Мой брат – монстр - Р. Стайн

– Жаль, что у нас нет подвала. – Я вздохнула.

– Почему бы просто не запереть его в комнате? – предложила Лисса. Она похлопала чудище по плечу. – Ты будешь хорошим мальчиком, правда, Арни? Дождешься своего любимого напитка?

Монстр кивнул и опять зачмокал.

Так мы и поступили. Заперли Арни в комнате.

Потом мы с мамой и Лиссой сидели на кухне и напряженно ждали, когда папа вернется со смузи. Мама кусала губу и барабанила пальцами по столу. Мы с Лиссой не разговаривали, поглощенные ожиданием.

Наконец папа вернулся с шестью большими стаканами апельсинового смузи. Он отнес один в комнату Арни, а мы следовали по пятам.

Мама отперла дверь. Монстр нетерпеливо распахнул ее.

Папа подал ему стакан.

– Вот, бери. Хоть бы сработало…

Монстр выхватил стакан, поднял над головой, опрокинул в глотку и проглотил – бульк-бульк-бульк.

От очередной громовой отрыжки затряслись стены.

Мы вчетвером стояли в коридоре, наблюдая за чудищем с безопасного расстояния. Смотрели… смотрели, ни слова не говоря.

Господи, пусть получится, пусть Арни снова станет Арни – молилась я про себя.

Мы стояли и смотрели на монстра. Я то скрещивала руки, то опускала. То совала в карманы, то опять вынимала.

Мы наблюдали за ним пять минут… десять… Мне показалось, что прошли часы.

Ничего не происходило. Ничего. Он не изменился. Так и стоял, пыхтя, на губах красовались пятна от апельсинового смузи.

Наконец папа тяжело вздохнул.

– Не вышло, – пробормотал он. Взял у мамы ключ, закрыл дверь спальни и запер.

Мама горестно покачала головой.

– Пойдем со мной, – сказала она, понизив голос почти до шепота. – Пора. Пришло время рассказать правду об Арни.

Глава 33

Все хорошо, что хорошо кончается

Мы с Лиссой последовали за ней в гостиную и сели на диван. Мама с папой опустились в кресла напротив за кофейным столиком.

Мама несколько раз сглотнула, прочистила горло и крепко сжала руки на коленях.

– Об этом трудно говорить, – начала она и снова откашлялась. – Эми, я знала, что однажды мне придется рассказать правду о твоем брате.

У меня вдруг похолодели руки. Я засунула их в карманы джинсов.

– Правду?

Мама кивнула.

– В том, что случилось с Арни, нет твоей вины. Липучка, которую ты вылила на него, не превратила Арни в монстра.

– А? – в один голос ахнули мы с Лиссой.

– Но, мам… – начатая.

Она подняла руку, веля мне замолчать.

– Ты не превращала Арни в чудовище, – произнесла она, – потому что он всегда был чудовищем.

– Это правда, – вмешался папа. – Арни таким родился. Мы знали об этом, когда усыновляли его.

– Собственно, это одна из причин, почему мы его усыновили, – добавила мама, понизив голос почти до шепота. – Нам так жалко его стало, никому-то он не был нужен…

Я переводила взгляд с мамы на папу. Это что, шутка какая-то?

Нет. Они были мертвецки серьезны.

– Ваша синяя липучка высвободила настоящего Арни, – сказала мама.

– Но… но… – пролепетала я.

– Разве тебя не удивляло, что твой брат так безобразно себя ведет? – спросил папа. – Почему он с грудного возраста был таким негодником? Худшим братом, каких только земля носит?

– Мы ничего не могли поделать, чтобы исправить его поведение, – призналась мама. – Мы знали, что не сможем его обуздать, ведь он монстр.

– Но мы надеялись, что жизнь в семье исправит его, – добавил папа. – Это была наша единственная надежда.

Мы с Лиссой таращились на них через стол. От их слов у меня голова шла кругом. Я пыталась как-то осмыслить сказанное.

– Но… он был таким милым ребеночком, – проговорила я.

– Милым. – Мама кивнула. – Но помнишь, как ему нравилось всех кусать? Всякий раз, как я пыталась сфотографировать его или взять из кроватки, он норовил цапнуть меня за руку.

– Эми, мы были не до конца честны с тобой. И нам стоит попросить прощения, – сказал папа. – Мы пытались скрыть от тебя правду. И это было ошибкой.

Я ахнула.

– Правду? Я тоже чудовище?

Они улыбнулись и покачали головами.

– Нет, что ты, – сказала мама.

– Но другие монстры… – добавил папа. – Тот, с колючками, у тебя в комнате, и тот, что преследовал тебя до дома Софи… Они оба были Арни.

– Как? – ахнула я. – Я… я не понимаю…

– Время от времени, когда Арни был совсем малышом, проявлялась его истинная сущность, – продолжал папа. – На короткое время он становился монстром. И всякий раз другим.

Мама вздохнула.

– Как ни странно, его обличья никогда не повторялись. – Она покачала головой. – Мне кажется, он сам это не контролировал.

– Но он уже много лет так не делал. И через пару минут всегда превращался обратно в Арни, – добавил папа. – До сегодняшнего дня он никогда не оставался монстром надолго. Так что это легко было держать в тайне.

– Но сегодня липучка что-то с ним сделала, – сказала мама. – Очевидно, она залепила поры. Она не дает ему превратиться обратно в

Арни. Он… похоже, теперь он останется таким навсегда.

Ее голос сорвался. Она утерла слезу.

– Но, мам… – начала я. – Почему ты позволила нам думать, что вторая порция липучки вернет его в прежнее состояние?

Мама шмыгнула носом и слабо улыбнулась.

– Ты так хотела помочь… А мы просто не были готовы тебе сказать. Прости.

– Ну ладно… И что нам теперь с ним делать? Нельзя же вечно держать его в комнате.

– Да и на апельсиновых смузи вы так вконец разоритесь, – добавила Лисса.

Папа покачал головой.

– Не знаю, – пробормотал он. – Я не знаю, что делать.

Мама вздохнула и обхватила голову руками.

– Хотела бы я знать… – прошептала она.

У папы зазвонил телефон.

Он вытащил его из кармана и, прищурившись, посмотрел на экран. Потом вскочил и побежал на кухню.

Мы втроем остались сидеть, глядя друг на друга. Никто не проронил ни слова. У меня до сих пор голова кружилась.

Я слышала, как Арни-монстр громовыми шагами меряет свою комнату в конце коридора.

Через пару минут папа вернулся в гостиную. К моему удивлению,