтобы не удариться обо что-то.

— Они хотят на кого-то повлиять. Их цель — ослабление России. Но не война. Вот это сложно. Я тоже не вижу конечной цели, — признался я.

— Может, повторение событий семидесятилетней давности?

— Революция и свержение династии? В тот раз пытались разделить страну на мелкие княжества без влияния в мире, — пробормотал я, не забывая следить за дорогой.

И тут понял, что такое вполне возможно. Разделяй и властвуй. Древний принцип контроля. Скарлетт демоница. А демоны приходят в миры ради завоевания. Раздробить страну, чтобы потом проглотить по частям. Как некоторые корпорации поглощают более мелкие компании. Чем не метод?

— Но в тот раз у них был сильный лидер, — заспорил сам с собой Даня.

— Лидер может быть и сейчас, только он не показывается до поры. Та же Скарлетт. Мы не знаем о ней ничего. Имя достаточно распространенное на Альбионе. Она может как готовить почву для лидера, чтобы он пришел и заявил о себе, так и сама может им быть. Но давай решать проблемы постепенно, — вернул я нас обоих в действительность. — Он сейчас уйдет за кольцо, а там в подворотнях ловить можно долго и безрезультатно. Бросит манакар, уйдет дворами и моя метка станет бесполезна.

— Но тут полно гражданских — наш арсенал применять опасно. Можешь что-то сделать?

— Попробую направить его иллюзиями, — ответил я.

— В какое-нибудь безлюдное место, Дим.

Я кивнул и мысленно построил маршрут. Разумеется, учел варианты, когда Строганов не поверит и попрет на красный свет, например, или через внезапную бетонную стену. Итак, пустырь, подземная парковка или площадка под эстакадой, решил я и начал чертить руны.

На ближайшем перекрестке беглец увидел, что может повернуть только направо и поверил. Хорошо. Но на следующем проехал на красный свет без всяких иллюзий. Дане пришлось проявить чудеса вождения, чтобы никого не сбить. Дальше я нарисовал фуру на пути в укромный переулок. Потом группу детей на переходе, чем вынудил свернуть налево. Дальше стало сложнее — если повторяться, он может что-то заподозрить. Пока везло и Строганов не замечал, что и фура, и дети в тени, хотя светит солнце.

Чтобы не рисковать, я пропустил удобный, но слишком солнечный поворот и поставил иллюзию знака ремонта дороги, вынуждая свернуть между двух высотных зданий, где и без меня царил полумрак. В итоге мы все же выехали за кольцо, но загнали в один из дворов.

— Осторожно, тут проходные дворы на каждом шагу, — предупредил Даня и остановил манакар на въезде во двор, но не заглушил мотор.

Все, что успел сделать Строганов, это развернуться. И теперь газовал на месте. Сейчас он напоминал быка, что роет копытом песок арены, готовясь ринуться на тореадора. Так и хотелось крикнуть «торро» и помахать красной тряпкой.

— И что же ты будешь делать, дорогой? — с азартом спросил Даня.

А беглец окутал свой манакар щитом и сорвался с места.

— Ой дура-а-ак, — протянул я, откинул панель управления системами нашей машины и нажал кнопку пуска.

Вылетел заряд тьмы, многократно усиленный накопителем системы, и разбил его щит. И его манакар тряхнуло. Тут же я нажал другую кнопку и установил щит вокруг нас, тоже сильнее обычного. А он не сворачивал и не тормозил.

* * *

Когда позвонили со Смоленской площади, Катерина не мешкала ни секунды. Только предупредила Свята и тут же помчалась в министерство. Княжна Куракина сразу поняла, что вызов связан с тем делом, что началось весной в Мадриде. Надо же, все лето мальчики топтались на месте и тут вызов не как дипломата, а в качестве псионика! И кого читать — самого светлейшего князя Долгорукова.

Понятно, что его не повезли в Кремль, хотя лицо такой величины больше пристало бы читать самой императрице, а не невесте цесаревича. Сейчас князь ценный свидетель, в здании министерства он в относительной безопасности, а вот в пути мало ли что произойдет. Но не поедет же ее императорское величество. Потому отправилась она, Катерина. Очень хотелось самой сесть за руль, но надо сосредоточиться и подготовиться. Да и статус не позволял.

И она благодарно облокотилась на поданную руку, когда маналимузин подъехал к главным дверям министерства. Маг, что ее встретил, с почтением поклонился и проводил внутрь. Повел к лифтам, но Катя отказалась и предпочла подняться по лестнице. Краем глаза заметила два черных мешка для трупов.

— Кто погиб? — спросила она уже на лестнице.

— Офицеры из утренней охраны. Барон Строганов приказал им выпрыгнуть из окна. — Маг очень старался сдержаться, но Катерина слышала ярость в его голосе.

— Предательство друзей всегда тяжело, — тихо сказала она. — И жаль офицеров. У них были семьи?

— Простите, ваша светлость, я не знаю. Прошу сюда. — Маг с облегчением показал на нужный коридор — конец пути прекратил тяжелый разговор.

Катерина поблагодарила его и отпустила. После зашла в приемную министра. Князь сидел на диване и сортировал документы, но поднялся и почтительно поклонился ей. Один листок при этом выскользнул из пачки в его руке и плавно опустился на пол. Катя улыбнулась и подобрала его, опередив министра.

— Здравствуйте, Георгий Викторович. Я видела тела. Вы сами не пострадали, надеюсь?

— Только моя гордость, ваша светлость, — слабо улыбнулся князь. — Ну что, чай, кофе?

— Сразу к делу, — пресекла Катерина все попытки отсрочить неизбежное. — Эта информация, увы, нужна была еще вчера, как говорится.

«А еще лучше три месяца назад,» — добавила она про себя.

— Ну что же, к делу, так к делу, — обреченно согласился министр. — Где вам будет удобнее — на диване или в кресле?

— На диване. Присаживайтесь и расслабьтесь, Георгий Викторович.

Пока князь садился и делал дыхательные упражнения, Катерина вернулась в приемную и поманила секретаршу. Она знала, что госпожа Вдовина посвящена в государственную тайну, возможно, даже видела список, так кому еще тут доверять, если не ей?

— Юлия, да? Прошу вас присутствовать. Возьмите чистый лист и ручку. Вам предстоит записывать все, что я вам продиктую, — предупредила она. — И помните о не разглашении.

— Конечно, ваша светлость, — склонила голову секретарша, взяла все необходимое и зашла в кабинет следом за Катей.

Георгий Викторович сидел уже более спокойный и относительно расслабленный. Конечно, Катерине хотелось бы полного умиротворения, чтобы и работать проще, и